Я никогда не присягал на верность Амберу. Меня никто никогда не просил об этом. В конце концов, я сын Корвина, пришел в Амбер по своей воле и перед тем, как отправиться в Отражение-Землю, где столько Амберитов ходит в школу, некоторое время прожил там. Я часто возвращался и был, как будто, в хороших отношениях со всеми. Я действительно не мог понять, почему идея двойного подданства неприменима.
Все же я предпочел бы, чтобы этот вопрос вообще не возникал. Мысль, что меня силой заставят выбирать между Амбером и Двором мне не нравилась. Это не удалось ни Единорогу со Змеей, ни Лабиринту с Логрусом, и ни для одной из королевских фамилий делать выбор я тоже не собирался.
Все это говорило о том, что Виале мою историю нельзя преподносить даже в общих чертах. Любая версия в конце концов потребует отчета. Если же вернуть Камень, не объясняя, где он пребывал, никто с этим не придет ко мне и все будет нормально. Как солгать, если тебя даже не спросили?
Я еще немного поразмышлял над этим. Что же получится в действительности? Я избавлю усталого, озабоченного человека от бремени дополнительных проблем. По большей части дела мои были таковы, что Рэндом не мог бы ничего поделать — да и не должен был бы. Что бы ни происходило между Лабиринтом и Логрусом, оно, кажется, в основном имело значение как метафизическая проблема. Непонятно, что плохого или хорошего можно извлечь из нее, чтобы потом воспользоваться. А если я замечу, как что-то надвигается, то всегда смогу рассказать Рэндому всю историю целиком.
Ладно. Вот один из приятных моментов в размышлениях. Поразмыслишь — и чувствуешь себя скорее добродетельным, чем скажем, виноватым. Я потянулся, хрустя суставами.
— Призрак? — тихо позвал я.
Ответа не было.
Я полез за Козырями, но стоило дотронуться до них, как по комнате промчалось огненное колесо.
— Так ты услышал меня, — сказал я.
— Я почувствовал, что нужен тебе, — последовал ответ.
— Как бы там ни было, — спросил я, стаскивая через голову цепочку со свисающим Камнем и держа ее в вытянутой руке, — как ты думаешь, сумеешь ты вернуть его в тайник у камина в королевских покоях так, чтоб никто не оказался умней нас?
— Подозреваю, что мне не стоит трогать эту штуку, — ответил Призрак. — Не знаю, что его структура может сделать с моей.
— О'кей, — сказал я. — Тогда, похоже, я найду способ сделать это сам. Но подошло время проверить одну гипотезу. Если Лабиринт нападет, пожалуйста, попробуй быстро перенести меня в безопасное место.
— Ладно.
Я положил Камень на стоящий неподалеку столик.
Примерно через полминуты мне стало ясно, что я обезопасил себя от смертельного удара Лабиринта. Я расслабил плечи и глубоко вздохнул. Меня не тронули. Может, Дворкин был прав и Лабиринт оставит меня в покое? К тому же, он сказал мне, что теперь я сумею вызывать в Камне Лабиринт — так же, как вызываю Знак Логруса. Кой-какие чудеса с помощью Лабиринта можно было сотворить только так, хотя у Дворкина не было времени проинструктировать меня, как это делается. Я решил, что с этим можно подождать. Как раз сейчас у меня не было настроения общаться с Лабиринтом, никак, ни в одном из его воплощений.
— Эй, Лабиринт, — сказал я. — Ничья?
Ответа не было.
— По-моему, он сознает, что ты здесь и понимает, что ты только что сделал, — сказал Призрак. — Я чувствую его присутствие. Может, ты уже сорвался с крючка.
— Может быть, — ответил я, вытаскивая Козыри и пролистывая их.
— С кем бы тебе хотелось связаться? — спросил Призрак.
— Любопытно, как там Люк, — сказал я. — Хотелось бы посмотреть, все ли с ним в порядке. Насчет Мандора тоже интересно. Допустим, ты отправил его в безопасное место…
— Лучше и быть не может, — ответил Призрак. — Как и королеву Ясру. Она тебе тоже нужна?
— Да в общем нет. Фактически, они оба мне НЕ НУЖНЫ. Просто хотелось посмотреть…
Я еще говорил, а Призрак мигнул и исчез. Уверенности, что такая готовность угодить означает, что он настроен не так воинственно, как раньше, у меня не было.
Вытащив карту Люка, я сосредоточился на ней. Кто-то прошел по коридору мимо моей двери.
Ничего не было видно, но я почувствовал, что Люк меня слышит.
— Люк, слышишь меня? — спросил я.
— Ага, — откликнулся он. — С тобой все нормально, Мерлин?
— Нормально, — ответил я. — А ты как? В изрядную же драку ты…
— У меня все отлично.
— Я слышу твой голос, но не вижу ни зги.
— Козыри затемнены. Не знаешь, как это делается?
— Никогда этим не занимался. Придется тебе иногда учить меня. Э-э… кстати, а почему они затемнены?
— Кто-нибудь может войти в контакт и догадаться, что я намерен делать.
— Если ты собираешься организовать рейд коммандос в Амбер, я окажусь по уши в дерьме.
— Да ладно тебе! Ты же знаешь, я поклялся! Это совсем не то.
— Я думал, ты пленник Далта.
— Мой статус не изменился.
— Черт, один раз он чуть не убил тебя, а в другой раз чуть не вышиб из тебя дух вон.
— В первый раз он наткнулся на старинное берсеркерское заклятие, которое Шару оставил в качестве ловушки, второй раз речь шла о делах. Все будет о'кей. Но сейчас все, что я собираюсь делать, секрет, и мне пора бежать. Пока.
И Люк исчез.
Шаги замерли, в дверь неподалеку постучали. Через некоторое время она открылась, потом закрылась. Никакого обмена репликами слышно не было. Происходило это неподалеку от меня, а поскольку две ближайшие комнаты принадлежали нам с Бенедиктом, я начал недоумевать. Я был совершенно уверен, что Бенедикта у себя нет, и вспомнил, что, выходя, не запер свою дверь. Значит…
Забрав Камень Правосудия, я пересек комнату и вышел в холл. Я проверил дверь Бенедикта. Заперто. Оглядев идущий с севера на юг коридор, я вернулся к лестнице проверить, что там. Никого не было видно. Тогда широким шагом я вернулся к своим дверям и немного постоял у каждой из них, прислушиваясь. Изнутри не доносилось ни звука. Единственное, что приходило в голову, это комнаты Жерара, выходившие в боковой коридор, и комнаты Бранда позади моих. Я подумал: Рэндом завел новую моду все перестраивать и заново украшать — так не вышибить ли стену, добавив к своим покоям комнаты Бранда? Площадь получилась бы недурная. Однако слухи о живущих у него привидениях и стенания, которые иногда, поздно ночью, доносились ко мне через стену, разубедили меня.
Тогда я быстро сходил и постучался и в дверь Бранда, и в дверь Жерара, и под конец попробовал войти. Никакого ответа, обе двери были заперты. Все непонятнее и непонятнее.
Стоило дотронуться до двери Бранда, как Фракир быстро сжался, но, хотя несколько мгновений я оставался настороже, до сих пор ничего не случилось. Я готов был пренебречь тем, что он, мешая мне, так реагирует на остатки жутких заклинаний, которые время от времени, болтаясь неподалеку отсюда, попадались на глаза, и тут заметил: Камень Правосудия вспыхивает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
