– Одного только портного?
– Ну и, конечно, вас, – быстро поправился он, поднося ее руку к губам. Марианна снова рассмеялась. Несмотря на весь его шарм, Джейми – законченный эгоист, хотя с ним всегда легко и весело.
В дверях замаячила чья-то фигура, и Мастерс объявил особенно звучно:
– Маркиз Гиллингем!
Марианна подняла взгляд. Ах, до чего элегантно он выглядел в новом вечернем костюме! Сюртук идеально облегал широкие плечи и мускулистую грудь. Он даже постарался сегодня аккуратно завязать галстук. Но, взглянув ему в лицо, она увидела на нем непривычную суровость.
Марианна поспешила к нему навстречу.
– Милорд, я очень рада, что вы сумели к нам присоединиться.
Он вежливо поклонился, но слишком серьезно – плотно сжатые губы даже не дрогнули. Марианна не успела ничего добавить, как к ним подбежала Луиза.
– Ах, лорд Гиллингем, вы просто великолепны! Я так рада вас видеть. Вы целую вечность к нам не заглядывали.
– Два дня, – произнес он сухо.
Марианна вскинула брови. Чем вызван столь резкий тон? Уж не шутливые ли заигрывания Джейми Макнэра его встревожили? Но в таком случае он… Чувствуя, как участился пульс, Марианна отмела эту мысль. Однако взгляд, которым маркиз окинул мистера Макнэра, не отличался теплотой, тогда как с другими гостями он поздоровался вполне сердечно.
К счастью, мистер Денвер снова завел разговор о своей хворой кобыле, и эта тема явно оказалась близка маркизу. Мужчины обсуждали лошадей, Луиза слушала, а Роберта Денвер изредка вставляла словечко. Джейми Макнэр взял бокал вина, а Марианна бросила взгляд на каминные часы. Как насчет остальных приглашенных? Сейчас модно опаздывать, но ей не хотелось нервировать кухарку, задерживая обед на неопределенное время. Цыпленок пересохнет, говядина пережарится…
Но вот в дверь опять постучали. Мастерс вышел отворить запоздавшим гостям.
«Ну, теперь-то все в порядке», – вздохнула Марианна.
Лакей появился снова и отчетливо провозгласил:
– Лорд и леди Габриель Синклер!
Наступила минутная пауза. В комнату вошла леди Габриель, красивая, как всегда. Светлые волосы ее были сколоты на затылке в простой узел, а на шее и в ушах сверкали бриллианты. Прямое узкое светло-зеленое шелковое платье представляло собой верх элегантности, и Марианна почувствовала себя простушкой. А лорд Габриель, которого Марианна видела впервые, оказался в точности таким красавцем, как о нем говорил». Но он слишком мрачно улыбался, а темно-синие глаза смотрели весьма угрюмо. Он был темноволос и, несмотря на высокий рост, гибок и строен, как юноша. И это брат маркиза? Между ними нет ровно никакого сходства!
Марианна оглянулась на маркиза. Выражение его лица заставило ее вздрогнуть. В комнате почему-то вдруг стало холодно, несмотря на жарко пылавший камин. У Марианны упало сердце. А не совершила ли она ужасной ошибки? Мирный семейный праздник? Братья, кажется, так же счастливы видеть друг друга, как два непримиримых врага на бранном поле!
Марианна машинально представила новых гостей старым. Когда очередь дошла до маркиза, ей пришлось собраться с духом, чтобы не задрожал голос:
– А лорда Гиллингема вы, без сомнения, хорошо знаете.
Лорд Габриель лишь коротко кивнул, а леди Габриель проявила больше любезности.
– Как приятно снова вас видеть, – протянула она руку старшему из братьев, к которой тот вежливо склонился.
– Весьма приятный сюрприз, – пробормотал маркиз сдержанно.
Марианну кольнуло чувство вины. Ну почему она не посоветовалась с лордом Гиллингемом, прежде чем приглашать его родственников? До чего все было бы проще.
Леди Габриель с улыбкой подошла к маркизу и Луизе. Лорд Габриель взял предложенный лакеем бокал вина и углубился в изучение натюрморта, висевшего над буфетом.
– Кажется, вы расшевелили осиное гнездо? – произнес негромко мистер Макнэр, незаметно приблизившись к Марианне. – Споткнулись о семейную вражду?
– Я ничего о ней не знала, – ответила Марианна. – Вы же не думаете, что я решила испортить собственный праздник?
– Нет, но в воздухе явно пахнет порохом, – отметил он. – Вечер обещает быть весьма интересным. Как я рад, что пришел.
– Вы всегда всюду приходите, – ответила Марианна, обводя взглядом гостей. – Вы каждый вечер обедаете в гостях, не так ли?
– Да, оттого-то я и не держу кухарку. Вы же знаете, до чего мизерный у меня доход, – согласился он, ничуть не обидевшись. – А в моем доме просто негде принимать гостей, но любезно пригласившим меня хозяевам я обычно предлагаю интересный предмет для обсуждения, а ваш вечер обещает дать новую пищу для разговоров.
– Не смейте, Джейми! – сердито сверкнула Марианна на него глазами. – Не то я скажу миссис Каравелл, кто разнес эту ужасную шутку об игре ее дочери на фортепьяно.
– Я запомню вашу угрозу, – пообещал он. – А пока…
– А пока будьте паинькой и помогите мне, чтобы мои гости не перерезали друг другу горло, – взмолилась Марианна. – Отвлеките всех какой-нибудь забавной – только не скандальной – историей.
– Разве такие существуют? Ну хорошо, попытаюсь пролить масло на взбаламученную воду, – согласился он, глядя на ее нахмуренное лицо. – Но предупреждаю – в случаях некоторых паводков любая благая попытка обречена на корню.
Надеясь, что эти слова не окажутся пророчеством, Марианна набралась смелости и подошла к лорду Габриелю.
– Я очень рада нашему знакомству, – начала она. – Я уже имела удовольствие встречаться с леди Габриель на чаепитиях у графини Сили.
– Психея говорила мне. Леди Сили замечательна во всех отношениях, – согласился он. – У этой дамы острый ум, отточенный юмор, передовые взгляды. Насколько мне известно, она дружила еще с покойной матерью Психеи.
Марианна кивнула, чувствуя себя несколько более уверенно.
– Леди Сили очень добра. После смерти моего мужа она отнеслась ко мне с большой душевной теплотой.
– Мои соболезнования, – сказал он. – На том портрете изображен ваш муж?
Марианна с грустью посмотрела на портрет красивого молодого человека с каштановыми волосами и карими глазами, располагающей улыбкой и разве что несколько нерешительным подбородком.
– Да, это Гарри. Он умер совсем еще молодым.
– Не уверен, что встречался с ним, – сказал лорд Габриель и, не отрывая взгляда от портрета, отпил вина. – Впрочем, я несколько лет жил вдали от родины.
– Мой муж был родом из западной Англии, – сказала Марианна. – Но Гарри, достигнув совершеннолетия, постоянно жил в Лондоне.
Ее удивил бы интерес гостя к человеку, с которым он не был знаком, если бы она не подозревала, что этот разговор дает ему повод держаться поодаль от прочих гостей. О Боже, что за вечер ее ожидает!
