— Позволь мне самому судить об этом, Джордан, — возразил мужчина.
Она улыбнулась:
— Я не подвергаю сомнению твой талант действовать быстро и уверенно, когда это касается вопросов бизнеса, но в данном случае я полагаюсь на свои чувства. Я ведь — не стажер в твоей компании, которого ты можешь вырастить и сформировать по своему усмотрению.
— Неужели я дал тебе повод так думать о себе? В таком случае мне очень жаль. В мои планы никогда не входило превращать тебя в кого-либо, кем ты не являешься.
— И вот еще одна причина, заставившая меня принять такое решение, — продолжала она. — Возможно, сейчас ты действительно считаешь меня забавной. Я ведь очень отличаюсь от всех женщин, с которыми ты общался прежде. Но надолго ли сохранится у тебя это ощущение новизны? Что произойдет, когда ты устанешь от меня?
— Я люблю тебя такой, какая ты есть, Джордан.
— И будешь любить до конца жизни?
Это был непростой вопрос. Гельмут резко отвернулся, и женщина поняла: она наконец достигла цели и заставила его впервые задуматься о том, о чем он никогда не думал раньше. — У меня уже был один брак, который в итоге развалился, и с меня достаточно. Кроме того, я не хочу становиться причиной еще и твоих страданий.
— Ты ею не станешь, — рассеянно откликнулся он.
— Стану, Гельмут. Я хочу покоя. Мой бывший муж сулил мне дом, детей, стабильность, но не дал ничего. А поскольку ритм твоей жизни гораздо быстрее, чем у него, я скоро отстану от тебя и сойду с дистанции. Я всего лишь старомодная американская девица, в голову которой крепко вбили все предрассудки Среднего Запада. Мне дорог каждый день, прожитый мной за границей, и я не променяю этот опыт ни на что, но я все равно хочу вернуться домой. Пожалуйста, прости меня, если я сделала тебе больно. Поверь, так будет лучше.
— Но почему же в таком случае ты приняла мое предложение? — спросил он с легким налетом аристократического высокомерия.
— Разве я когда-нибудь говорила, что приняла твое предложение? — лукаво спросила Джордан.
На лице Гельмута впервые появилась улыбка.
— Да, пожалуй, — согласился он. — Я, видимо, слишком привык к тому, что все всегда бывает по-моему.
— Ты просто сокровище, Гельмут! — Джордан рассмеялась. Вынув из кармана юбки бархатную коробочку, она подошла к его стулу.
— Вот, твое кольцо.
— Если я попрошу тебя оставить его себе на память обо мне, ты, вероятно, откажешься? — неуверенно спросил Гельмут. Джордан кивнула головой, подтвердив правильность его предположения. — Ну, что вы за люди, американцы! Как были пуританами, так ими и остались.
— Что поделать! Мораль среднего класса. Типичный случай.
— Вот именно, — скрипучим голосом согласился он. — Со всеми старомодными предрассудками о любви и браке.
Гельмут задумчиво поглядел на бархатную коробочку и повертел ее в руках. Брови его сошлись в одну линию. Он словно пытался что-то вспомнить.
— Послушай, Джордан, это твое решение… Оно как-нибудь связано с тем американским журналистом?
— Не глупи, Гельмут, — быстро проговорила женщина, но тут же опустила голову и отвернулась, чтобы он не заметил слез, появившихся в ее глазах. — Хочешь что-нибудь выпить?
Собеседник не ответил на ее вопрос.
— Посмотри на меня, Джордан, — сказал он. Женщина медленно повиновалась и увидела, что его черты искажены болью. Она изо всех сил напряглась, будто боялась, что если расслабится, то ее тело разлетится на атомы.
— А-а, вот, значит, в чем дело.
— Нет, Гельмут. Ривз Грант не имеет к этому никакого отношения. — По его скептическому взгляду она поняла, что мужчина не верит ни единому ее слову. — Я клянусь тебе, что не видела его с того самого дня, когда вы нашли нас после снежной бури.
— Вот это как раз не имеет значения, дорогая. Теперь-то я припоминаю… В тот день он настоял на том, чтобы я дал ему последнее интервью, и находился в чрезвычайном возбуждении. Что произошло между вами после того, как вы нашли убежище в том сарае?
— Ничего.
— Ты лжешь, Джордан.
Да, она лгала. В ту ночь действительно произошло нечто очень важное: за те несколько часов, которые она провела с Рив-зом, началась и закончилась ее жизнь. На протяжении последних двух недель она двигалась и выполняла повседневные обязанности как автомат, неизменно вежливо и сдержанно отвечая на нескончаемые вопросы покупателей.
Вот-вот должна была появиться и заменить ее дочь господина Бауэрмана, поэтому Джордан пыталась навести порядок в водовороте своих мыслей и принять какое-нибудь решение относительно своего будущего. Однако ей это не удавалось. Она жила только одним днем и не могла заставить себя думать о будущем. Прожить каждый такой день была ее задача, и на это уходили все ее душевные силы.
Джордан опустилась на диван и уставилась на свои руки. Ее мысли витали где-то далеко, и она осознала, что Гельмут сел рядом с ней, только после того, как почувствовала, что диван прогнулся под его тяжестью. Он накрыл ее холодные пальцы своими ладонями и с уверенностью произнес:
— Ты любишь его, Джордан.
Она с несчастным видом кивнула головой. В глазах ее стояли слезы.
— Гельмут, я готова поклясться в том, что решила все относительно нас с тобой еще до того, как повстречала Гранта.
— Я верю тебе, но разве в этом дело? Он-то знает о твоих чувствах?
— Нет.
— Ты — странное создание, Джордан! Почему он ничего не знает об этом? Неужели ты думаешь, он станет разгадывать твои шарады?
— Нет, Гельмут, но какая разница — знает он или не знает! Что это может изменить? Он… не испытывает по отношению ко мне ничего подобного.
— Такого быть не может! Для того чтобы отказаться от тебя, нужно быть последним идиотом! Я немедленно разыщу его.
— Нет! — воскликнула она, стиснув руки. — Обещай мне, что не станешь говорить с ним ни при каких обстоятельствах. Через день-другой я уеду домой. Там мне будет лучше.
Он с сомнением посмотрел на нее.
— Я получил от Гранта письмо. Он пишет, что наше интервью готово и будет напечатано в начале следующего года. Обещал сообщить мне о дате публикации.
Проклиная себя за слабость, Джордан все же не удержалась от вопроса:
— Откуда пришло это письмо?
— Из Парижа.
Она вздохнула:
— Да, именно туда он и собирался отправиться.
— Джордан…
— Со мной все в порядке, Гельмут. Правда. — Пытаясь выглядеть сильной и спокойной, Джордан натянуто улыбнулась. На самом деле она ощущала себя маленькой и потерянной.
Через некоторое время она проводила его вниз по лестнице и отперла дверь. Повернувшись, мужчина обнял ее за плечи и поцеловал в обе щеки.
