его лица становилось всё более задумчивым.
– Я чего-то не знаю? – неожиданно спросил он, нахмурившись и глядя прямо в глаза Виктору.
Кудесник чуть склонил голову, не разрывая зрительного контакта, и переспросил:
– О чём?
Теперь их взгляды скрестились как шпаги. Ещё немного, и я бы услышала звон металла.
– Когда ты видел профессора Зразара? – ледяным голосом спросил Феликс.
– Я не видел, – ответил спокойно Кудесник, выдержав и тон, и взгляд вампира.
Феликс вопросительно изогнул бровь. Кудесник потешно фыркнул, и атмосфера разговора тут же потеплела.
– Фирин про него рассказывала, когда мы «Связующую Лилию» на кладбище пасли. Сказала про него… – Кудесник замолчал, нахмурившись.
Глянул на меня. Потёр задумчиво пальцами лоб и снова посмотрел на Феликса.
– Старый и вредный, как сама смерть. Так она про него сказала, – прижал меня к себе и, наклонившись, поцеловал в висок.
– Угу, – буркнул вампир и медленно ушёл в зал кофейни.
В тусклом свете служебного коридора Кудесник с мягкой настойчивостью прижал меня к стене. Тишайший вздох, крохотные изменения в ритме дыхания – его губы близко, но недостаточно.
Большим пальцем он невесомо провёл по моим вмиг пересохшим губам. Непроизвольно облизав их, я задела кончиком языка грубую терпкую кожу. Не отводя взгляд, приоткрыла рот и ещё раз мазнула языком, специально задев подушечку его пальца.
Взгляд Кудесника мгновенно потемнел. Он обхватил моё лицо тёплыми ладонями и поцеловал. Наконец-то, потому что я уже не могла терпеть. Поцелуй становился всё глубже и настойчивее, плавно переходя от нежности к разгорающемуся огню желания.
– Хватит обжиматься! Идите сюда! – как гром среди ясного неба раздался резкий возглас Эмиля.
Кудесник прервал поцелуй, но не отстранился, а мягко улыбнулся мне в губы.
– Чёртовы кровососы, – сокрушённо пробормотал он.
Звонко чмокнув меня в губы, он, переплетя наши пальцы, потянул за собой в кофейню.
А я… Я не понимала, что со мной происходит. Голова кружилась. Сердце стучало практически в висках. На ватных ногах, не в силах сдержать глупую улыбку, следовала по пятам за Кудесником и ничего вокруг не видела. Только сильнее сжимала его ладонь.
Вампиры сидели за тем же столом с непроницаемыми серьёзными лицами. Но когда мы подошли к ним, они синхронно подняли головы, и их взгляды были настолько высокомерны, что я опешила. Что изменилось за то время, пока мы были в коридоре? Что они задумали?
– Вот дурачьё, – неожиданно ласково проговорил Кудесник, и вампиры тут же расхохотались так сильно, словно всё это время усиленно сдерживали себя.
Я смутилась ещё больше. «Пора бы уже привыкнуть», – подумала, скрывая тяжёлый вздох, и, приняв максимально невозмутимый вид, села за стол.
– Может, нам завидно, – сквозь смех с трудом проговорил Эмиль.
– Как будто тебе целоваться не с кем, – возразил Кудесник, плюхаясь рядом со мной на стул.
– Прямо сейчас – не с кем. Моя любимая женщина отвлекает дотошного инспектора и следит, чтобы он занимался только бумагами ломбарда, – сообщил ему вампир, всё ещё похрюкивая от смеха.
– А мне не с кем, – вытянув губы на манер обиженного ребёнка, проговорил Феликс. – Если вы будете обжиматься по углам, я вас больше в кофейню не пущу.
– Сочувствую, – довольно проговорил Кудесник усмехаясь. – Ладно вам, хватит ржать. Вернёмся к делу.
– Вернёмся! – с энтузиазмом воскликнул Эмиль. – И месть наша будет страшна. Пока вы там активно целовались, мы тут решили, что не нужно тебе пока появляться в Заповеднике.
– В смысле? – нахмурился Кудесник.
– В коромысле! – ответил ему Феликс. – Ваш мистер Смерть ещё не знает, я надеюсь, что ты сбежал. И уж тем более не знает, что ты продолжаешь с нами сотрудничать. Значит, надо дать ему проявить себя. Думается мне, что он по душу Фирин пришёл.
– Но, если меня не будет с ней рядом… – насупившись начал говорить Кудесник.
– Во-первых, – резко перебил его Эмиль. – профессор Зразар прибыл сюда по личному делу, а значит, на нём заклятие Полога. Использовать магию он не сможет. Во-вторых, Фирин – девочка большая. Единственное, как может воздействовать профессор, это силой убеждения, а тут, я уверен, Фирин справится. В крайнем случае воспользуется магией и заработает лишний день ссылки, ничего страшного. В-третьих, мы подстрахуем.
– А я, значит, должен отсиживаться в кустах? – возмутился Кудесник.
– Посидишь немного. От тебя не убудет, – отмахнулся от него Феликс. – Мы уже всё решили. Твоё мнение важно, но не существенно. Всё! Расходимся. Фирин, ты в ломбард. Кудесник, ты всё же дойди до кабинета управляющего.
– На живца будете ловить? Подставить Фирин решили? – хмуро проговорил Кудесник, не двигаясь с места.
Феликс полыхнул взглядом, и мне показалось, что температура воздуха вокруг резко упала. У Дани что-то выпало из рук и разбилось. Эмиль принялся опасно раскачиваться на стуле. А я нашла под столом руку Кудесника и сжала её.
– Ты – бывший Судья, говори, да не заговаривайся, – почти зашипел Феликс, и я впервые увидела, как растут клыки у вампира.
– Феликс, – предостерегающе сказал Эмиль и с грохотом поставил свой стул на все четыре ножки.
Феликс закрыл глаза и повёл шеей. Прошла пара минут, он выдохнул и посмотрел на Кудесника уже спокойно.
– Мы прикроем и подстрахуем. На этом всё, – припечатал он, резко встал и стремительно вышел прочь из кофейни.
– Ты когда-нибудь укоротишь свой язык? – недовольно цыкнув, проговорил Эмиль и тоже встал. – Всё, быстро прощайтесь, я тебя жду в кабинете.
Скомканно попрощавшись с Кудесником и услышав на ухо тёплое: «Позвоню», я в расстроенных чувствах вышла из кофейни. Постояла немного на пороге и повернула в сторону ломбарда.
Идти мне было недалеко, буквально в соседний дом. Стоя перед входной дверью, вспомнила, что уходила отсюда тайными тропами. Значит, и вернуться должна была также. Наверное. Но никто об этом не сказал, и я мысленно махнула рукой. Переживать ещё и по этому поводу сил не было.
Открыв дверь в ломбард, услышала громкий смех и сильно удивилась. В полном недоумении зашла внутрь и остановилась, ошарашено хлопая ресницами.
Агнесс сидела на столе, закинув ногу на ногу и слегка откинувшись назад, изящно опиралась на руку. Другой рукой она дирижировала облаком воздушных шаров, которые кружились по залу вокруг Ганса. Пафнутий прыгал, вытягивая руки вверх, пытаясь поймать хоть один шарик. У него не получалось, и он каждый раз заливался смехом.
– Э-э-э… Что вы делаете? – спросила я.
Агнесс повернулась ко мне.
– Мы планируем открытие ломбарда, – весело ответила она.
– И я на него приду! – крикнул Пафнутий. Воспользовавшись тем, что Агнесс отвлеклась, подпрыгнул и обхватил двумя руками шарик.
Воздушный шар и не думал опускаться. Наоборот! Он медленно поднялся под
