в губы.
На небе уже вовсю горели звезды, а мы никак не могли оторваться друг от друга.
– Мне же нужно возвращаться в гостиницу, – наконец опомнилась я.
– Я думал, может… Останешься здесь?
– У меня нет с собой сменной одежды.
– Думаю, это не проблема, – улыбнулся Егор и еще крепче обнял меня. – Если хочешь, я даже могу избавиться от своей.
Я проснулась рано. Выскользнула из постели, стараясь не потревожить Егора, и вышла их спальни, тихонько прикрыв за собой дверь.
Деревня еще мирно спала, но я знала, что совсем скоро начнут кудахтать куры, люди побегут по своим делам, задребезжит вдалеке старый автобус.
Даже в этот серый предрассветный час дом выглядел приветливо. Это уже не был дом Клавдии – склеп, застывший во времени. Это был светлы уютный дом. Мой дом. Здесь я жила по-настоящему. Несмотря на все трудности, сомнения, разочарования, именно в этом доме мне было хорошо. И именно здесь я встретила людей, которые заняли особое место в моем сердце. За спиной открылась дверь. Я знала, что это Егор. Он подошел сзади, обнял меня и поцеловал в висок.
– Я все думаю, – в полголоса произнесла я.
– О чем?
– А что, если черная полоса закончилась, и дом ждет, когда здесь начнется новая счастливая история?
– Уверен, так и есть.
Я повернулась к нему лицом:
– Егор, я знаю, что прошу многого. Но ты согласен разделить со мной этот дом?
Он улыбнулся и произнес:
– Встречный вопрос: Анна, – он опустился на одно колено, – ты согласна разделить со мной жизнь?
Я засмеялась, вспоминая наш давний разговор о принце, который вряд ли найдет меня в этом старом пыльном доме.
– Конечно, согласна. Глава 17
Никогда еще в доме не собиралось так много гостей сразу. С самого утра под чутким руководством Лидии Григорьевны мы со Светой и Никой готовили многочисленные угощения. Егор составлял вместе столы и носил из дома Лидии стулья, чтобы все могли поместиться на веранде. Федя сначала в недоумении носился по дому, пытаясь понять, чем вызвана такая суета в обычно тихий субботний день, но вскоре устал и устроился подремать в кресле у окна.
Я вышла на крыльцо встречать гостей и заметила прогуливающуюся с коляской теть Марусю Савельеву. Она приветливо махнула мне рукой, и я кивнула в ответ.
Пигалица и Сереженька после рождения ребенка переехали в деревню к родителям. С появлением в доме малыша у Савельева–старшего открылся удивительный талант резчика по дереву, и он целыми днями вырезал, шлифовал и полировал деревянные погремушки для новорожденного. Теть Маруся, в перерывах между уборкой, готовкой и коллекционированием деревенских сплетен, вязала крошечные кофточки, пинетки и одеяльца всех цветов и размеров. Одному ребенку такого количества одежек нипочем не сносить, но новоиспеченную бабушку было не остановить. Ее рукодельный порыв настиг даже меня. как-то вечером она зашла ко мне, и неловко переминаясь с ноги на ногу вручила сверток. Там оказалась красивая ажурная скатерть, связанная из тонкой, почти прозрачной пряжи. Вопреки обыкновению Савельева не смогла выдавить ни слова, но я и так все поняла. Это был знак примирения. Я стала частью деревенской общины.
– Мир вашему дому, – из раздумий меня вырвал громкий голос Алексея Семеновича, за ним тихонько семенил Петр с огромным букетом цветов, который, краснея, торопливо сунул мне в руки. Непривычно было видеть уверенного в себе нотариуса таким робким и застенчивым. Но в тот момент особого значения я этому не придала. Следом на нескольких машинах подъехали мои многочисленные новообретенные родственники. Меня закружила вереница лиц, я пыталась запомнить все имена и выстроить цепочку семейных связей, но быстро сдалась и просто счастливо улыбалась.
После долгого знакомства, я улучила момент и отозвала в сторону Алевтину.
– Смотрите, что я нашла в старом сарае. – На раскрытой ладони лежали серьги с красными камнями и бусы, которые мы с Егором обнаружили в чемодане.
– Это же серьги княгини! И мамины бусы. – Алевтина осторожно рассматривала украшения. – Княгиня говорила, что это рубины. Серьги – то немногое, что осталось у нее от прошлой жизни, а бусы – папин подарок маме, она надевала их на большие праздники. А знаешь, – после паузы произнесла Алевтина, – они теперь твои. Не знаю, правда, носит ли сейчас такое молодежь…
– Не знаю, как молодежь, а я обязательно буду. Спасибо!
Следом меня перехватила Ника.
– Видишь, мой расклад сбылся! – победно сияя сообщила она. – Ты приняла решение, отказавшись отсюда уезжать и в итоге получила новую счастливую жизнь.
– А ведь ты права! Если бы я все же сбежала, ничего этого бы не было.
– Хотя уверена, Егор поехал бы за тобой.
– Думаешь? – с сомнением спросила я.
– Ань, мы все давно уже поняли, что он от тебя без ума! Это только ты его настойчиво Свете сватала!
– Я же думала, между ними любовь, – попыталась я как-то оправдаться.
– Ой дурында, – в очередной раз протянула Ника. – В любом случае, я рада за вас. Будете жить тут долго и счастливо и нарожаете кучу маленьких егорок.
– Это твое новое предсказание?
– Мне и предсказывать не надо, чтобы видеть – вы созданы друг для друга.
Когда все устроились за столом, Алевтина Николаевна встала, чтобы произнести тост:
– Анечка, спасибо, что ты появилась в нашей жизни. Ты не представляешь, сколько сделала для меня, ты примирила меня с собой и с моим прошлым. Я искренне верю, что все беды нашей семьи закончились и теперь нас всех ждет долгая счастливая жизнь, полная любви и взаимопонимания.
Тост был встречен всеобщим одобрением. Егор легонько сжал мою руку и поцеловал в висок.
– Я подумал, мы можем посадить новую яблоньку в память о Ниночке, – прошептал он мне на ухо.
– Это было бы замечательно!
После того, как дело было закрыто, нам отдали останки Ниночки, и мы похоронили ее рядом с родителями – малышка наконец воссоединилась со своей семьей. На службе присутствовали многие жители деревни. Для них разгадка этой истории тоже многое значила.
– Что ж, – внезапно из-за стола поднялся Петр, – сегодня такой прекрасный день и я не вижу смысла ждать более удобного случая, чтобы сообщить важную новость. – Он набрал в грудь побольше воздуха и на одном дыхании выпалил: – Мы с Вероникой Андреевной решили пожениться.
– Наконец–то! – хором воскликнули мы с Егором.
– Вы знали? – Вероника повернула к нам пунцовое от смущения лицо.
– Это случайно вышло, – махнул рукой Егор. – Долгая история.
Дальше все кинулись поздравлять молодых, наперебой желать счастья и предлагать свою помощь в организации торжества.
– Мы не будем сообщать о своих новостях? – снова шепнул мне
