Сумма, видимо, так поразила Муссолини, что он опять выставил просителя за дверь.
Но художник-новатор, очевидно, был большим упрямцем. Бесцеремонный отказ не сломил его. Во дворике своего дома на окраине Рима он стал выращивать цветы, надеясь когда-нибудь осуществить свой грандиозный план.
Летом 1943 года рухнул режим Муссолини, и в Риме образовалось правительство Бадольо. И снова в кабинете итальянского премьера возник тот самый художник.
Новый глава правительства, в ответ на предложение, заявил просителю, перефразируя древнее изречение:
– Когда гремят пушки, не только музы молчат, но и увядают цветы…
Больше этого художника в коридорах власти Рима не встречали.
Видимо, даже древняя богиня растительного мира Флора не смогла помочь своему почитателю.
ТРИ ДНЯ «РИМСКИХ КАНИКУЛ»
У Рима есть очарование, которое трудно определить и которое принадлежит только ему одному. Испытавшие силу этого очарования понимают друг друга с полуслова; для других это загадка.
Некоторые наивно признаются, что для них непонятно таинственное обаяние, заставляющее привязываться к этому городу, как к живому существу.
Жан-Жак-Антуан Ампер
Прекрасная пятижды правнучка
– …А знаешь, кто эта очаровательная синьора, на которую ты пялишься?.. – Марко демонстративно взглянул на часы и радостно, будто совершил великое открытие, сообщил: – Вот уже целых двадцать минут!
– Ты что, выверяешь хронометром каждый мой шаг? Просто я ее где-то видел, но не могу вспомнить, когда и где…
Мое смущение и поспешное оправдание развеселило Марко:
– Не напрягай память…
– Погоди, – прервал я приятеля. – Кажется, это киноактриса. Стефания Сандрелли?.. Нет, не она.
Марко засмеялся:
– Да, есть сходство со Стефанией. И в кино она снималась. Но только это…
Приятель сделал многозначительную паузу, ловко щелкнул пальцами и провозгласил:
– Джулия!.. Украшение и самая загадочная синьора наших салонов этого сезона… Внучка блистательного авантюриста – графа Алессандро Калиостро!..
Не успел я высказаться, что, будь эта красавица внучкой легендарного Калиостро, то ей было бы уже около двухсот лет, – а Джулия никак не тянула на такой почтенный возраст, – как Марко хлопнул себя по лбу и снова рассмеялся:
– Нет, нет… Я ошибся. Она… четыре… Нет, пять раз правнучка знаменитого графа?..
– Пять раз правнучка?.. – повторил я. – Оригинально… Марко решительно встряхнул рукой:
– Ну, может, правильней – пятижды правнучка… В общем, не важно, какая она по счету в роду графа Калиостро. Главное, что Джулия – сама интересный человек.
– Чем же она так прославилась?
– Хочешь сто карет, телег или вагонов тайн о Риме?
– Естественно, хочу!
– Тогда пошли, представлю…
Так, осенью 1989 года в доме римского дизайнера, совладельца строительной компании и большого любителя элитных вечеринок Марко я познакомился с Джулией.
Предсказание в Колизее
Конечно, эта встреча заставила меня вспомнить все, что я знал тогда о загадочном графе…
Джузеппе Бальзамо родился в 1743 году на Сицилии. После обучения в монастыре, неожиданно для родных, он вдруг сбежал в Рим.
Там несколько дней Джузеппе скитался по улицам и площадям, сам не зная, зачем сюда приехал. Только интуиция подсказывала ему, что вот-вот должна произойти важнейшая для его судьбы встреча.
И она состоялась…
Голодного парня окликнул по имени какой-то старый бродяга. Джузеппе удивился. Кто мог знать его в Риме?.. Может, бродяга обознался?..
Нет, старик знал, кого окликнул.
Вначале он, ничего не говоря, уверенно повел молодого сицилийца в Колизей, и там, среди руин, отмахиваясь от летучих мышей, они беседовали всю ночь.
– В этих древних камнях за много веков скопилась сила миллионов людей. Сила страсти, знания, веры, поро ка, благочестивости, лицемерия… – поучал незнакомец.
Джузеппе слушал учтиво, изредка задавая вопросы.
– Ты познаешь многие тайны мира, немало талантов откроется в тебе, – продолжал старик, – но главная твоя сила – в умении заглядывать в будущее и предсказывать судьбы людей и отчасти влиять на них. Кое-чему ты уже научился у цыганок и сицилийских ведьм, но это – лишь азы великой науки. Ты делаешь только первые шаги: смелей ступай дальше. Твоя жизнь – странствие… Твоя смерть – пребывание на одном месте. Не уставай… Не унывай… Действуй! Двигайся!.. И никогда ни на кого не обижайся. Обидчивость – удел слабых. А ты не имеешь права на это…
И началось удивительное странствие
Кто был на самом деле этот римский бродяга? Как звали его? Откуда он появился в Вечном городе и куда уйдет?.. Джузеппе догадался: выяснять этого не следует. Он сразу понял: все, что услышал в Римском Колизее – истина. Путь ему предсказан. Вот ради чего он бежал в Вечный город.
В 1766 году Джузеппе Бальзамо отправился на Мальту, где изучал алхимию, астрологию, учение Пифагора и всевозможные виды гадания.
В книге «Масонство», изданной в 1914 году, рассказывается о том, как сицилиец из бедной семьи Бальзамо стал титулованной особой: «В молодых годах он много путешествовал, побывал в Египте, Сирии, Греции и Италии, объездил Испанию, Португалию, Англию и Францию.
Это дало ему повод хвалиться, что ему теперь стали доступны все тайны восточной и европейской мудрости. Вернувшись на родину, он стал продавать „воду красоты“, превращать серебро в золото, увеличивать бриллианты и указывать счастливые номера в лотереях.
Но скоро он убедился, что все это шарлатанство не принесет ему особенно большой выгоды и не введет в круг высшего общества, если он будет действовать под своим прежним именем.
Поэтому уже в 1776 году он принимает аристократическое имя графа (иногда маркиза) Калиостро, а в следующем году, поняв, какую удобную почву для разного рода проделок представляют собой мистические настроения масонов, вступил в масонскую ложу, примыкавшую к системе „Строгого чина“. Изучив эту систему и начитавшись розенкрейцерских сочинений, он в скором времени стал выдавать себя за основателя новой масонской системы – именно египетской.
Он называл себя посланником пророков Илии и Еноха, которые будто бы изучили тайны египетских жрецов, и даже приписывал себе божественное происхождение.
…Он обещал продление жизни, господство над духами, физическое и моральное возрождение; конечно, он обладал философским камнем и волшебным зеркалом; он мог перевоплощаться и жил на свете уже не одну сотню лет…»
Так, с долей иронии, повествуется в книге о таинственном графе Калиостро. Кстати, этот титул и фамилию он позаимствовал у своей крестной матери – обедневшей графини Калиостро.
Побывав почти во всех странах Европы, Ближнего Востока и Северной Африки, один раз в четыре года он обязательно посещал Рим. Делал это инкогнито. Даже те жители Вечного города, которые узнавали о приезде графа, не могли сказать, чем он здесь занимается, где остановился и надолго ли задержится.
Вопросы без ответа всегда подогревают любопытство и порождают домыслы. Поговаривали, что в Риме Алессандро Калиостро (так здесь уже стали называть Джузеппе Бальзамо) общается с древними языческими божествами, посещает места, где когда-то находились воздвигнутые в их честь, затем порушенные святилища.
Лишь одно событие в римской жизни Калиостро не хранило в себе тайны и мистики и стало известно всему городу: он женился на двадцатилетней красавице Лоренце Феличини.
И снова начались странствия графа, но уже с молодой супругой.
Почитатели и гонители
О своих встречах с Калиостро писала в мемуарах баронесса Оберкирх: «Он был не то, чтобы красив, но я никогда не видела более выразительной физиономии. Он обладал взглядом почти сверхъестественной глубины.
Выражение его глаз было то как пламя, то как лед; он привлекал к себе и отталкивал; он то внушал боязнь, то казался непреоборимо привлекательным».
Даже, осторожный со всеми, кто увлекался мистикой, великий поэт Иоганн Вольфганг Гёте отмечал: «…Калиостро во всяком случае замечательный человек… подобные ему люди позволяют увидать те стороны человечества, которые в обычном ходе остаются незамеченными».
В 70—80-х годах XVIII века в любом европейском светском салоне не проходило и дня, чтобы не заговорили о Калиостро. Его мраморные бюсты выставлялись в знатных домах многих стран, а миниатюрные портреты хранились в медальонах и в браслетах. Многие поэты и писатели той поры делали графа героем и персонажем своих произведений.
Но встречались на пути Калиостро и недоброжелатели. На него сочиняли доносы и памфлеты, обвиняли в шарлатанстве и отступничестве от христианства. Приписывали ему тайное поклонение богам Древнего Рима. До поры до времени Калиостро удавалось выкручиваться из сложных ситуаций и уходить невредимым от инквизиции.
