Пребывание в России
Алессандро и Лоренца приехали в Петербург в 1779 году.
Известный знаток истории Северной столицы Н.И. Божерянов в книге «Невский проспект» писал: «В ноябре же по вечерам, четыре раза в неделю, давал представления итальянец Пинчи или вернее Калиостро…
Могущественный князь Потемкин, вследствие распространения молвы о Калиостро, оказал ему особое внимание, а Калиостро, со своей стороны, успел до некоторой степени отуманить князя своими рассказами и возбудить в нем любопытство к тайнам алхимии и магии…»
Далее автор приводит пример, как жестоко одурачивал «заезжий чародей» не только Потемкина, но и многих других представителей высшего света Санкт-Петербурга.
«У князя Г. опасно заболел 10-месячный единственный сын, и Калиостро был приглашен как врач.
Осмотрев ребенка, он объявил князю и княгине, что берется вылечить умирающего младенца, но с тем условием, чтобы дитя было отвезено к нему на квартиру, где ребенок и оставался более месяца и был возвращен родителям совершенно здоровым.
Вскоре после отдачи родителям их сына, вдруг у его матери явилось подозрение, что ребенок подменен. Началось следствие и Калиостро, не отпираясь, заявил, что так как отданный ему на излечение ребенок умер, то он решился на обман для того только, чтобы хотя на некоторое время замедлить отчаяние матери. На вопрос же, что он сделал с трупом дитяти, Калиостро отвечал, что, желая сделать опыт возрождения (палингенезиса) он сжег его. Это обстоятельство будто бы и было причиною высылки Калиостро из Петербурга…».
Приведенный случай из жизни великого авантюриста – лишь одна из множества версий, почему он так поспешно покинул Россию. Были и другие.
В Петербурге Калиостро трудился не покладая рук: омолаживал драгоценные камни, вызывал души умерших, лечил людей, консультировал, как выращивать цветы, делал прогнозы, «уходил» в прошлое и будущее, читал лекции и демонстрировал свои опыты в великосветских салонах.
И все же некоторые современники замечали его озабоченность, словно он скрывал от посторонних еще какую-то сторону своей деятельности.
У Калиостро, помимо Григория Потемкина, в Петербурге были и другие могущественные друзья-покровители. Один из них – гофмейстер Екатерины II Иван Перфильевич Елагин.
Столичный остров, где находилась великолепная дача гофмейстера, впоследствии будет назван Елагин. Вот на эту дачу Иван Перфильевич и пригласил пожить какое-то время итальянского друга.
Потом Елагин рассказал приятелям о планах Калиостро отыскать в Петербурге какие-то клады. Итальянец даже называл их примерную стоимость. Но цена была настолько высокой, что Иван Перфильевич усомнился в их существовании.
Однако Алессандро был настроен весьма серьезно. По ночам он взывал к неведомому «шестирукому духу» – владыке всех сокровищ и уговаривал его указать, где находятся клады. Иногда Калиостро доставал бронзовую статуэтку древнеримского божества Фавна и расставлял вокруг него девять зажженных свечей.
Елагину порой удавалось услышать, как и о чем просил итальянский гость Фавна и загадочного «шестирукого духа». Эти, непонятные для русского вельможи, сеансы продолжались около месяца. Но однажды Алессандро взволнованно сообщил Елагину, что должен покинуть Россию и отправиться в Рим.
– Но откройтесь, граф, в чем причина столь поспешного отъезда? – удивился Иван Перфильевич. – Неужели вас так обеспокоили нелестные слова Потемкина? Не волнуйтесь, он человек пылкий, горячий, но отходчивый. Вот увидите, у вас снова установятся с ним добрые отношения.
– Гнев «шестирукого» пострашней гнева Потемкина… – загадочно ответил Калиостро.
Что означает какой-то «шестирукий дух», Елагин не стал выяснять.
А спустя пару дней Калиостро покинул Петербург.
Некоторые исследователи его биографий считают, что всесильный Потемкин влюбился в Лоренцу и стал готовить козни ее супругу. В свою очередь, императрица Екатерина Алексеевна ревновала своего фаворита к итальянской графине. Из-за этого она решила, не поднимая шума, побыстрее выдворить Калиостро и его супругу из России.
Смерть в римских застенках
В 1785 году в Париже у Калиостро возникли очень серьезные неприятности. Он и Лоренца были обвинены в краже ожерелья королевы Марии Антуанетты.
Хотя суд и оправдал их, знаменитая пара со скандалом отбыла из Франции в Лондон. Там раздосадованный граф написал письмо своим французским почитателям, в котором предсказал скорую революцию и казнь короля Людовика XVI.
Английские сторонники Людовика тут же отреагировали. В одной из лондонских газет появилась разоблачительная статья против Калиостро. Видимо, публикация здорово подорвала репутацию графа, раз он вынужден был покинуть Великобританию.
Вначале Алессандро и Лоренца отправились в Швейцарию. Но и там их настигли отголоски парижского и лондонского скандалов.
И однажды граф заявил супруге:
– Очиститься от грязи я смогу только в Риме… Так мне нашептали всевышние силы…
В 1789 году супруги прибыли в Вечный город. Но отношение к Калиостро изменилось и здесь: бывшие почитатели и друзья отвернулись от него. Никто не захотел с ним встречаться.
Вскоре Алессандро был арестован. Лоренца какое-то время оставалась на свободе, но затем та же участь постигла и ее.
Следствие проводили представители инквизиции.
Во время одного из допросов Калиостро заявил:
– Древние боги нашептали, что Риму от меня останутся три важных элемента моей судьбы…
Когда один из инквизиторов поинтересовался, о каких важных элементах идет речь, граф ответил:
– Смерть Лоренцы, моя смерть и жизнь нашей дочери…
Где находилась в то время дочь арестованного – инквизиторы, видимо, не посчитали нужным выяснять. Главным для них было уничтожить Калиостро.
Через полтора года следствия, допросов и унижения ему предъявили обвинение в преступлениях перед святой церковью, в поклонении языческим идолам, в еретических высказываниях. Инквизиторы утверждали, что Алессандро даже в застенках вызывал древних богов Рима и слушал их советы.
В апреле 1791 года его приговорили к смертной казни. Но папа Пий VI заменил ее на пожизненное заключение.
Считается, что Калиостро умер в одиночной камере в 1795 году, а его супруга, тоже приговоренная к пожизненному заключению, скончалась в 1794 году…
Однако моя новая знакомая Джулия была убеждена, что это не так.
– Лоренца и Алессандро задолго до ареста в Риме до говорились умереть одновременно. Этот договор они исполнили, хоть и находились в разных тюремных камерах. Яд они приняли в «день всех тайн» в 1795 году – 11 апреля по новому стилю, – пояснила Джулия.
Что ж, возможно, у далекого потомка легендарного Калиостро – свой источник информации…
«Sole al Pantheon»
– Как ты думаешь, чем замечателен этот отель? – спросила Джулия, когда мы вышли из машины.
– Судя по фасаду – почтенным возрастом и внушительными ценами, а по названию – наверное, прекрасным видом на Пантеон из окон номеров, – высказал я шутливое предположение. – А еще в «Sole al Pantheon», возможно, обитают древние привидения и духи. Ну, не может в Риме обойтись без них здание, которому больше сотни лет!..
Джулия засмеялась.
– Ты прав!.. Но «Sole al Pantheon» знаменит не только этим…
– Ах да, – спохватился я. – Забыл про сокровища. Как минимум пара кладов спрятана в подземельях этого здания. И наверняка их стерегут злобные призраки…
Джулия снова засмеялась:
– Вот тут у меня нет полной уверенности… Хотя, – за долгие годы существования отеля все возможно… Этот дом упоминался в документах еще в 1467 году, а может, и раньше. Тогда отель назывался гостиницей или постоялым двором «Del Montone».
– Представляю, какие страсти бушевали здесь более чем за пять веков, – предположил я и с восхищением добавил: – А каких личностей повидали эти древние стены!..
– Не берусь утверждать, – ответила Джулия, – но есть свидетельства, что здесь останавливался великий Рафаэль, кардинал герцог де Ришелье, граф Сен-Жермен, писатель Жан-Поль Сартр… И…
Тут Джулия сделала многозначительную паузу и хитро взглянула на меня.
– Неужели сам непревзойденный, блистательный, загадочный… – с усмешкой подхватил я.
– Да, да, – кивнула Джулия, – Алессандро Калиостро и его супруга Лоренца.
– Ну, конечно, не будь постояльцем «Sole al Pantheon» твой знаменитый предок, ты бы здесь не остановила машину…
Джулия не обратила внимания на мой насмешливый тон.
– Есть предание, что в отеле какое-то время с Алессандро и Лоренцей жила их маленькая дочь Франческа…
– То есть твоя пра-пра-пра, прабабушка? – не удержался я.
– Да…
– Но в литературе нигде не упоминается дочь Калиостро…
– Мало ли что не упоминается в литературе, – упрямо возразила Джулия. – Может быть, опасаясь мести инквизиции, Франческу под чужим именем скрывали какое-то время родственники Лоренцы. А потом она вышла замуж – и фамилия Калиостро забылась…
