– Так, может, заглянем, – предложил я и сделал жест в сторону отеля. – Сообщишь владельцу, что ты потомок их давнего знаменитого постояльца. Глядишь: получишь какую-нибудь скидку на услуги отеля.
– Нет-нет, туда мы не пойдем, – заупрямилась Джулия. – Я дала слово, что, пока не закончу книгу о местах пребывания Калиостро в Риме, в «Sola al Pantheon» больше не зайду…
– Значит, ты бывала там?
– Бывала…
– Но при чем тут окончание работы над книгой? Или ты не хочешь, чтобы кто-то в отеле увидел нас вдвоем?..
– Не будем об этом, – неожиданно резко ответила Джулия по-итальянски, но тут же спохватилась и повторила слова по-русски, и более мягким тоном.
Мы снова сели в машину. Водитель удивленно оглянулся. На лице его появилось нескрываемое разочарование. Видимо, парень ожидал, что мы с Джулией скроемся в отеле хотя бы на пару часов, и он спокойно досмотрит футбольный матч по миниатюрному телевизору.
«Отсюда он предсказывал»
Мы снова оставили машину и пошли по улице Кончилиацьоне, которая соединяет площадь Святого Петра с берегом Тибра и замком Святого Ангела.
– Откуда такое название? – поинтересовался я, не отрывая взгляд от величественного древнего замка.
– Ты правда не знаешь? – удивилась Джулия. – Всех иностранных туристов ведут к Святому Ангелу и рассказывают легенду…
– Но я ведь не турист, и мои «Римские каникулы» начались только пять дней назад… И потом – разве найдешь в Вечном городе гида, великолепнее тебя?..
– Могу познакомить с гидом, – усмехнулась Джулия.
– Не надо!.. – поспешно выпалил я.
Она окинула взглядом замок Святого Ангела, будто проверяя, ничего ли в нем не изменилось, и заговорила, как опытный экскурсовод:
– А легенда очень короткая… В 590 году в Риме, как и по всей Италии, свирепствовала чума. Папу Григория, во время его ночной молитвы о спасении жителей города, чей-то голос призвал посмотреть на вершину замка. Понтифик исполнил призыв. В первых утренних лучах он увидел, как на вершине Михаил-архангел вложил в ножны свой меч. И Григорий понял: это знак окончания эпидемии. И на следующее утро понтифик объявил: отныне эту крепость именовать «Замком Святого Ангела»… Жаль, что сегодня понедельник, и мы не сможем побывать внутри.
Мы прошлись вдоль стены легендарного сооружения. Я выжидающе взглянул на Джулию.
– Опять выполнять роль гида? – спросила она. – Ладно, слушай… Задумал император Адриан построить для себя мавзолей. Произошло это, кажется, в 130 году. Но строительство завершилось уже после его смерти. Впоследствии в мавзолее хранились погребальные урны римских императоров – от Адриана до Септима Севера. В Средние века замок Святого Ангела превратили в настоящую крепость. В случае опасности здесь укрывались понтифики со своими приближенными. В замке есть апартаменты нескольких римских пап, залы Секретных архивов и сокровищ… А еще…
Тут Джулия сделала паузу, словно собираясь раскрыть мне страшную тайну. Потом, более тихим голосом, продолжила:
– В замке Святого Ангела находилась знаменитая на всю Италию тюрьма со множеством обычных и потайных камер.
– Чем же эта темница знаменита? – спросил я.
– Своими арестантами… Тут был в заточении прекрасный скульптор, ювелир, мемуарист Бенвенуто Челлини. Правда, ему удалось совершить отсюда побег. В тюрьме замка Святого Ангела находился Джордано Бруно… А помнишь оперу Пуччини «Тоска»?
Я молча кивнул в ответ.
– Так вот, героя оперы казнили именно здесь, а сама Тоска бросилась с этих стен…
И успела пообещать отомстить на том свете убийце своего любимого, – подхватил я. – Но ты не упомянула еще об одном знаменитом арестанте…
– Опять станешь ехидничать? – спросила Джулия. – Вот не скажу, раз так…
– Честное слово: не буду… Просто после нашей экскурсии по Риму я понял: здесь каждый камень, которому больше двух веков, овеян памятью твоего знаменитого пращура… Ну, пожалуйста, ответь: он бывал в замке Святого Ангела?
Джулия махнула рукой.
– Ладно, ехидничай… Калиостро действительно упрятали сюда и пытали, выбивая признание. Именно в этой тюрьме он предсказал и казнь короля Людовика XVI, и разрушение Бастилии, и приход к власти Наполеона, и многое другое. Инквизиторы записывали каждое слово Калиостро, а потом распускали слухи, что граф по ночам обращался к римским языческим богам. И сам двуликий Янус будто бы, нашептывал ему предсказания. Говорят, часть протоколов с записями пророчеств Калиостро исчезли из архивов лет сто пятьдесят назад…
– И где сейчас эти документы – не известно? – оживился я.
– Нет…
– Но они по праву должны принадлежать нынешней наследнице графа…
Джулия стукнула меня кулачком в плечо.
– Ты опять за свое? Все, умолкаю… Считай, что ты потерял замечательного экскурсовода.
– Нет, нет, продолжай… Просто мне захотелось немедленно отправиться на поиски бесценных документов… Представляешь?.. Мы будем день и ночь бродить по Риму и выспрашивать прохожих, что они знают или слышали о пропавших предсказаниях Калиостро. Из тысячи – один – укажет нам верный путь поисков…
– Вначале прохожие будут испуганно шарахаться, – весело подхватила Джулия, – а потом нас упекут в психушку. Там и закончатся наши «Римские каникулы».
– Оригинальное окончание моего пребывания в Вечном городе. Но, согласен, – решительно махнул я рукой. – Мы и там будем вести свои поиски: выспрашивать психов и медперсонал и буйствовать, чтобы нас перевели в темницу замка Святого Ангела…
– А в замке нас станут показывать туристам как двух свихнувшихся на римских тайнах, – поддержала Джулия.
– Зато духи обитателей тюрьмы возрадуются новым соседям и раскроют нам немало секретов прошлого…
Недовольство кучера
Мы наняли его на площади у собора Святого Петра.
– Из всех кучеров – он самый старый, – сказала с сомнением Джулия.
Зато лошадка – самая резвая: до утра выдержит, – ответил я. – Берем!..
Джулия подошла к кучеру и заговорила. Вначале тот ошарашенно взглянул на нее, потом – на меня, всплеснул руками и яростно затряс головой.
– Нет!.. Нет!.. Синьора!..
Но Джулию это не остановило. Кучер не знал ее упрямого характера. Энергично жестикулируя – как это по-особому умеют делать лишь итальянки, – она произнесла на одном дыхании длиннющую тираду. После этого старик еще больше вытаращил глаза и сдался.
Он слез с козел, передал вожжи какому-то мальчишке и неспешно побрел к телефону-автомату.
– Все в порядке? – поинтересовался я.
– Вначале он отказался катать нас до утра. Теперь согласен. Пошел кому-то доложить…
– А что ты ему такое наговорила?
У Джулии озорно загорелись глаза, и она прошептала мне на ухо несколько русских словечек… Причем без всякого акцента.
– Ого!.. Нежная графинюшка, искусствовед, топ-модель, магистр… и такое загнуть?!.. Ты где изучала мой родной язык?
– На курсах, когда училась в университете в Швейцарии. А потом я дважды бывала на стажировке в России, – невинным голоском пояснила Джулия.
– По каким же злачным местам тебя там носило, дитя мое?.. – сокрушенно покачал я головой. – Какие же нечестивцы и сквернословы тебя обучали?..
– Но произношение у меня хорошее? – таким же невинным тоном поинтересовалась Джулия.
– Да-а, у тебя были хорошие наставники в России. Кстати, а почему ты, коренная римлянка, училась в Швейцарии?
– Вначале мои родители работали в одной компании в Женеве. А потом я вышла замуж за швейцарца.
– Почему же он не прилетел с тобой в Рим? – стараясь как можно равнодушнее, поинтересовался я.
– Мы развелись пару лет назад, – взгляд Джулии сделался лукавым. – Еще будут наводящие вопросы о моем прошлом и настоящем?
– Конечно, мне хотелось еще кое о чем расспросить, но вернулся кучер, хмуро кивнул нам и жестом предложил сесть в кабриолет.
Перед тем, как тронуться в путь, он несколько минут обсуждал с Джулией маршрут нашей поездки. Лицо его становилось все угрюмее, словно прогулка по Риму таила смертельную опасность. Не оживился он, даже когда я сунул ему задаток – увесистую пачку лир.
Наконец, кучер что-то пробормотал себе под нос, взмахнул вожжами, прищелкнул языком, и гнедая лошадка медленно двинулась в путь.
Я взглянул на Джулию.
– Невесело начинается прогулка. И со спины видно, как опечален наш возница. Будто не кабриолетом правит, а катафалком. И чем он не доволен? Не бесплатно же везет… Где итальянское искрометное веселье?.. Где римское доброжелательство к приезжим?..
– Все еще впереди, – успокоила Джулия.
Ночь в кабриолете
После недолгого ужина в «Харрис баре» на виа Венето мы снова тронулись в путь.
Наш кучер тоже подкрепился прихваченной с собой пиццей и заметно повеселел, наверное, от выпитого тайком вина.
Он даже, наконец, сообщил, что зовут его Лео и что завтра ему исполнится семьдесят лет. А в связи с достижением столь почтенного возраста намечался его уход на заслуженный отдых. Наверное, свой последний рабочий день он хотел отметить как-то по-особенному. И вот наше с Джулией появление, щедрый задаток и заказ на длительную прогулку спутали завтрашние планы Лео.
