Но штормы, которые не угрожали побережью, тем не менее представляли опасность для Бермудских островов, так что пришлось пойти на соглашение с Англией о том, что Бермуды не входят в зону нашей защиты.
Пока я разбирал бумаги, Тэд и Барни, сидевшие по другую сторону прохода, обсуждали предстоящую пресс-конференцию.
– Важно, чтобы газетчики вынесли правильное представление о нашей работе, – донесся до меня голос Барни. – Мы должны показать им, что «Контур» – только эксперимент.
Тэд кивнул головой.
Я оторвался от чтения.
– Тэд, не забудь, что доктор Вейс будет сидеть рядом с тобой. Постарайся не произносить ничего похожего на управление погодой.
Тэд бросил в мою сторону мрачный взгляд.
– И не старайся предсказывать будущее, – продолжала Барни. – Ограничься рассказом о работе, связанной с проектом. Не позволяй корреспондентам загнать тебя в угол, когда ты будешь вынужден давать какие-нибудь обещания.
Тэд взмахнул руками.
– Ты еще прикажешь, чтобы я приклеил бороду и нацепил черные очки! – воскликнул он. – Или вообще сбежал, прежде чем начнется эта чертова пресс-конференция? Послушайте, вы не хуже меня знаете, что мы либо представляем на суд очевидные результаты, либо нас вышвыривают вон. И нет смысла стараться обойти острые проблемы. Что бы мы ни плели, всем совершенно ясно, что стоит нам пропустить хоть один ураган, считайте, что мы списаны со счетов, что нас не существует.
Тули, сидевший сзади, наклонился к спинке кресла Тэда.
– Нам никогда не остановить все ураганы, – сказал он. – Ведь тропические возмущения не располагаются равномерно над всем океаном и не ждут, чтобы мы могли расправляться с ними по очереди. В разгар сезона, когда возмущения идут группами, какая-то часть неизбежно вырвется из наших сетей и прорвется к берегу.
– Тули прав, – сказала Барни. Она обернулась к Тэду: – Мы должны быть предельно осторожны, особенно перед газетчиками.
– Если бы мы были осторожны, – возразил Тэд, – нас бы не было сейчас в этом самолете.
Пресс-конференция проходила в одном из роскошных отелей в Майами-Бич. Банкетный зал был переполнен, и от света телевизионных юпитеров было нестерпимо жарко. Мы все нервничали.
Руководитель местного Бюро прогнозов представил нас в длинной и утомительной речи.
– Талантливые молодые люди… смелые новые идеи… молодость дерзает… – бубнил он.
Тэд ерзал на своем стуле и был похож на грозовое облако, опасное и неудержимое.
Когда вступительный панегирик был наконец завершен, слово взял доктор Вейс. В хорошо продуманных выражениях он рассказал об ураганах, которые обрушились в прошлом году на Соединенные Штаты Америки, и напомнил о миллиардных убытках, которые они нанесли стране. (Пока он говорил, множество туристов толпилось в аэропортах и на вокзалах Флориды, покидая побережье в поисках более безопасных мест отдыха до конца сезона ураганов.)
– Если нам удастся остановить хотя бы один ураган, прежде чем он обрушится на побережье, – продолжал доктор Вейс, – экономия, которую мы получим, не говоря уж о человеческих жизнях, полностью окупит стоимость всего проекта «Контур».
Подробно рассмотрев структуру проекта и воздав должное усилиям Комитета по охране окружающей среды, министерству обороны, береговой охране, конгрессу и всем правительственным организациям, которые имели хоть малейшее отношение к программе (он даже упомянул о лаборатории «Эол»), доктор Вейс предложил корреспондентам задавать вопросы.
Вопросов оказалось множество. Уже через несколько минут журналисты сообразили, что ключ к сенсации находится в руках Тэда, и все свое внимание сосредоточили на нем. Наконец кто-то из репортеров спросил:
– В прошлом предпринималось немало попыток воздействовать на погоду. Но, насколько мне известно, это первое значительное начинание такого рода, поддержанное правительством, не так ли?
Доктор Вейс взял микрофон и поспешил ответить раньше, чем это сделает Тэд.
– Проект «Контур», – сказал он, – не является программой по управлению погодой. Это только эксперимент, и эксперимент ограниченный, несмотря на свои масштабы. Проект направлен на то, чтобы воздействовать на тропические возмущения, которые могут перерасти в разрушительные ураганы и представлять угрозу для населенных районов. Именно на это, и ни на что большее. Ни один другой аспект управления погодой затронут не будет, и наши эксперименты никоим образом не направлены на исправление погоды, даже при самом бурном воображении.
Тэд посмотрел через весь длинный стол на советника президента по науке, а потом взял в руки стоявший перед ним микрофон.
– Правительство, – сказал он, – не готово к управлению погодой. Во всяком случае пока. Большинство из нас, сотрудников «Контура», рады были бы начать широкую кампанию в этом направлении. И я скажу вам, что подлинное управление погодой куда больше помогло бы бороться с ураганами, которые угрожают нашим берегам.
– Я не стал бы формулировать это положение таким образом, – вмешался доктор Вейс, постучав трубкой по столу. – Правильнее сказать, что проект «Контур» – волнующий и перспективный первый шаг к воздействию человека на климат. Но…
– Но нас ограничивают борьбой с возмущениями, дока они находятся в океане… и нам не доверяют изменить погоду над Соединенными Штатами.
Лицо доктора Вейса потемнело.
– Мы должны научиться ходить, прежде чем побежим, – сказал он резко. – Вы еще не доказали нам, что способны бороться с небольшими возмущениями. Если вам повезет и если вы проявите благоразумное терпение и выдержку, в свое время мы перейдем и к управлению погодой.
Тэд пожал плечами.
– Я полагаю, – сказал он, – что «свое время» должно наступить в этом году. Мы уже научились ходить. Мы можем пробежать столько, сколько нужно… если правительство разрешит нам это сделать.
Кто-то из журналистов крикнул:
– Мистер Маррет, после того как завершится сезон ураганов, скажем, ко дню выборов, какими критериями вы будете оценивать успех вашей программы «Контур»?
Тэд на мгновение зажмурился, как человек, готовящийся прыгнуть с высоты.
– Если хоть какой-нибудь участок побережья Америки или островов Карибского моря подвергнется ущербу или хоть один человек погибнет в результате урагана, считайте, что проект «Контур» провалился.
Зал потрясенно замолчал.
Я почувствовал, как у меня по спине побежали мурашки. Ни один человек не может дать подобной гарантии. Тэд, сверкая глазами, оглядел всех сидящих за столом, как будто вызывая нас на возражения. Корреспонденты бросились к телефонам.
Заголовки вечерних газет четко подытожили его выступление.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
