на длинной рукояти, подскочил к скорпиону. Со всей силы опустив молотообразный наконечник на сочлененье правой клешни развернувшегося в сторону Алексею скорпиона, Клим тут же неуклюже отпрыгнул в сторону, выпуская молот из рук. Благо в повозке находилось еще много оружия, а вернуть отчекрыженную руку обратно стоило баснословных денег! Секунду спустя в то же место ударил молот Дядьки.
Пантера тем временем спрыгнула со спины насекомого, принялась вырывать куски хвоста и ломать задние конечности.
Скорпион завертелся ужом, не понимая, с какой стороны отражать атаки. Жало, которое пустынный хищник с трудом вырвал из щита Клима, бесцельно стреляло по сторонам. Почувствовав резкую боль во внезапно онемевшей клешне, скорпион с трудом повернулся к отбегающему из зоны поражения обидчику. Зато справа несколько зарвавшихся двуногих без особых затей кололи его копьями и лупили алебардами по конечностям.
Махнув плохо слушающимся жалом направо, скорпион с удовлетворением почувствовал, как оно вошло в мягкое тело двуногого с громким, чавкающем звуком. И это было последнее, что гигантское насекомое почувствовало в этой жизни. Попавший в сочленения брони огненный шар буквально оторвал скорпиону голову.
– Твою мышь, это было… неожиданно, – прохрипел уставший Алексей, отплевываясь от песка и пытаясь выбить его из волос и одежды.
Клим устало привалился к повозке, с сочувствием посматривая на Дядьку и его ребят. Мужики молча стояли у пробитого насквозь товарища, на губах которого уже выступила пена.
– Никак не могу ему помочь, – печально прошептала Катрина, не обращаясь ни к кому конкретно, и повернулась к Климу. – Давай посмотрим твое плечо, мне кажется, я слышала хруст.
Оказалось, что хруст был не в плече, а в ребрах – и как только молот поднять сумел? Горячка боя отступила, и навалились проблемы. Отряд потерял сразу двух бойцов. Первым был Клим, на которого навалился отходняк после поддерживающих заклинаний Катрины. Он не то что руку поднять не мог – сидел с трудом, морщась от каждого резкого движения. А мужики, во главе с Дядькой, хмуро снимали оружие и обмундирование со своего товарища – второго потерянного в бою. Третьего за все время Вылазки.
Алексей же предавался самобичеванию. Что он за маг, если какого-то скорпиона убить без потерь не может? Да и вместо того, чтобы быть здесь и сейчас, начал пережевывать прошлое…
Одна только пантера, развалившись на теплом панцире членистоногого, довольно вылизывала лапы, да Смайл, ползающий по останкам насекомого с метром и карандашом в руках, слепил широкой улыбкой не хуже полуденного солнца.
После того, как стражника предали песку и почтили его уход небольшой тризной, отряд взялся за трофеи.
Бывшие стражники и Клим в голос принялись убеждать Алексея, что ближайшие пару часов и километров им ничего не грозит – скорпионы были жуткими индивидуалистами, не терпящими на своей территории посторонних.
Взявшись за разделку туши насекомого, мужики общими усилиями сняли пластины брони, вырубили клешни и вырезали жало с мешочком яда. Причем вскрывать панцирь скорпиона там, где пометил Смайл, оказалось намного легче, чем в других местах. Жало с ядом убрали в мешок и положили в повозку, а клешни погрузили на своеобразные салазки, сделанные из перевернутых бронепластин самого скорпиона, привязав последние к многострадальной повозке.
Один из бойцов заикнулся было о том, что, мол, недурно было бы впрячь пантеру в повозку, но быстро передумал, с ужасом глядя снизу вверх на мгновенно повалившую и усевшуюся ему на грудь кошку. Оказалось, хвостатая отлично понимает человеческий язык.
Мини-конфликт был исчерпан, и отряд продолжил свой путь. Люди выбивались из сил, и только поддерживающие благословления Катрины помогали им выдерживать взятый темп и не сойти с ума от навалившейся духоты. Алексей сам не гнушался толкать повозку. Парень, доверившись интуиции и недвусмысленным намекам взволнованного рарга, всеми силами стремился попасть в деревушку до темноты.
Когда же из-за очередного бархана показалась казавшаяся теперь родной деревушка, у команды авантюристов открылось второе дыхание. Отряд ускорился и вскоре с триумфом появился на единственной улочке сторожевого поселка.
Алексей, прекративший самоедство еще пару часов назад, посмотрел на свою команду. Выходило из поселка восемь человек, а вернулось всего пять, не считая присоединившейся Катрины. Если добавить к потерям еще и отряд Гиро, то получалось, что из одиннадцати человек, ушедших позавчера на вылазку, вернулось лишь шесть. И если четверо из них погибли по своей вине, то смерть последнего тяжким грузом легла Алексею на сердце.
Он понимал умом, что внезапная атака скорпиона не его ошибка, ведь карта не отображала скорпионов, передвигающихся под песком, следовательно, он ничего не мог сделать. Но все равно Алексей, с одной стороны, чувствовал себя ответственным за гибель стражника, а с другой, недоумевал, почему он переживает за практически незнакомых ему людей. Тем более что бывшие стражники держались своей компанией, стараясь не пересекаться ни с Климом, ни с Алексеем.
Он вздохнул.
Общались, не общались – не так уж важно, а вот человеческие жизни было, конечно же, жаль. Немного подумав, Алексей все же решил определиться с дальнейшими планами своих временных попутчиков.
– Мужики, вы сейчас куда?
– В трактир. Надо бы отметить, да и ребят помянуть, чего уж там, – вздохнул Дядька.
– Мне нужно в столицу, к маме, – стеснительно произнесла Катрина.
– Я тоже в столицу, пока скупщики не пронюхали про нас в этой дыре, – старательно надувая грудь колесом и поглядывая на Катрину, добавил Клим.
Алексей окончательно перестал ассоциировать бастионца с гномом – человек как человек, только в плечах пошире.
– Ну и отлично, – кивнул Алексей, – я тоже в город. Помоюсь только, а то такое ощущение, что песок этот везде. Тогда через час в таверне?
Час спустя отряд собрался за столом в трактире, и началась жаркая дележка трофеев. Клим сразу же положил глаз на железное дерево, слегка оцарапанную кирасу, несколько мечей из какой-то синеватой стали, а также правую клешню скорпиона.
Алексей, помимо кожаного доспеха и плащей, которые все посчитали простыми тряпками, взял себе жало скорпиона с мешочком яда, кинжал с клеймом «Ом» на рукояти, с десяток медных браслетов и серебряную пряжку ремня с таким же клеймом – ни панцирь, ни доспехи с мечами он на себе тащить не собирался. Катрине отдали несколько золотых и серебряных браслетов, пару медальонов, присоединив к этому кошельки погибшего Гиро и его телохранителя.
Гурдон, сидевший за общим столом, возился с подаренным ему медным кругляшом на цепочке и счастливо улыбался, а Алексей задумчиво изучал появившееся сообщение:
Принести шаману Гурдону медный артефакт из Пустыни.
Задание выполнено, награда: распаковка пакета «Удаленная точка доступа» (требуется: золотой Амулет Стабилизации энергопотоков, текущий владелец: шаман Гурдон).
Несанкционированный доступ к Сети. Немедленно свяжитесь с Орденом Чистоты.
– Слушай, отец, а продай мне свой амулет. Я так понял, он у тебя все равно сломался, – подгадав момент, невзначай обронил Алексей, обращаясь к седому шаману.
Алексей еще в первый
