— Поэтому и не буду. Хотя очень хотелось бы.
— О, значит, у тебя еще мозги, раз ты понимаешь, что тебе точно крышка, если кто-то увидит тебя во всей красе.
— Вместо этого я лучше сделаю то, что ты уже давно заслуживаешь.
— Вот как!
— Я тебя уволю.
— Что? — широко распахивает глаза Джон.
— Да, ты все верно услышал, Джон, — с гордо поднятой головой уверенно произносит Терренс. — Ты уволен . Отныне ты больше не мой менеджер.
— Что ж, прекрасно! Тем лучше для меня. Тем более, что мне уже надоело терпеть такую капризную истеричку, как ты. Павлина, который думает, что ему все обязаны .
— С этого момента я буду искать себе другого менеджера. Который сможет очень быстро вернуть мне былую славу и найти главные роли в достойных фильмах, которые сделают меня великой звездой.
— Ищи, дорогой мой, ищи, — уверенно кивает Джон. — Только у тебя ничего не получится.
— У меня все получится! А если другие не могут с этим справиться, то я сам буду искать предложения.
— Ну давай! Я посмотрю, как скоро ты сможешь получить предложение сыграть хотя бы небольшую роль.
— Вот увидишь, я найду.
— В таком случае я желаю тебя удачи. Хотя уверен, что у тебя ничего не получится.
— Я советую тебе завязывать с менеджментом и найти себе другую работу.
— А ты завязывай с актерской карьерой и ищи что-то другое. Потому что ты потратишь время зря. И у тебя не останется другого выбора, когда однажды ты спустишь все деньги, которые успел заработать за все это время.
— Это мы еще посмотрим.
— Пошел ты куда подальше, козел! Уже стоишь у меня поперек горла. Так достал за все эти годы, что я буквально выть начал.
— Вот и вали отсюда!
— И свалю! Свалю подальше от того, кому следовало бы научиться хорошим манерам.
Джон резко разворачивается и уходит все дальше и дальше по коридору, а чуть позже скрывается за одним из поворотов, так и не заметив Ракель, которая по-прежнему прячется и качает головой, будучи потрясенной всем услышанным.
Терренс же остается совсем один и резко выдыхает, проведя руками по своему лицу. Он все еще довольно напряжен, взбешен и разочарован из-за всего, что только что произошло. Из-за того, что его дела с карьерой актера действительно не так хороши, как бы ему хотелось.
— Ох, твою мать… — устало вздыхает Терренс. — Как же меня все это задолбало… Неужели я и правда никогда не смогу вернуть былую славу и буду вынужден перебиваться небольшими ролями и фотосъемками? На вроде той, которая состоится через неделю. На которой мне придется работать с этой чертовой моделькой…
Терренс с усталым стоном задирает голову к верху.
— Надо же… — ехидно усмехается Терренс. — И как она только посмела? Любая девчонка тут же падает мне в ноги, а эта какая-то особенная ! Не склоняет передо мной голову.
Терренс крепко сжимает руки в кулаки.
— Ну ничего, девочка, ничего… — тихо произносит Терренс. — Я тебе устрою на тех съемках, которые состоятся через неделю. Сделаю так, что ты будешь спрашивать у меня разрешение на любое действие. Будешь заглядывать мне в глаза, как своему повелителю. Я заставлю тебя подчиняться. И заставлю вспомнить, кто такой Терренс МакКлайф. Хорошенько запомнить это на всю свою жизнь.
Терренс еще несколько секунд стоит на том же месте с довольно частым от напряжения дыхания о чем-то думает, хмурым взглядом окидывая окружающую его обстановку. А затем он резко выдыхает и решает покинуть это агентство, в котором ему больше нечего делать. Мужчина разворачивается и направляется прямо по коридору, гордо приподняв голову и держась очень уверенно в себе.
Поняв, что Терренс вот-вот пройдет мимо нее, Ракель плотно закрывает рот рукой и как можно сильнее вжимается в угол с надеждой, что ее не заметят, стараясь буквально не дышать, лишь бы не вызвать никаких подозрений и не быть вынужденной терпеть грубое обращение этого человека, с которым ей совсем не хотелось бы общаться.
Правда, это не спасает ее, поскольку в какой-то момент Терренс резко останавливается и на пару секунд о чем-то призадумывается с чувством, что за ним как будто кто-то наблюдает. А затем мужчина резко разворачивается как раз в ту сторону, где прячется Ракель, и сразу же замечает прячущуюся в углу девушку. Которая округляет глаза и напрягает каждую мышцу своего тела с чувством, что сейчас произойдет что-то ужасное.
Глава 3.4
— Ты чего там забыла? — возмущается Терренс. — Подслушивала что ли?
— Э-э-э… — запинается Ракель. — Я?
— Неужели ты подслушивала? Все это время стояла здесь и слушала мой разговор с Джоном?
— Э-э-э…
— А я-то думаю, почему меня преследует чувство, что за мной как будто кто-то наблюдает. А это оказывается, ты …
— Ну да, я подслушивала , — гордо приподняв голову, гораздо смелее заявляет Ракель. — Захотелось узнать причину вашей холодности. Узнать, почему вы все это время сидели в кабинете с задранным носом.
— А то ты не знаешь ее!
— Теперь знаю .
— Да как ты только посмела так со мной обращаться? — Терренс подходит поближе к Ракель, уставив на нее свой холодный взгляд. — Как посмела заявить мне в лицо, что не знаешь меня?
— А что, разве вас должны знать все без исключения? — удивляется Ракель.
— Да ты хоть знаешь, кто я такой? Знаешь?
— Не имею ни малейшего понятия.
— Я – Терренс МакКлайф! — чуть громче заявляет Терренс. — Всемирно известный актер, прославившийся по роли Мэйсона Хьюстона в фильме « American Love Affair ». Самый сексуальный мужчина на планете.
— Да? И кто же вас таким назвал?
— Народ!
— Да что вы! А почему никто ничего не говорил мне о голосовании? Я бы однозначно бы проголосовала против вас.
— Ты еще смеешь мне дерзить!
— А я смотрю, вы слишком много о себе возомнили. — Ракель окидывает Терренса взглядом с головы до ног. — Кто вам сказал, что вы и правда такой сексуальный, привлекательный и известный?
— Об этом говорят все девчонки! — с гордо поднятой головой заявляет Терренс. — Любая готова душу продать, лишь бы увидеть меня вживую.
— Да? Неужели оно того стоит? Неужели кто-то и правда может чем-то пожертвовать ради того, чтобы поглазеть на это ? Поглазеть на какого-то самовлюбленного павлина, который сам провозгласил себя королем красоты!
— То есть, по-твоему, есть парни красивее меня?
— Да, есть! — уверенно заявляет Ракель. — У меня полно знакомых, которые гораздо привлекательнее вас.
— Да? Ну и покажи мне хотя бы одного, кто смог бы затмить самого Терренса МакКлайфа.
— Мне ваше имя ни о чем не говорит.
— А имя Мэйсона Хьюстона?
— Тоже ни о чем. Я вообще вас не знаю. И предпочла бы вообще не знать такого грубияна.
— Вижу, ты любишь нарываться на неприятности.
— Уж не знаю, чем вы так известны, а вот я, в отличие от вас, всемирно известная звезда, которую любят и уважат во всем мире.
— Да что ты!
— Да-да, и вы это прекрасно знайте. Прекрасно знайте, что Ракель Кэмерон – любимица молодых девочек и желанная девушка для всех мужчин.
— Ну да, для всех! — ехидно усмехается Терренс и быстро окидывает Ракель взглядом с головы до ног. — Лично я бы ни за что не влюбился в такую второсортную девчонку, как ты.
— Куда уж мне до третьесортного актеришки, который до сих пор ничем не прославился! Не мой уровень.
— Лучше прикрой свой ротик, мерзкая ты сучка.
— Ну знайте, вы нравились мне гораздо больше, когда молчали. Когда только пришли в кабинет Серены. Но как только раскрыли рот, так захотелось придушить.
— Кого мне сейчас и хочется придушить, так это тебя.
— Вы мне угрожайте?
— Я – один из самых уважаемых людей в шоу-бизнесе.
— Да что вы говорите!
— Одно мое слово – на вес золота. Никто не смеет идти против него. Никто!
