их знакомства приняла его командование, засунув куда подальше презрительное отношение к полуухим в целом и одержимому в частности.
Виконт ожидал друга всё у той же двери. При виде молодого Тигра, идущего под руку с новой рубежницей, он завистливо хмыкнул, но промолчал. Лёха подозревал, что не будь Райна дворянкой — не обошлось бы без пошлых шуточек и комментариев, но сейчас Вильгельм соблюдал приличия. Относись он столь же трепетно к чужой собственности — цены бы ему не было.
— Прости, друг, — пытаясь подражать манере речи покойника сказал Стриж. — Не мог упустить возможность побеседовать с соратницей, коль уж нас вновь свела судьба. Кто как не наёмники, побывавшие едва не на всех рубежах империи, могут правдиво поведать о состоянии нашей обороны.
Стражники у двери понимающе переглянулись. Они, похоже, тоже были не прочь обсудить обороноспособность империи в компании Райны. Та же с достоинством поклонилась Стрижу:
— Для меня честь беседовать с вашим высочеством.
Говоря откровенно, Лёха даже поверил — настолько естественно выглядело поведение магички. И не скажешь, что несколько минут назад она лично прирезала «его высочество».
— С нетерпением буду ждать этой минуты, — Лёха позволил себе пьяную сальную улыбку и галантно поцеловал руку Райны. — Располагайтесь в моих покоях пока я закончу разговор с виконтом, так грубо прерванный мной. Прикажите принести вина и что-нибудь поесть. Вдруг мы решим засидеться до рассвета?
Краткий инструктаж, данный магичкой, как и долгие наблюдения за виконтом и его гостем, дали результат. Если Лёха и не особенно «попал» голосом в покойника, никто не обратил на это внимания. Молодой человек пьян, жаждет поближе познакомиться с красоткой, да и та занимает внимание куда больше звучания Тигра.
Так уж люди устроены: большинство из них, даже заметив некую странность, скорее решат, что им показалось. Будь в этом мире нормой смена обликов — другое дело. Стражникам резко пришлось бы развивать музыкальный слух и внимание к мельчайшим деталям поведения.
— Если ваше высочетство позволит, — загадочно улыбнулась Райна, — я прикажу своему старому знакомому в одиночку доставить бочонок с вином. Самый тяжёлый. Он как-то хвастал, что способен на это и мы поспорили. Хочу выиграть спор так, чтобы он надолго запомнил.
— И что на кону? — заинтересовался виконт.
— Ночная смена у ворот. Говорят, что ночью там самая скука. Хочу Николаса носом в лужу ткнуть, чтобы меньше хвастался, — озорно сообщила девушка.
Мужчины расхохотались и виконт свистом подозвал слугу.
— Сопроводи госпожу в гостевые покои и подай всё, что она пожелает, — приказал он подбежавшему слуге. — И приведите к ней рубежника Николса. Он должен будет лично доставить большой бочонок с вином в гостевые покои. Достаньте его из погреба, а затем оставьте Николса наедине с этой задачей.
— Вы слишком добры, ваше сиятельство, — с улыбкой склонила голову Райна.
— Надеюсь, в будущем вы отплатите за мою доброту, — Вильгельм вернул несколько развязную улыбку, — своей службой.
— Непременно, ваше сиятельство, — пообещала Райна, после чего отправилась следом за слугой.
Виконт проводил девушку завистливым взглядом.
— Вообще-то я на неё глаз положил, — сообщил он Лёхе.
Тот развёл руками и самодовольно ухмыльнулся:
— Ну извини, друг, надо быть быстрее. Но я скоро уеду, а у тебя впереди много времени с этой красоткой.
Вильгельм вздохнул и кивнул, признавая поражение. Приелось ему, поди, всяких служанок в постель затаскивать, хотелось кого-то, с кем, как говорится, есть о чём трахаться. А тут такая красавица, да ещё дворянка. И покувыркаться с такой приятно, а потом и темы для беседы найдутся.
— Давай лучше ещё посмотрим на твою добычу! — ободрил его Стриж.
— Так только же смотрели, — пьяно удивился виконт.
— А я ещё хочу! — лихо махнул рукой Лёха. — Не каждый день мой друг такое проворачивает!
— И то верно! — на лице Вильгельма расплылась самодовольная улыбка.
Толкнув дверь в сокровищницу, он пропустил вперед Стрижа.
— Сам добыл! — гордо провозгласил Вильгельм, показывая на ряд сундуков, украшенных гербами Кречетов. — Без отца! Без старших родичей! Без их советов!
Юнца просто распирало от гордости. Да и было с чего: виконт один за другим распахивал сундуки, демонстрируя серебряные монеты, золотые и серебряные слитки, ларец с драгоценными камнями и аккуратно разложенные по отдельным ячейкам артефакты. Была это нераспроданная часть товара, отозванная Лаурой, или нечто, произведённое мастерами других кланов, Лёха не понял.
— Ты должен показать это отцу прямо сегодня! — тоном пьяного «я тебя уважаю» заявил Стриж. — Поедем прямо на рассвете, вместе! И, я клянусь, он лично вручит тебе ту хвостатую пустышку в награду! Потому что ты — лучший из его сыновей!
Вильгельм расправил плечи, гордо вскинул подбородок и пьяно икнул. Идея ему явно понравилась, но спустя пару секунд он вспомнил о чём-то и нахмурился.
— Не, ещё свежую добычу не вскрыли. Спеца я нашёл хорошего, так он три дня на снятие печатей убил, выдохся совсем. Без пустышки работает, силёнок маловато. Отдохнёт, оставшиеся вскроет и тогда к батюшке поеду.
Он любовно запустил пальцы в драгоценные камни и пошевелил сверкающую горку.
— Хочу увидеть его лицо, когда их выстроят в ряд перед ним, а я открою каждый, один за другим.
Его глаза блестели от предвкушения.
— И пусть только кто-то потом посмеет сказать, что я недостаточно хорош для инициации! И для того, чтобы возглавить клан после отца!
Лёха лишь мысленно посочувствовал парню: тот был полон стремлений и веры в лучшее завтра. Впрочем, как и большинство людей накануне смерти.
— Ты будешь отличным лидером клана! — дружески хлопнул его по плечу Стриж. — Но как ты умудрился увести столько товаров, да ещё и без помощи отца?
— Воспользовался моментом, — самодовольная улыбка на лице виконта стала шире. — К нам…
Он оперся на край открытого сундука и опёрся было рукой, но монеты под пальцами двинулись и Вильгельм чуть не закончил речь позорным падением.
Выпрямившись, он пару раз моргнул, а затем рассмеялся.
— К нам на заставу явился мужик из Кречетов, — продолжил рассказ виконт. — Сказал, что с важным донесением графу лично. Ну я его, конечно, дальше не пустил и сам расспросил как следует чего ему на наших землях понадобилось.
Стриж навострил уши. Эта часть истории его особенно интересовала.
— Один из наших его узнал, — ободрённый вниманием Вильгельм охотно выкладывал подробности. — То был управляющий клана. У них тогда как раз всю верхушку выкосило, но отец почему-то не решился нанести удар, хоть я его и уговаривал.
Он досадливо цыкнул и гневно рубанул ладонью воздух.
— Всё взвешивает, выжидает, просчитывает, упуская удобный момент! Он бы и этот мог упустить, отвези я управляющего к нему. Но я решил действовать
