самостоятельно. Кастелян Кречетов здраво рассудил, что клан доживает последние дни и решил уйти с выгодой. Послал своего человека к отцу договориться о продаже ценной информации о клане.
В этот момент Лёхе очень хотелось лично придушить предприимчивого и прозорливого Пузыря. Уйти он решил, гнида… Небось и казну обнёс с оказией, урод одутловатый!
— В общем, я договорился с ним от имени отца, — продолжал бахвальство виконт. — Посадил своего человека в трактир у границ Кречета и тот передавал мне сообщения от казначея. Про караваны, про артефакты, что там спрятаны, про охрану…
Он заговорщически понизил голос и прошептал:
— Знаешь, что самое интересное? Только обещай, что ни-ко-му!
— Клянусь Древними! — пьяно стукнул себя в грудь Стриж.
— Мы вырядились в пурпур и дали одному подранку уйти, а потом оставили один из следящих артефактов в землях Змей, — прыснул от смеха Вильгельм. — И теперь эта малолетняя дурочка рассорится с союзником из-за меня!
Лёха смеялся вместе с ним, радуясь, что пацан не довёл ценную информацию до явно более умного и осторожного батюшки. Тот бы мог провернуть нечто подобное, но куда умнее: не оставлять в живых человека Кречетов, а организовать случайного свидетеля на тракте. И не глушить следящие артефакты, а отправить одного из магов, заранее подготовившего временный путевик на землях Змеев, вместе со следящим артефактом. И Лаура с Дараном были бы уверены, что это оперативно и безжалостно сработал Гарм, не пожалевший сжечь прорву энергии чтобы переместить награбленное вместе с магами через путевики.
— Идеальный план! — провозгласил он, когда пьяный смех виконта иссяк. — Уверен, отец вознаградит тебя по заслугам. А сейчас, пожалуй, я направлюсь в свои покои, где меня тоже вознаградят!
Незатейливая шутка вызвала новую бурю веселья.
Когда Лёха в компании Вильгельма добрался до двери, охраняемой телохранителями Зартана, по коридору как раз шёл Робин. Рядом с ним ним медленно плыла солидная винная бочка, время от времени опасно кренясь то в одну, то в другую сторону. Воздух под днищем будто сгустился, а крошечные вихри гоняли по полу мелкий сор.
По лбу рубежника стекали струйки пота, но он упрямо шёл вперёд под насмешливые комментарии Райны, ожидающей его прямо в дверях.
По взглядам гвардейцев Лёха понял, что будь их воля — ходить ему битым за пьяные выходки и потеху подружки на одну ночь. У друга в гостях, или ещё где — телохранители для того и приставлены, чтобы постоянно следить за важным телом, а не караулить дверь и новую бабу господина.
— Как ты справишься с демонами, Николас, если не можешь справиться с бочонком!
Рыжий молча пыхтел, шаг за шагом продвигаясь к двери. Только теперь Лёха запоздало вспомнил, что Робин недавно изрядно вымотался, прыгая по путевикам. Но особого выбора не было: стоит слугам или стражникам поднять бочку — они сразу поймут, что внутри совсем не жидкость. А уж характерный стук трупа о деревянную стенку положит конец их славному мероприятию.
Потому Стриж, как и Вильгельм, молча наблюдал за представлением, мысленно подбадривая Робина. Давай, пройдоха, ещё несколько шагов и бочка окажется в комнате!
Он справился. Аккуратно опустил бочонок на ковёр в гостевых покоях, картинно поклонился и медленно побрёл прочь.
— Боюсь, ваш друг всё же выиграл спор, — озвучил результат виконт.
— Но согласитесь, что зрелище того стоило, — широко улыбнулась Райна, старательно отвлекая внимание телохранителей от Лёхи.
В отличии от Вильгельма, те могли знать молодого Тигра как облупленного и пьяным, и трезвым, и даже спящим. Поэтому Лёха планировал как можно реже открывать перед ними рот.
Он многозначительно подмигнул виконту, получил в ответ понимающую улыбку, пьяно махнул рукой на прощание и скрылся за дверями своих покоев.
Плотно прикрыв двери, он встретился взглядом с Райной. Девушка молча показала на бочку с трупом Зартана.
Лёха снял крышку и с пыхтением вытащил покойника. Кровь, пропитавшая нижнюю рубашку Тигра, уже начала подсыхать, запекаясь бурой коркой. Хорошо — не пропитает одеяло и простыни. Надо только придумать способ убрать бочку из покоев, чтобы по следам крови в ней не сообразили, что Зартана убили не в постели.
Уложив мертвеца в кровать, Стриж заботливо накрыл его одеялом. Со стороны маг выглядел спящим, хоть и бледным с перепоя.
— Только без обид, — устало сев рядом с покойником сказал Лёха девушке, — но тебе нужно будет изобразить что-то соответствующее обстановке. Ну там постонать, покричать, или как тут у вас принято?
Райна обожгла его гневным взглядом, открыла было рот для достойного ответа, но растерянно моргнула и прикипела взглядом к Лёхе. Тот сперва не понял в чём дело, но затем сообразил: магичка видит разом в кровати мёртвого Зартана и его же, но живого, сидящего рядом.
Надо думать такое зрелище способно выбить из колеи тех, чья психика не закалена голливудскими спецэффектами.
«Зачем изображать? — на этот раз Белочка выбрала облик Райны, творчески избавленный от большей части униформы. — Заставь её стонать и кричать, чтобы у людей за дверью не возникло никаких подозрений».
«Угу, прямо рядом с покойничком пристроимся, — мрачно согласился Лёха, чьи эротические фантазии в данный момент заканчивались на тройничке с подушкой и одеялом. — Для настроя».
«А что? — демоница улеглась рядом с трупом и облизнула его щёку. — Он милашка».
«Ты на всю голову отбитая, — резюмировал Стриж. — И не надо говорить, что эта срань в моём мозгу была — не поверю. Разве что по телеку какую хрень показывали. От зомбоящика ещё не такое подхватить можно».
Белочка показала ему язык — длинный и раздвоенный.
«Ну накройте его одеялом с головой, — предложила она. — Трахни эту красотку, а потом я выпью её силы. Когда найдут два трупа — подумают, что виконт убил их обоих от разыгравшейся по пьяни ревности. А Робину скажешь, что что-то пошло не так и Вильгельм успел убить её».
Лёха устало вздохнул. Сложно сказать, что сейчас раздражало его больше: навязчивое желание демона трахнуть, или убить Райну.
«Займи себя чем-нибудь, а? — попросил он демона. — Отсмотри все сезоны „Игры престолов“. Там как раз все трахаются и друг друга убивают. Всё как ты любишь».
Демоница скорчила недовольную гримасу и, к облегчению Стрижа, исчезла. Сейчас её компания тяготила как никогда.
— У тебя неплохо получается выдавать себя за другого человека, — Лёха попытался отвлечь девушку от созерцания трупа старого знакомого.
Та едва заметно вздрогнула, словно очнулась от наваждения.
— Я же аристократ, — устало сообщила она. — Нас с детства учат быть не теми, кто мы есть…
Показалось, что говорит она совсем не о недавних событиях. Стриж счёл, что сейчас вполне подходящее
