не шелохнется, пока МЧС не приедет? Это не котёнок, если что!
Мамаша заткнулась.
Так-то всё верно. Но… ребёнок же! А мозги от страха отключаются напрочь!
– Крррррр, – закурлыкал Евгений, аккуратно помогая мальчишке развернуться к дереву. Мол, не бойся, держу, не упадёшь…
Петя послушно перемещался, как надо было еноту.
– Кррррррр.
Вот мальчик опустил одну ногу на ветку. Как – опустил? С помощью енота, который взял ногу и поставил куда надо. Направил и придержал.
Перехватил руку. Поставил вторую ногу.
Опять перехватился.
И всё это с помощью енота, который выбирал и ветки, и направление. Сам-то он с этого дерева хоть как слезет, хоть вниз головой, хоть на двух лапах. Еноты – ловкие, хоть по ним и не скажешь сразу. А вот мальчишка…
Не понадобились ни куртка, ни страховка в виде Сони и матери.
Как только Петя оказался в пределах досягаемости для матери – примерно полтора-два метра высоты, его перехватили, оторвали от дерева и стиснули в объятиях. Да так, что Евгений головой покачал.
Вот никогда не видел он у человека таких выпученных глаз! Деточка-то не обкакается от маминой радости?
– ПЕТЕНЬКА!!!
Слезоразлив был – куда там Ниагарскому водопаду. Евгений спустился на руки к Соне, и та прижала его к груди. Хорошо хоть Соня оказалась умнее и енота не передавила пополам. Обошлась поцелуем в холодный мокрый нос.
– Ты моя умница!
– И моя! – пискнула Марта. Умненькая девочка всё это время просидела рядом с мамой, на бортике песочницы. Под ноги не лезла, просто ждала, пока Соня со всем разберётся. Ну и Еня, конечно!
У неё же самый-самый лучший енот в мире! Он что хочешь сделать может!
Марта это точно знала!
Соня огляделась.
Рыдала мамаша, поливая Петю слезами и соплями. Забытый телефон валялся где-то на площадке. Марта протягивала шлейку Ени, из которой тот выскользнул.
– Ребята, пойдём кушать?
– Рыбку?
– Виррррр!
Одобрено было двумя голосами.
Евгений даже не сильно удивился, когда вечером раздался звонок в дверь. По запаху уже знал, кто это. Подошёл, понюхал – и занорился за диван.
Оттуда сразу не достанут. Наверное.
Соня посмотрела в глазок и открыла.
На пороге стояла та самая мама Пети, с большим блюдом в руках.
– Софья Алексеевна, здравствуйте.
– Здравствуйте… эммм…
– Меня Аня зовут. Мы недавно в пятый подъезд переехали.
– Рада знакомству.
Соня вежливо улыбнулась.
Панельная двенацатиэтажка. В ней около шестисот квартир, знать всех просто нереально. Так, кое-кого вроде Ники Вячеславовны. Но ту поди не узнай! На площадке она с мамочками видится, а поговорить… раньше сил не было, а сейчас и времени нет иногда. Так, в лицо друг друга знают…
– Софья Алексеевна, спасибо вам огромное! Если бы не вы! Если бы не ваш Еня! СПАСИБО!!!
– Всё в порядке. – Соня чувствовала себя неловко. – Я ничего не сделала, это Еня. Он замечательный.
– Да. Петя сказал, что сначала так испугался, а потом с Еней уже не боялся ничего. Теперь тоже хочет завести себе енота.
Соня пожала плечами.
– Не знаю, что вам и посоветовать. Еня у меня сокровище, и он цирковой, понимаете? А если брать даже щеночка, то им придется ОЧЕНЬ серьёзно заниматься, воспитывать, и не факт, что получится именно такой Еня. Вы со специалистом поговорите, у меня енот не правило, а исключение.
– Понимаю. Спасибо вам. Если что – обращайтесь, мы в двести пятнадцатой квартире живём. Моего мужа Витей зовут, он у меня электрик. Если что – поможем с радостью, по-соседски.
– Спасибо огромное.
– Что вы! Это вам спасибо! И… вот! Я пирог испечь хотела, но мучное же енотам нельзя. А вот это можно.
Вот – это был результат, который примирил Евгения с визитом тетки. Шикарная фаршированная рыбина была такой вкусной, что он и кусок свой слопал, и пальцы облизал. И решил, что за такое… ладно! Он даже погладить себя разрешил. И фотографию для Пети сделать.
И погуляют они вместе. Ладно уж!
Хорошо бы Соня рецепт узнала. Очень вкусно. Такое он и на Рамире не ел.
Поздно ночью Соня сидела на полу и привычно гладила енота.
– Еня, ты знаешь, я сегодня поумнела, наверное. Раньше я думала – кто что скажет, кто что подумает, а сегодня смотрю на этого Петю и понимаю – всё неважно! Оказывается, жизнь такая хрупкая штука! И лишиться её можно в любой момент. И… если бы Марта вот так? Я бы с ума сошла от ужаса. А кто и что подумает – да какая разница?
– Кррррр!
Евгений был полностью согласен с Соней.
Кто её знает – плохому не поверит. А кто не знает, тому и наплевать будет, у них своих забот хватает.
– Мне так страшно было сегодня. Наверное, раньше я не того боялась.
– Врррррр!
– Хорошо, что ты был рядом. И спас Петю… если б ты понимал, какой ты хороший, умный, замечательный…
Евгений понимал.
И ждал, когда Соня ляжет спать.
Из-за больной спины она могла нормально спать только на жёстком и очень прямо. А Евгений располагался у неё под боком и клал морду на грудь.
А что?
Не железный же он!
Такая грудь! Такая женщина!
Придурок её бывший муж, да и только!
Глава 5
Рамира
Если бы его величество решил сам побеседовать с литтой Мариной В. Линдли, возможно, история бы пошла другим путём. Но когда ж его величеству было этим заниматься? Беседовать с одной, с другой, разбираться… его волновало состояние рода Отт, а не бабы, которые делят шкуру неубитого медведя. Вот будет на руках медведь – тогда и будем разбираться. А пока – исполнять!
Он распоряжение отдал, а тут еще и прошение Кладия подала, и литта Яна короля просила разобраться. Вежливая беседа, улыбка, взаимопонимание – и вот литта Марина получает на руки предписание о проживании в доме возможного отца ребенка.
Вот этот важный документ Марина и предъявила дворецкому. Маркус сопровождал её с выражением полного равнодушия на лице. Приказано? Будем исполнять. Афишировать свои отношения с Мариной раньше времени ему не хотелось.
Мужчина в ливрее рассматривал и бумагу, и Марину с одинаковым выражением. Надменно-брезгливым. Но – приказано? Будем давиться, то есть прислуживать, да-да. Если ребёнок Евгения, конечно.
Марина делала вид, что ничего не замечает. Пока не вошла в дом.
– Где я буду жить?
– Это новая прислуга, Петер?
Голос, который раздался с лестницы, был подобен грому с ясного неба. По
