глаза сверкали безумием: все планы в одночасье рухнули, попытки завладеть девицей Самойловой и забрать в приданное рудник унеслись в бездну, да и денег было затрачено немерено. Павел Алексеевич вновь и вновь устремлял свой взгляд на объявление в газете и что — то бормотал себе под нос. Только старый слуга мог в его бормотании различить слова: «Ничего, ничего, время еще есть, а своё я никому не отдаю»!
— Никитка, поди сюда! — крикнул он сыну.
Посадив юношу напротив, промышленник накрыл их щитом от прослушки и, размахивая руками, что — то стал объяснять сыну. Вначале юноша нахмурился, затем стал бросать недовольные взгляды на отца и не выдержал, вскочив, выбежал из комнаты, тем самым разрушив защиту.
— Вот неумеха! Обиделся видите ли он. Надо было сразу в постель тащить, да и сделать ей наследничка, так нет же, чувственный олух. Видите ли, нельзя так поступать с девушкой, а можно ли у меня из — под носа промышленность забирать, который начали строить еще мои деды? Что стоишь, старый хрыч, вели подать самогонки, да по ядрёней, и закусочек к нему, — отдал мужчина приказ и, тяжело поднявшись с места, направился в свою комнату. Не любил Павел Алексеевич пить при посторонних, не хотел показывать слабость перед «белым змеем».
Люба
После того, как мы дали объявление о помолвке, с Алексеем отправились обратно в академию и, забрав Святослава, вернулись в Пятигорск. А на следующее утро меня разбудили очень рано. Отец постучался в дверь и попросил разрешение войти.
Я только продрала глаза, так как с Алексеем вчера гуляли по вечернему городу и легла поздно. Кивнув, я села, а граф присел на соседний стул. Батюшка в руках держал газету.
— И когда ты собиралась мне сказать?
Спросонья не сообразила о чём идет речь и только через минуту до меня дошло, что мы вчера сделали с Алексеем.
— Папа, это не то, что ты думаешь. Мы просто договорились с Алексеем, что временно заключим помолвку, чтобы остальные женихи оставили меня в покое, особенно Демидовы.
— Ты знаешь, милая, что императорская семья никогда не разрывает помолвок. Для этого нужна очень — очень веская причина.
— А при чём тут императорская семья⁈ — удивилась я, и тут внутри меня зародилось сомнение, а так ли прост Алексей, ведь о его семье я не спрашивала. Да и считала это неприличным. — Папа, ты же не хочешь сказать?
Видя мою растерянность, отец пересел на кровать и обнял меня.
— Хочу, доча, сказать, что ты помолвлена со вторым принцем нашего государства.
— Ой, блин и куда же это я опять умудрилась влипнуть?
Тут в кабинете отца зазвенел ларец, потом ещё раз. А учитывая то, что оповещение шло на весь дом, то слышали этот звук все. Сигнал не прерывался, шёл один за другим, один за другим. Честно признаться, я сбилась со счета!
Отец спустился в кабинет и вошел обратно спустя некоторое время, держа в руках более тридцати сообщений, но самыми эмоциональными наверняка от мамы и Мари. Правда, я ещё не читала их, а только догадывалась.
Звонок в дверь вывел меня из ступора. Лариса Викторовна через три минуты постучалась в спальню и, открыв дверь, произнесла.
— Цветы для невесты принца! Куда внести букет?
— Оставьте в гостиной, — ответил отец, потом внимательно оглядел меня. — Знаешь, Любушка, я только сейчас стал понимать, что все эти года жил слишком спокойно, а ты каждый раз встряхиваешь, не даешь «покрыться мхом». Спасибо, дорогая!
Притянув к себе, он чмокнул в лоб.
— Ты хочешь сказать, что не будешь меня ругать?
— А за что, дочь? Это было твое решение, а мое дело только наблюдать со стороны. Ты, девочка взрослая, решаешь сама за кого выходить замуж.
— Не собираюсь, я замуж, — вспыхнула от того, что отец не хочет меня понять. — Да, Алексей мне очень нравится, но я как — то не задумывалась о свадьбе и детях. Надо сначала привести в порядок дела.
Вновь в спальню постучались, и дверь отворилась. Проходной двор, не иначе!
— Любовь Владимировна, ваш жених пожаловал, но он вначале хотел переговорить с вашим отцом.
— Чего это спозаранку вздумал приходить? — буркнула я и заметила, как экономка спрятала улыбку.
Впервые вижу, как чопорная женщина улыбается. Почаще бы так, ведь выражение лица от улыбки становилось более приветливым и довольно симпатичным.
— Ладно, милая, приводи себя вы порядок, а я пока переговорю с женихом, — подмигнув, он вышел за дверь, а через несколько минут в комнату вошла Лилия, чтобы помочь мне привести себя в порядок.
Хорошо, что сегодня выходной, есть время побыть с Алексеем. Тьфу ты, опять он в голову лезет!
Не знаю о чём отец разговаривал с принцем, но, когда я спустилась в гостиную, жених сидел один. Увидев меня, он встал с кресла и склонил голову в приветствии, в ответ я прищурилась.
— Доброе утро, ваше высочество! Извините за прямолинейность, а когда я должна была узнать, что вы принадлежите к правящей семье?
— Прошу прощения, милая невестушка, что не рассказал, но и ты, Любаша, не интересовалась, кто мои родители, и где я живу?
Замолчала, а что сказать? Он был прав, действительно, никогда этим не интересовалась, для меня был важен сам человек, а не его титул.
— Хорошо, ты прав, но всё же хотя бы намекнуть следовало! — буркнула я.
— Да, ты права в одном, что мне нужно было открыть тебе своё настоящее лицо, ведь без прикрытия шага в академии не сделаешь.
Он сделал несколько пасов над своим лицом и вновь посмотрел на меня, а я растеряно взирала на него. Лицо Алексея совершенно не изменилось, и я не знала, что сказать…. Не выдержав, он всё же поинтересовался:
— Ну как?
— В смысле как?
— Как я теперь выгляжу? Не слишком противен для тебя? — усмехнулся он, но в голосе появилась определенная настороженность.
— Кхм, кхм, — прокашлялась, чтобы скрыть смех и, взяв себя в руки, спокойно произнесла:
— Ты совершенно не изменился, остался таким же!
— Я хотел раньше…., — начал он, но не договорил. — Что? Не изменился, а так?
Алексей опять сделал пасы, но изменений не было, а может я их не видела.
— Не знаю, как ты там колдуешь и для чего, но я вижу тебя таким, как увидела в первый раз.
— Как так-то? — совсем растерялся жених. — Я обязательно найду в отцовской библиотеке, почему не смог скрыть свое лицо от тебя.
— Попробуй, но ты мне и таким нравишься, — решила немного успокоить его, а потом разговор перевела на другое. — Ты
