взяла такая злость, из-за амбиции и неудовлетворенности положением дел так называемый хозяин жизни решил убрать с дороги конкурента, при этом не задумываясь, что рядом с ним гибнут люди. — Хорошо! Я останусь дома, но обещай, как только возвратишься, сразу обо всем расскажешь мне.
— Обещаю, дочь.
Они ушли, а я начала слоняться из комнаты в комнату, не находя себе места. В конце концов решила поговорить с родственничком.
— Дед! — окликнула его, спустившись на цокольный этаж.
— Здесь я, — появился он передо мной. — Ты чего такая взъерошенная? Случилось что?
— Случилось. Помнишь я рассказывала тебе о том, что геологи на наших землях обнаружили залежи руды?
— Я старый, но потерей памяти пока не страдаю! — ответил старик.
Учитывая то, что он сейчас призрак, не имеет смысла говорить о потере памяти, но заострять на этом внимание не стала.
— Гонец сейчас прибежал, сказал, что взорвали шахту. Как таковой, как объяснил отец, шахты нет. Сама руда лежит почти на поверхности, нужно пройти чуть глубже в пещеру. Вот её и взорвали. Люди погибли, — я тяжело вздохнула.
— Отец что говорит?
— Он с Тарасом выехал туда, сказал, что вернется поздно, а я не знаю, что делать дед⁈
— Не накручивай, что случилось, то случилось, теперь уже не изменишь. Иди лучше посиди со Святославом, пусть он поторопится и изготовит тебе артефакт переноса.
— Как же не накручивать, дед? Я уверена, эта работа Демидовых. Они стараются женить Никитку на мне. А раз с убийством у них не выгорело, пытаются разорить нас. Не удивлюсь, если на фарфоровый завод будет нападение.
Дед попытался успокоить меня, но я завелась не на шутку, поэтому отправилась Святославу. Мне нравилось смотреть на его работу, я отдыхала душой, смотря на неспешность и монотонность движений юноши.
Он щипчиками подклеивал камешек, к нему другой, сгибал тонкую серебряную проволоку в витиеватый узор и спаивал её с основой, которая обычно была из меди, железа, серебра или золота. Но из — за дороговизны материалов, Грек пользовался самыми дешёвыми. Вот таким кропотливым трудом создавался очередной артефакт, в данном случае портальный.
При первом испытании я смогла переместиться в Ставрополь и обратно, но этого было мало. Требовался более мощный артефакт, который бы перемещал меня в Санкт — Петербург, чтобы я не оставляла отца одного в доме. Вот чувствовала, что мне надо быть всегда рядом с ним.
— Святослав, как — думаешь, а я смогу с ним перенестись в Питер?
— Не знаю, сударыня, утверждать не могу, потому что он ещё не проверенный, но буду надеяться, что это так.
— А как его проверить?
— Я думаю придется рискнуть мне, так как это мой артефакт, а вами рисковать не хочу, да и не буду. Это вы в прошлый раз без моего разрешения провели испытание, — он с укоризной посмотрел на меня. — Если всё пройдёт удачно, то сможете уже переноситься периодически туда и обратно, главное, чтобы магия была в достаточном количестве.
Ответив, юноша вернулся к работе.
Посидев еще немного с ним, я вернулась в гостиную и, взяв в руки книгу о магии, постаралась отвлечь себя чтением. Когда поняла, что одну и ту же страницу читаю уже третий раз, отложила учебник и встала у окна.
В темноте опустившейся ночи деревья в парке под магическими светильниками смотрелись безумно красиво и романтично. В другой раз я бы любовалась этой красотой, сейчас же вспоминала лицо отца, когда он услышал о произошедшем взрыве и смерти людей. Одержимость одного индивида принесла горе в семьи погибших молодых людей.
Наконец, я услышала, как тихо открылась дверь в гостиную, и вначале вбежал Клык, а за них, тихо ступая, зашёл в дом отец. Заметив меня в тёмной комнате, он вначале растерялся потом подошёл ближе.
— Люба, ты почему не в постели?
— Тебя ждала! Папа, там совсем плохо?
— Пещеру полостью завалило. Внутри никого нет, а на двоих погибших после взрыва сверху от детонации упали камни. Так сказал господин пристав. Лично появился на месте преступления.
— Рябов тоже был?
— Был, куда же он денется, раз начальство само соизволило появиться.
— Дай угадаю, что они ничего не узнали.
Тяжелый вздох отца сказал всё. Через день порталом я отправилась в академию, но накануне мы со Святославом не спали, изготавливая отцу защитный артефакт на все случаи жизни.
Глава 26
Возвращение в академию
Люба
Дом. Милый дом. Я стояла на пороге нашего особняка и с любовью осматривала имение, наполовину скрытое садом с плодовыми деревьями и кустарниками. Если в Ставрополье было довольно тепло, не считая холодного ветра, дующего с горных вершин, то в Питере осень давно вступила в свои права. На удивление здесь стояла солнечная погода, учитывая то, что в осеннее время дождливых дней было раз в четыре больше, считая пасмурных. Листва с деревьев давно слетела и усыпала сад перед домом, часть из которых превратилась в серую массу и похрустывала под ногами.
Вдохнув полной грудью сырой воздух с запахом поздних осенних цветов и опрелости, вздрогнула от прохладного ветерка, подувшего с реки.
— Госпожа, может войдете в дом, вы замёрзли⁈ —переминаясь с ноги на ногу, предложил Святослав.
— Ты прав, пошли!
Мы поднялись по ступенькам и через холл зашли в гостиную. Глаша появилась неожиданно и, поздоровавшись, забрала у нас верхнюю одежду.
Вихрь по имени Игнат, заметив нас первым, повис на моей шее.
— Люба, ты совсем забыла про меня, — выдал он мне тут же.
— Я всегда помню о тебе, братик и привезла тебе подарок!
— Мне подарок? Где?
Я вынула из сумки самодельный деревянный кораблик. Он был специально изготовлен по моему заказу бывшим боцманом фрегата «Победа» императорского флота Великороссии. По старости Лаврентий был списан на землю и занялся изготовлением игрушек из дерева для детворы. Обратившись к нему, я даже не могла предположить, что он смастерит трехмачтовый парусный фрегат. При этом работа мастера удивляла своей точностью, мелкие детали корабля были проработаны основательно.
— А он плавает? — с восхищением рассматривая игрушку, в первую очередь поинтересовался Игнат.
— Это же корабль, как же он не будет плавать! — с усмешкой произнесла я, хотя сама не проверяла.
Но раз мастер сделал его с такой точностью, приближенной к оригиналу, то наверняка он плавает.
Со второго этажа спустилась мама и, обняв меня, прослезилась.
— Детка, с тобой все хорошо? Отец написал, что произошло у вас там.
Я скосила глаза на брата, предупреждая матушку, чтобы она меньше говорила при нём, уже заметила, как он навострился узнать очередную новость. Не
