Но сегодня явно был не мой день, пролетав без толку примерно с час, я ухватил направление силы и двинулся в сторону древнего костра, в котором я когда-то проходил испытания.
Не прошло и пятнадцати минут, как я добрался до нужного места. Как и в прошлый раз, три сущности, принявшие облики пожилых женщин, сидели возле костра. Но сегодня рядом с ним устроилось ещё и существо, напоминающее своим видом смесь ящера и человека. Ростом он был навскидку не меньше двух метров. Тело его скрывала накидка, всю испещренная сложными рунами, что светились красным светом. Обнажёнными оставались только кисти рук, да голова, полностью покрытые темно-зеленой чешуёй, напоминающей броню. Картину дополняла перевязь с мечами, что висели крест-накрест за его спиной, да пояс с множеством карманов. За спиной этого ящера маячила смутная тень, все время менявшая очертания. По-видимому, это был его проводник в мир духов. Соваться сюда самостоятельно существам из плоти и крови, было смертельно опасно. Лишь духи, умеющие маскироваться под его обитателей, могли свободно гулять здесь и проводить в него чужих. Сам мир вытягивал энергию из пришедших, поэтому, даже при наличии бестелесного проводника, обычным смертным оставаться тут дольше необходимого было невозможно.
Лишь те, в ком была искра изначального костра, признавались этим миром за своих. Но такой за многие тысячелетия его существования нашелся лишь один — я.
— Так вот кто взбаламутил духов Серого мира, — сказала одна из женщин, бросив на меня пристальный взгляд, — присаживайся к костру, юный бог старого мира, он давно ждет тебя.
Не говоря ни слова, я устроился рядом с ними и, словно по какому-то наитию, сунул руки внутрь костра. И он мягко охватил их, как щенок, ласково покусывающий руку хозяина, по которому очень соскучился. Находящаяся внутри меня искра, будто радуясь слиянию с домом, начала пульсировать в такт моему сердцу, наполняя меня энергией. Тепло волной разошлось по телу, даря покой и расслабляя уставшие мышцы.
— Бог? — удивился ящер, с неприязнью и толикой удивления смотря на меня. — Так ты из этих жалких нахлебников, подбирающих крохи энергии со стола Творца и кичащихся своей силой? Я — Сайроон из народа Лацертов. Мы не признаем богов, каждый из нас — сам себе бог, и сам творит свою судьбу! А этих выскочек мы прогнали много тысяч лет назад.
— Нахлебников и выскочек? — переспросил я.
— Именно так. Чванливые ублюдки, упивающиеся своей силой. Где они были, когда в наш мир пришли Пьющие Душу? Они должны были встать на защиту мира, но позорно сбежали, оставив нас умирать! Мы просили их помочь, но ответа не дождались. Трусы, оставившие поле боя, бросившие погибающую землю! Но мы и без их поддержки выстояли и продолжаем бороться! И, рано или поздно, одержим победу!..
— Я так понимаю, испытания ты не прошел, — с легкой усмешкой глядя на разоряющегося ящера, поинтересовался я.
— Не прошел! — с вызовом посмотрел он на мне. — Я вижу, как огонь ластится к тебе, значит, ты был удачливей меня. Хотя, мне не понятно, как такой слабый кусок плоти смог пройти там, где повернули вспять достойнейшие! Но пройдет время, и кто-то более сильный из моего народа сможет сделать то, что не удалось мне.
— Значит, они не были достойными, — усмехнулся я. — Париж любит победителей, — вспомнил я любимую поговорку прекрасного актера из моего старого мира. — А ты, судя по твоему свежему виду, проиграл, даже толком не начав игру. И сомневаюсь, что тебе подобные смогут пройти испытания костра. Вряд ли к тому времени от твоего народа хоть кто-то останется в живых.
— Что? Ты сомневаешься?!! Мы сотни лет сражаемся, и пусть до победы еще далеко, но она будет — рано или поздно! И вообще, кто ты такой, чтобы я оправдывался перед тобой? Очередной любитель хвалебных молитв в свою честь? Придёт час — и народ, который ты угнетаешь, восстанет против тебя, разрушит твои храмы и оставит тебя подыхать без своих молитв. Вы — ничто без своей паствы, никчемные боги! — последние слова он буквально выплюнул.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Так же вы поступили со своими богами, когда они были живы? — спросил я, не вынимая руки из костра. Благодаря связи с ним, я уже увидел, что произошло с гордыми Лацертами. — Вы презирали их, разрушили их храмы, убивали их жрецов. А когда стало плохо, пришли требовать, чтобы они отдали свои жизни за ваши. Они вам отказали, и вы решили пойти на них войной, дабы уничтожить окончательно. И в этот миг демоны, что пришли в ваш мир, нанесли свой удар, и боги, испугавшись, ушли, бросив вас умирать? Так вам рассказывают лжецы, писавшие вашу историю. А хочешь узнать, как было на самом деле, гордый Сайроон из рода Дремлющих в Тени? Не побоишься истинного знания о событиях далёкого прошлого?
— Я — могучий воин и великий колдун своего мира! Я ничего не боюсь. Показывай свою правду, глупый бог маленького мира. Но не советую даже пытаться меня обмануть, если тебе дорога твоя никчёмная жизнь.
Поднявшись со своего места, он приблизился ко мне и встал рядом, возвышаясь надо мной подобно скале. Тень, что скользила за ним, была явно встревожена и пыталась всячески привлечь его внимание, но тот лишь нетерпеливо отмахивался от нее.
Дотронувшись до чешуйчатой руки ящера, которая оказалась холодной на ощупь, я погрузил его в свое сознание и передал то, что показал мне костер….
Изумрудное небо величественного мира. Воинственные народы, населявшие его, делились на множество кланов и постоянно сражались за расширение территорий, не зная иной жизни, кроме вечной войны. Уважающие лишь личную силу, что вела к возвеличиванию всего клана, они ненавидели и презирали тех, кто присасывался, подобно пиявке, к душам населявших планету, питаясь энергией их молитв — богов. Много раз они пытались уничтожить этих вампиров, но все же эти противники еще оставались слишком сильны и были не по зубам простым смертным. Но, как известно, ветер не может всегда дуть в одну сторону. И в конце концов, собрав нужные силы, воины объединенных кланов выдавили богов за пределы поселений, туда, где не ступала лапа гордых Лацертов. А после, забыв даже об их существовании, ящеры углубились в познание тайн мира. И, слишком занятые собой, упустили угрозу, что спустилась с небес.
Черный вал Тьмы обрушился на землю, уничтожая всех на своем пути. Лучшие воины кланов пали в битве, и тогда-то вспомнили правители о некогда изгнанных богах. Но не приняли гордые боги их посланников, что просьбами, а после и угрозами хотели заставить тех сражаться за эту землю. Вскипели тогда сердца правителей Лацертов и вновь, как и прежде, пошли они войной на богов, желая истребить их и забрать их силу. Но никого не нашли они, придя в прежде обитаемое место. А после долго наблюдали они за всполохами на небе, пытаясь понять, к добру это или к худу.
Тем временем перед нашими с Сайрооном взорами понеслась череда отрывочных картинок…
— Да как же так? — с горем вскрикнул огромный ящер, видя, как его сестру разрывают на части.
— Ассане, богиня тихой воды!.. — потрясенно воскликнул Сайроон, разделяющий со мной видения битвы богов.
Тем временем на огромного ящера, вооруженного трезубцем, с которого срывались голубые молнии, насело сразу несколько демонов, буквально подминая того под себя.
— Граах, владыка светлого неба… — послышался полувздох-полустон Сайроона.
— Не-е-ет! — раздался истошный крик, полный боли, что издала еще одна ящероподобная богиня, пытаясь удержать руками вываливающиеся из пробитого живота внутренности. Уронив белоснежный посох, она рухнула на колени и тут же была разорвана на тысячи кусков.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ниттея — богиня мертвых ветров… — прошелестел едва слышно голос Сайроона, по морде которого уже скатывались редкие слезинки.
— Пусть мы слишком ослаблены, но вам не забрать мою душу! Я покажу вам как умирают истинные боги!!! — закричал последний оставшийся в живых бог, острыми когтями разрывая свое тело и выпуская наружу яркий свет, что смел тысячи существ, порожденных тьмой.
— Велиос — верховный правитель богов и владыка жизни на земле…
