желала? — Будто издеваясь, ухмыльнулся Демон. А у меня на глаза навернулись слезы. Не только люди, оказывается, гнилые… Внешность очень сильно обманчива. В который раз я уже попадаюсь на мнимую доброту и заботу? И сколько раз зарекалась верить людям и в людей? Не счесть…
Проморгавшись, изо всех сил сдерживала рвущиеся наружу слезы обиды, прикусив губу.
— У меня есть последний вопрос. Что это за бал? — Мой голос осип от едва сдерживаемых эмоций. Я прокашлялась, пытаясь вернуть ему твердость. — И когда он будет? Хочу приготовиться. Никогда раньше не была на балу. — Пытаясь не выдать то, насколько сильно глубоко он меня задел своими словами, натянула на лицо улыбку.
Подняв на Демона взгляд, заметила, что он хмурится. Неужели заметил? Нет, не может быть, я очень хорошо выдрессировала в себе силу воли, чтобы сдерживать слезы и обиду.
— Своеобразные «смотрины», как это называется у вас, людей. Только смотреть на тебя будут жители Идеона и другие правящие семьи. Своеобразная дань Богам — чтобы народ мог подтвердить, что они стали свидетелями исполнения воли Богов, и что ты настоящая Избранная, а не подставная.
— Как они поймут, что я не подставная? — На мне что, есть какой-то опознавательный знак? Кроме седых волос, я пока никак свою избранность не подтверждаю. А мало ли от чего я могла начать седеть? Тут нужно нечто более весомое.
— Как только нас обручит жрец в храме Богини Любви, и Богиня одарит нас своей милостью, об этом узнают все, уж поверь. — Уклончиво ответил Демон.
— Отлично. — Слишком воодушевленно произнесла я, попутно поднимаясь с дивана. — На этом мои вопросы кончились, жду твоего переезда в смежные покои сегодня. И надеюсь, что со своей любовницей ты разберешься сам, и мне не придется с ней воевать. — Натянула улыбку, а сама стремилась быстрее покинуть эту комнату, шажок за шажочком приближаясь к выходу спиной.
Ужасно не хотелось здесь находиться. И дело не в том, что я сильно расстроилась известию, что настоящей Императрицей мне не стать, потому что туда я особо и не стремилась, реально оценивая свои шансы стать достойной правительницей.
Лицемерие Бальтазара, в искренность которого мне так хотелось поверить — вот что сильно разочаровало, неприятно полоснув по сердцу. Чего греха таить, а я надеялась на кое-что еще, помимо дружбы — хотя бы на влюбленность с его стороны. Но успела позабыть, что это из разряда фантастики. Размечталась, называется. Что ж, будет мне уроком.
— Хорошего дня, Бальтазар. — Помахав ему ручкой, стремительно пошла к двери, чтобы скорее покинуть его покои.
— И куда ты так спешно сбегаешь? — Демон появился за моей спиной, преграждая путь, стоило мне повернуться к нему спиной.
— У меня есть кое-какие дела. — Играть дружелюбную дурочку становилось тяжелее, а изнутри поднималась волна гнева.
— Это какие же? Перемерить весь гардероб, который тебе доставил Рэнай? — Ехидно уточнив, оперся рукой о косяк двери.
Вот так и думала, что не эта лицемерная Ледышка обо мне позаботилась. С Лисом подружиться и то проще, тот если и притворяется, то делает это настолько качественно, что не прикопаешься. А этот… Даже до конца отыграть выбранную роль не смог, — спалился с любовницей. Еще и дверь при этом не закрыл, словно ждал меня.
— Уйди с дороги. — Вызверилась я, перестав улыбаться. — Я не хочу тебя сейчас видеть.
— Вот так сразу и нужно было говорить, а не выдавливать из себя фальшивую улыбку. — Тоже перестал строить из себя невесть кого.
— Кто бы говорил, Бальтазар. — Отпихнув его с дороги, взялась за ручку двери, но прежде чем уйти, не смогла отказать себе в удовольствии уколоть его в ответ. — Тебе тоже нужно было сразу говорить, как есть, а не строить из себя добренького и выдавливать фальшивую заботу.
Громко хлопнув дверью, оставила ошарашенного моими словами Демона одного. Видеть его не могу! Зараза рогатая!
Зло чеканя шаг, отправилась к себе. Скоро должен появиться Рэнай, и нужно прийти в себя к этому моменту, а то Лису тоже места мало будет. И весь поход в ателье за платьем для бала я буду мрачнее тучи, вместо того, чтобы получать удовольствие от прогулки и шопинга.
Полностью погрузившись в свои мысли, на очередном повороте закономерно столкнулась с кем-то лоб-в-грудь. Меня машинально перехватили, не давая упасть, потому что я уже начала заваливаться назад по инерции.
— Добрый день, прелестная Императрица. — Скалясь во все тридцать два, Аурэн отпустил меня и отошел на шаг назад, чтобы отвесить поклон. — Вижу, что вы идете прямиком из покоев Бальтазара. — Склонившись, заговорщически прошептал мне на ухо маг, прикрыв рот рукой. — Это радует. Талия, эта стерва, совсем не по душе мне пришлась с первого взгляда. Мой вам дружеский совет, — я лишь округлила глаза, не понимая, когда это мы успели стать друзьями, — гоните эту змею взашей, и как можно скорее, она очень мастерски умеет лить сироп в уши.
И как ни в чем не бывало, Аурэн отправился в сторону покоев Бальтазара, подмигнув мне напоследок алым глазом с полностью черным белком, оставляя меня в смятении от того, что я слышу земные словечки вроде «сироп в уши» из уст нелюдя.
Что это сейчас было вообще? То, что архимаг странный — это я поняла еще при первой встрече, но, как выяснилось, зла он мне не желает. На первый взгляд. Не забываем об уроке, который нам преподал Бальтазар, и вспоминаем поговорку «благими намерениями вымощена дорога в ад». И гадай теперь, Аурэн помог мне из собственной выгоды или же по доброте душевной? Хотя, глядя в его страшные нечеловеческие глаза, вообще начинаешь задумываться, а если ли она у него, эта самая душа?
Ладно, с одной стороны хорошо, что маг не дал мне ответить на его предупреждение, иначе я сама бы мало чем отличалась от упомянутой змеи, разбрызгивая яд направо и налево. А с другой, повод задуматься. Аурэн не последний маг в Совете, как выяснилось накануне, а это полезные знакомства. И даже если он враг, то нужно держать его еще ближе к себе, потому что порой друг — хуже врага. И подобный совет он дал мне неспроста, а значит, наматываем на ус.
Мои покои были наглухо закрыты со всех сторон, включая балкон и окна, хотя я точно помню, что оставляла балконную дверь и окна открытыми. Вероятно, Ринда позаботилась об этом, когда мы с Наярой ушли. Эх, надеюсь, Бальтазар все же не узнает, кто проводил меня до его комнаты, не хотелось бы, чтобы Наяру наказали из-за меня.
Почувствовав легкий голод,
