Профессор Кастиан Царийский рассказывал что-то о влиянии мощных артефактов на резервы, о взаимодействии магии с артефактами, о вреде злоупотребления властью артефактов высшего ранга… Но все мои мысли были далеки от этого кабинета и даже от самого Терума.
И я была такой не одна.
Баден справа от меня уныло постукивал по столу карандашом. Ученики больше не косились на него как на ходячую инфекцию и не нервировали злобными комментариями, потому нежить могла спокойно печалиться в своем укромном уголке у стены о наших безрадостных перспективах.
Ксафана, хоть и с трудом, мне наконец удалось убедить вернуться в прежнюю форму. Мнение алимовцев в нашей компании мало кого волнует, но вот профессора вряд ли станут долго молчать. Зверь не ученик, а занимает места как двое учащихся. Все же спутники есть спутники. Их положение находится на уровне домашних питомцев, как бы многие существа к своим хвостатым друзьям ни относились.
Свернувшись в клубок, кот позволял костлявой руке мертвеца, которая не была занята мучением карандаша, перебирать свою пушистую черную шерсть. Ушастый откровенно наслаждался ощущениями, но цепкий взгляд диких желтых глаз то и дело устремлялся в сторону близсидящих алимовцев. От его маленького тела исходили густые подавляющие волны предупреждения.
Иногда я сама поражалась, как мне вообще удалось влить в кота столько силы, что она порой действовала даже на меня.
Инесса казалась отрешенной от всего мира. Ведьма невидящим взглядом смотрела на покрытую древними иероглифами стену перед собой и вяло ковыряла пальцем уголок учебника. Сейчас девушка была уже спокойнее, но ее нездоровое безразличие и опустошенность, которые я ощущала на магическом уровне, серьезно меня тревожили.
Сначала я долго не могла избавиться от чувства вины, все-таки они пошли на это из-за желания мне помочь. Но затем откинула этого паразита прочь. У каждого есть своя голова на плечах. Если я буду взваливать на себя всю ответственность за последствия действий всех друзей, морально выгорю уже к концу полугодия.
Впечатления залягут на дно, как неприятные жуткие воспоминания, и она придет в себя — нужно лишь немного подождать.
Найлана тоскливо жалась к бледной руке ведьмы. Впервые сова показывал себя с такой беспомощной стороны, и мне вдруг стало чертовски жаль, что я не владею магией Лили. Сейчас бы всем нам не помешали теплые успокоительные волны света.
Ильгира, Долрат и Ракард сели в ряд слева от нас на одну парту дальше. Демон в собственническом защитном жесте привычно сжимал маленькую сероватую ладонь вампирши, поглаживая ее тыльную сторону большим красным пальцем. Все трое молчали, мрачно наблюдая за профессором. Новостей мужчины пока не получали, а потому и обсуждать было нечего.
— Большинство планет выращены на древних артефактах или поддерживаются их силами. В их число входят Филатия, Эллиас, Терум, Флеймис, когда-то входила Айтария… — продолжал свою лекцию Кастиан.
Эльф привычно ходил из угла в угол, крепко сцепив за спиной ладони. Длинные белоснежные волосы мужчины резко контрастировали с серой кожей. У Ильгиры коса была ближе к пепельному оттенку, а кожа светлее и чище, потому в ее внешности все выглядело гармоничным. А неестественная белизна волос профессора едва не слепила глаза, невольно вызывая воспоминания о снежных равнинах Айсбурга.
Мне всегда нравилась эта планета. Одно из немногих мест, где я ощущала себя полностью единой с природой. Свежесть, покой и чувство безграничной свободы.
Я вздрогнула, когда услышала упоминание дома, и резко обернулась к говорящему.
К счастью, эмоции, вызванные неприятными воспоминаниями, мною больше не управляли, и мне без труда удалось спокойно выслушать лирическое отступление об Айтарии и прошедшей войне.
А вот следующая информация привлекла внимание даже безразличной ко всему Инессы.
— Единственная планета за всю историю, которая мало того, что возникла естественным путем, к тому же еще и создала свое население сама, — это Сальватия. Ядро Сальватии настолько крепкое и мощное, что выносило некромантов своими силами. — Кастиан вдруг сощурил глаза и заговорщически склонился к ученикам. Блеск нешуточного интереса в глазах словно омолодил лицо мужчины. — Слышал, что на ней сейчас происходит что-то странное. Недра земли дрожат и вибрируют. Появилось предположение, что Сальватия может рухнуть. Только вот почему именно сейчас… — больше у себя, чем у нас, спросил эльф, прикладывая указательный палец к подбородку. — Этой ночью кто-то пытался украсть Сальвос, — внезапно громко заявил профессор.
Его голос сквозил леденящим холодом и предупреждением. Он резко посерьезнел, хищником изучая каждое лицо перед собой, словно разыскивал преступника среди нас.
По кабинету пронеслись приглушенные шокированные вздохи. Мы с Ксафаном мрачно переглянулись.
— Пока мы не знаем, кто это был. Советую вам на время расследования в правое крыло не соваться, если не хотите предстать пред ректоратом как подозреваемые.
После недвусмысленной угрозы Кастиана помещение погрузилось в звенящую напряженную тишину. Алимовцы не двигались, вращая расширенными глазами. Новость вылилась всем на голову ведром ледяной воды.
Мужчина воспользовался эффектом неожиданности, чтобы распознать нарушителя, если таковой среди нас был.
Но я-то знала, что здесь он его не найдет. Он вообще его не найдет, пока тот сам этого не позволит. Потому что обычным магам до этого существа чертовски далеко.
Прогремел набат колокола, и я, подорвавшись с места, собрала всю компанию в кучу и вывела в коридор.
Мне даже не пришлось ничего говорить, все и так уже все поняли.
— Мне пришел отчет, — сухо оповестил нас Ракард, прожигая меня мрачным темным взглядом. — Недра Сальватии сдвинулись. Она действительно выглядит так, словно готова взорваться.
Инесса заметно подобралась и теперь переводила с меня на жнеца серьезный осмысленный взгляд. Ксафан зашипел и потер лапой лоб, мучительно скривившись.
Ядро Сальватии разрушается, Сальвос пытались украсть, некроманту нужна магичка-созидательница…
— Он возрождает свой род, — выдохнула я, не сумев справиться со своими эмоциями, из-за чего голос в конце предательски дрогнул.
Война близко.
Глава 29
Сегодня утром Долрат, Ракард и Баден пришли за нами прямо в комнату, не дожидаясь завтрака. Мужчины ворвались в своем привычном воинственном стиле: едва не снеся дверь с петель и враждебно оглядывая каждый уголок помещения. Лишь убедившись, что, кроме нас, здесь больше никого нет, расслабились и заняли каждый свое кресло.
Нежить встречи с опасностью боялась больше всех, но виду не подавала. И хоть Баден подрагивал, ступая за порог так, будто пол может в любую секунду рухнуть, но решительно пыхтел, следуя за жнецом по пятам.
Каждый был напряжен, готовый к атаке в любую секунду.
Нападение некроманта неизбежно. А поскольку мы не имеем ни малейшего понятия, с какой стороны его ожидать, приходится быть готовыми ко всему.
— Мы обновили статистику. Среди светлых больше не осталось магов-созидателей, — мрачно заявил Долрат, постукивая красными шершавыми пальцами по подлокотнику кресла.
Я напряглась и отвернулась к окну, замерев на мгновение, чтобы справиться с разбушевавшимися эмоциями. Тревога внутри накатила снежной лавиной и расползлась по всем уголкам души, не щадя другие чувства. Все обернулось диким животным страхом, от которого сковало каждую клеточку тела.
Лили… Теперь нет сомнений, что следующая она.
Только… зачем некроманту было убивать других созидателей, если изначально ему понадобилась моя сестра? Искал ей замену? Или же до нее уже были другие? Нет, что-то здесь не так… Черт возьми, все не так! Он пришел именно за Лили, а затем внезапно стали исчезать другие светлые. Решил оставить ее на закуску? Или же моя девочка может справиться с чем-то, с чем не могут справиться другие?
Грх… ни одного проклятого ответа! Как готовиться к чему-то, о чем не имеешь ни малейшего понятия?
