Читаем без скачивания Стечение обстоятельств - Иоанна Хмелевская

— В общем-то он с виду вроде нормальный, только умом тронулся. Всю дорогу твердил, что в том доме нечисто. Сначала, еще во дворе, нечистая сила явилась ему в образе огромного ужасного козла, не допускала к двери... Что касается козла, очень может быть, читал я, что дьявол в виде огромного козла участвовал в шабашах на Лысой горе, когда туда колдуньи на метлах слетались, так он их... того, обслуживал в эротическом, значит, плане... Особенно ночью.

— Вы что, еще не протрезвели после вчерашнего отгула? — сурово поинтересовался капитан.

— Да нет, пан капитан, я только повторяю то, что этот пострадавший наплел, ассоциации у него правильные. А потом та же нечистая сила явилась ему и в доме, уже форменный дьявол, фигура человеческая, не козел, черный и с рогами. Вот только пола неопределенного, он больше склоняется к женскому.

— Кто склоняется? — не поняли коллеги.

— Ну, этот, с разбитой головой.

— Значит, дьяволица ему явилась, — поучающе констатировал подпоручик Вербель.

— Может, и дьяволица, да тот всю дорогу называл его дьяволом. Бедняга до того перепугался, снова увидев дьявола, что бросился наутек, споткнулся на ступеньках лестницы и раскроил себе череп. Не берется утверждать, что это дело рук дьявола, может, тот к нему и не прикоснулся, а, может, воздействовал своей дьявольской силой. А потом связал бедолагу, лицо тряпьем обмотал и при этом еще, скотина, дьявольски хихикал.

И опять подпоручик Вербель вставил свое замечание:

— Все правильно, как же ему еще хихикать?

— Может, хватит мне морочить голову? — рассердился капитан Фрелькович. — Какого дьявола... тьфу! Какого черта вы мне всю эту чушь рассказываете, время отнимаете?

— Да потому, пан капитан, что когда этот пострадавший в нервах рассказывал нам о нечистой силе, вырвалось у него одно такое словечко... Вот я и решил обо всем в подробностях рассказать, кто знает.

— Какое словечко?

— Плетет, значит, он чушь о нечистой силе, — продолжал ободренный Рудальский, — о Лысой горе, о проделках дьявола, о том, как нечистая сила только и ждет, чтобы заполучить душу христианскую, а уж сколько от нее вреда людям... Найдет человек, скажем, клад, протянет руку к золоту, а оно в пыль обращается. Или какие драгоценности, вмиг подделает, одни фальшивки в руках останутся. Вот меня, пан капитан, эти фальшивки и насторожили. Может, так сболтнул, говорил точно в бреду, но ведь сказал? Где, бормотал, фальшивки, там и дьявол с рогами! А когда в сознание пришел, я пробовал его насчет фальшивок порасспросить, так он ото всего отперся. В бреду, говорит, чего не наплетешь, за это, — говорит, я не отвечаю, знать не знаю ни о каких фальшивках, ничего такого, говорит, я не говорил. Только на дьяволе настаивает. В двух обличьях. Один, значит, в виде козла во дворе, другой — черной дьяволицы в доме. Ну и тут приехала вызванная нами «скорая помощь», надо было его скорее в больницу доставить.

— А что за человек, ты узнал?

— А как же! — обиделся Рудальский. — Рощи-ковский, владелец дома. Купил старую развалюху и принялся ремонтировать дом.

— А зачем он туда ночью явился?

— Не совсем ночь, теперь рано темнеет. Явился посмотреть, что ему там наремонтировали, засветло, говорит, не мог. Но ничего не посмотрел, дьявол помешал. Этот Рощиковский еще сказал, что слышал, будто и в самом деле там нечисто, да купил дом, решил, пустяки все это. Когда его санитары забирали, опять впал в забытье и грозиться стал:

«Я ему еще покажу!».

— Кому?

— Не уточнил, пан капитан. Я думаю — дьяволу, кому же еще.

— Где Яжембский? — бросил капитан в пространство.

— У себя, наверное, — ответил подпоручик Вербель, догадавшись, что вопрос обращен к нему.

— Немедленно вызовите!

Через несколько минут явился подпоручик Яжембский, и ему пересказали сообщение о нечистой силе. Вот кто проявил к ней живейший интерес, будто рассказ о сверхъестественных явлениях — самое желанное для офицера полиции, будто сам давно мечтал поучаствовать в каких-нибудь шабашах.

Связались с тарчинским комиссариатом, те сообщили, что вопрос с первым из дьяволов уже выяснен. Действительно, у одного из хозяев в деревушке, рядом с поселком Поеднане, есть черная коза, страсть бодливая. Да нет, не до смерти бодает, так, шутит себе, поиграть любит. Привязывали, конечно, но тогда она перестает доиться, а это коза молочная.

Яжеыбский задумчиво сказал:

— Молочный дьявол — явление редкое. Надо съездить, посмотреть. Кто знает? Ведь известно, что денежки фальшивомонетчики печатали где-то под Варшавой.

— Под Варшавой, а это уже за Тарчином, — возразил подпоручик Вербель.

— Можно считать, под Варшавой, не под Гданьском же! Черт его знает, может, и там.

— Вот уж черт-то наверняка знает, — ехидно заметил школьный товарищ.

— Нечего ехидничать, лучше поезжай со мной.

— Правильно, поезжайте вместе и оставьте меня в покое с вашим дьяволом, — сказало начальство:-А еще бы мне хотелось знать, куда поде-вался Сдунчик. Поселился, что ли, на веки вечные в этом Константине? И вообще, что за холерное дело такое, все из рук валится, какие-то осложнения на каждом шагу, вот еще нечистая сила подключилась. Того и гляди я тоже увижу дьявола во плоти, хоть череп у меня пока в порядке, А предупреждали меня коллеги, предупреждали, это все она, Хмелевская. Если уж как-то причастив к делу — такого наворотит, что спятить можно.

—А которая из Хмелевских? — попытался было уточнить подпоручик Вербель, но взглянул на начальство, и его как ветром сдуло из комнаты.

Прибыв на место в Поеднане, оба подпоручика застали строительную бригаду в полном составе. Сначала они осмотрели все, что оказалось им доступно, потом поинтересовались, где же хозяин этого дома, и без труда выяснили, что лежит в больнице. Прежде чем повидаться с пострадавшим, Яжембский решил посмотреть на нашумевшую черную козу. Ее хозяин не стал скрывать животное, оба могли насладиться его видом сколько хотели. Потом неведомая сила заставила подпоручика Яжембского вернуться в подозрительный дом и еще раз осмотреть подвал, в котором явился нечистый дух хозяину дома. При первом осмотре подвал никакого интереса у следователей не вызвал. При втором они пустили в ход мощный рефлектор, ибо окошечко под потолком, как и жалкая запыленная лампочка на потолке, давали слишком мало света. И они увидели.

— Гляди

— -воскликнул подпоручик Вербель. — По полу явно что-то волочили, след в пыли остался. Погляди, говорю, очень странно это выглядит...

— Сейчас погляжу, — отозвался из-за кучи досок, стоящих в углу комнаты, школьный товарищ.

— У меня тоже.., точно, кто-то в паутине недавно запутался, всю порвал. Бедный паук!

— Ты там не спятил?

— Нет, гляди, как торопится сплести, новую, как старается. Паучище, что твоя лошадь! Как работает, стервец! Одно загляденье! Да ты сам полюбуйся.

Подпоручик Вербель не — выдержал, покинул следы на полу и отправился любоваться на паука. И в самом деле, было на что посмотреть. Паук был просто гигантский и работал как зверь.

— Интересно, чем он здесь питается? — неожиданно для себя заинтересовался Вербель. — Мухи сюда не могут залететь.

— Может, через окно залетают, — ответил коллега. — Во всяком случае, чем-то же питается, раз не сдох с голоду. И в такой прекрасной форме!

Довольно долго оба подпоручика с уважением наблюдали за тонкой, артистической работой мастера, у которого дело шло споро, без сучка и задоринки. Паук испускал из себя тончайшую нить, которая незаметным образом тут же превращалась за его спиной в знакомый филигранный узор. Он восстанавливал наружные окраины своего царства, внутри все было в порядке, и похоже, над созданием этого царства трудились целые столетия бесчисленные поколения вот таких работяг.

— Слушай, — вдруг сказал подпоручик Вербель, — где хозяин видел своего дьявола? В подвале, я знаю, а не в этом ли углу? Кто-то мог на спине унести часть паутины вот этого нашего труженика.

— Ты что, думаешь, он и в самом деле видел черта?

— Думаю, что тот, кто спрятался в этом углу, был явлением материальным, никак не потусторонним.

— Действительно, лампочка еле светит, в комнате темновато, мог и спрятаться вечером. И сидеть до посинения. Зачем же вылез?

— Этого я не знаю. А если прятался, то только здесь.

— Да, в остальных углах паутина в полном порядке, — заключил Яжембский, убедившись в этом.

— Ну теперь пошли смотреть на мои следы. С трудом оторвавшись от феноменального паука, следователи перешли к изучению следов на полу. Вербель обратил внимание не только на дорожку, проложенную по пыльному полу, по которой будто что тяжелое волочили, но и на странные следы по обеим сторонам этой дорожки.

— Очень похоже на след ладони человека, — сказал он, приглядевшись.

Интересная мысль, следовало заняться этим вплотную. Оба принялись самым тщательным образом изучать странные следы, подсвечивая рефлектором под разными углами. К. сожалению, уж очень много накопилось на подвальном полу и старого мусора, и столетней пыли. и всевозможных наслоений позднейших времен. Наконец Яжембский решился: