- Видите - казаки? Огонь по ним! Будете стрелять - будете жить.
И орудия повернулись и открыли беглый огонь по казакам.
За этот бой Рокоссовский получил свой первый орден Красного Знамени.
Вот еще один бой - в районе станицы Желтуринской, что в Забайкалье, в период борьбы против барона Унгерна, главаря белогвардейских банд. 31 мая 1921 года белые казаки двумя сотнями заняли кожевенный завод в девяти километрах от станицы. На другой день утром отдельный кавалерийский полк, которым командовал двадцатипятилетний Рокоссовский, выбил белых с завода. Но разведка донесла, что со стороны Монголии подошла бригада белого генерала Резухина, с ней ведет неравный бой один из батальонов 311-го советского стрелкового полка. Рокоссовский поднимает кавалеристов и ведет их на помощь своей пехоте. Еще издали видит, как отходят наши стрелковые роты и как их преследуют белые эскадроны. Рокоссовский своим полком атакует белогвардейцев во фланг и обращает их в бегство. Это была блестящая атака. В схватке Константин Константинович лично зарубил нескольких белоказаков, но и сам получил удар саблей по бедру, под ним убили коня, ему подали другого... Подвиг в этом бою был отмечен вторым орденом Красного Знамени.
После гражданской войны Рокоссовский продолжал служить в армии. Командовал кавалерийскими частями, учился на курсах усовершенствования командного состава в Ленинграде, потом закончил курсы высшего начсостава при академии имени М. В. Фрунзе. И опять в строй - командовал бригадой, дивизией, корпусом.
В 1930 году, будучи командиром 7-й кавалерийской имени Английского пролетариата дивизии, он встретился со старым своим товарищем Г. К. Жуковым тогда командиром полка, а затем и бригады в той же дивизии. Мы попросили маршала Жукова вспомнить то далекое время. Георгий Константинович рассказал:
- Рокоссовский был очень хорошим начальником. Блестяще знал военное дело, четко ставил задачи, умно и тактично проверял исполнение своих приказов. К подчиненным проявлял постоянное внимание и, пожалуй, как никто другой, умел оценить и развить инициативу. Много давал другим и умел вместе с тем учиться у подчиненных. Я уже не говорю о его редких душевных качествах - они известны всем, кто хоть немного служил под его командованием... И нет ничего удивительного, что Константин Константинович вырос до маршала, стал выдающимся военачальником. Более обстоятельного, работоспособного, трудолюбивого и по большому счету одаренного человека мне трудно припомнить.
Перед самой Великой Отечественной войной К. К. Рокоссовскому было поручено формирование 9-го механизированного корпуса, его он и повел в трудные бои, бил с ним фашистов на пупком направлении. Первые же полгода войны принесли Константину Константиновичу заслуженную славу: после боев под Лупком контрудар на Ярцево на заключительном этапе Смоленского сражения, оборона Волоколамского и Ленинградского шоссе силами 16-й армии в битве под Москвой, декабрьское наступление, дерзкий захват Сухиничей. Под Сухиничами он был тяжело ранен. Выздоровев, Рокоссовский прибыл в звании генерал-лейтенанта командовать Брянским фронтом, а вместе с ним его неизменные соратники генералы М. С. Малинин, В. И. Казаков, А. И. Прошляков и Г. Н. Орел. Они воевали плечом к плечу, начиная с Ярцевских высот. По существу, костяк управления 16-й армии получил в свои руки фронт. Поучительный факт! Он свидетельствует, как быстро росли на войне полководческие таланты, и в то же время показывает трудности в подготовке и расстановке кадров, которые тогда переживала наша действующая армия.
С Василием Ивановичем Казаковым мы встретились как старые друзья и сослуживцы по Московской Пролетарской стрелковой дивизии. В середине тридцатых годов он командовал артиллерийским полком, а я - 3-м стрелковым. Жили и работали дружно и, бывало, вместе ходили к командиру дивизии Л. Г. Петровскому, когда он вызывал одного из нас, заметив какие-либо неполадки. "Опять вдвоем?" - пряча усмешку, говорил командир дивизии, на что Василий Иванович отвечал: "Взаимодействие, товарищ комдив!"
С любовью мы вспомнили нашу славную Московскую Пролетарскую. Она была хорошей школой военных кадров социалистического государства. Сорок первый год устроил грозную проверку воспитанным в ней командирам. Они ее выдержали. Шесть-семь лет назад они командовали небольшими подразделениями, а теперь водили в бой полки и дивизии. Бывший командир учебного батальона 3-го стрелкового полка Яков Григорьевич Крейзер прославился смелыми рейдами по тылам противника на Западном фронте, он был удостоен звания Героя Советского Союза. Другой комбат того же полка - С. С. Бирюзов - стал маршалом. На Брянском же фронте встретил я своих бывших ротных - В. И. Булгакова и М. С. Землянского: первый командовал полком, второй был заместителем командира дивизии. А Василий Иванович Казаков прошел за семилетие путь от командира артиллерийского полка до командующего артиллерией фронта. Пролетарская дивизия может гордиться тем, что в ее рядах рос один из замечательных наших артиллеристов. Высокое положение не лишило его ни простоты, ни общительности. Он отличался ясным умом, товарищеским отношением к подчиненным. Строгая требовательность, нередко в грубоватой форме, основывалась у него на глубоком знании дела, реальной обстановки, а также характеров своих подчиненных. Настоящий военачальник никогда не подходит к людям с одним шаблоном. Он знает, что одного достаточно похвалить - горы своротит, другому нужна узда, третий хорош, когда ему дана полная инициатива. В этом тонком искусстве руководства людьми у Казакова было мало соперников. Его живые глаза иногда становились пронизывающими. Он был оптимистом, не признававшим трудностей, и работал, не щадя себя.
Начальник штаба фронта Михаил Сергеевич Малинин по широте оперативного кругозора и опыту в своей области не уступал Казакову. М. С. Малинин пришел на общевойсковую работу из 7-го механизированного корпуса, штаб которого и составил управление так называемой группы Рокоссовского в боях за Ярцево летом 1941 года. Командующий однажды рассказывал, как началась их совместная боевая служба: "Показал нам Тимошенко рукой направо от шоссе, а потом налево занимайте рубеж! Чем занимать, когда у нас было полтора десятка штабных командиров с личным оружием - и все?.." Горстка молодых офицеров совершила, казалось, невозможное: подчиняя отступавшие части, в течение пяти-шести дней организовала крупное войсковое соединение с артиллерией и даже с танками. Оно оказалось способным захватить Ярцево и взять под контроль переправы через Днепр, по которым герой обороны Смоленска генерал-лейтенант М. Ф. Лукин отводил свои прославленные части. Под Волоколамском, на посту начальника штаба 16-й армии, Малинин получил звание генерал-майора. Рокоссовский любил его и очень ценил. Нас порой смущали резкость и самоуверенная властность начальника штаба. Но было у Малинина одно замечательное качество. Крупные штабные работники обычно редко бывают широко известны в войсках. Таков род их деятельности. Михаил Сергеевич представлял в этом отношении исключение. Свой глаз - алмаз! Солдаты и офицеры передовой линии часто видели его в окопах и на НП соединений, знали и уважали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
