И он принялся рассказывать детали, как выманил Элизабет и Грегора из замка якобы из-за какой-то угрозы. Мол, Дарнел послал его проводить жену в подготовленное безопасное место. Грегор, естественно, пожелал их сопровождать. Подобраться к тем, кто ему доверял, не составило труда. Милард со смехом рассказывал, какие у Грегора были круглые глаза, когда умирал от удара собственного кинжала. И как потом, связав Элизабет, ждал появления брата. Сам затаился, прикрытый водной завесой, чтобы подобраться со спины и ударить по затылку. А потом, пока Дарнел лежал без чувств, убил Элизабет так, как мог бы это сделать Алестер Даргон. Он не испытывал ни малейшей жалости, издеваясь над еще живой жертвой, и от выражения глаз Миларда, когда смаковал подробности, мне становилось все больше не по себе. Я прекрасно понимала, что тогда, в пещере, меня ожидала та же участь.
– А Адэна? Это ведь не ты был пешкой в ее руках, а она в твоих? – пришло запоздалое понимание.
– Эта идиотка втюрилась в меня без памяти еще после нашей первой ночи. Стоило пообещать, что когда стану лордом, женюсь на ней, как была готова сделать что угодно! Я велел сблизиться с Дарнелом и создавать видимость того, что это она правит бал в наших отношениях. Для всех обо мне должно было сложиться впечатление, как о безобидном, хоть и не лишенном талантов простаке. Тогда с меньшей вероятностью во мне заподозрят злой умысел. Собственно, мне это удалось. Думаю, все нормально воспримут, когда медальон выберет лордом меня. Придется, конечно, еще какое-то время поломать комедию, но потом я возьму все под жесткий контроль!
– Ты так уверен, что и на этот раз медальон выделит тебя из числа остальных? – едко проговорила.
– Есть еще сомнения по поводу Юлиана. Мальчик подает большие надежды. Но с этой проблемой я справлюсь. Он сдохнет в самое ближайшее время. Еще до того, как состоится церемония выбора нового лорда.
– Он же твой сын! – я неверяще смотрела на это чудовище, полностью снявшее маску, и просто не могла понять его.
Есть ли для Миларда хоть что-то святое, раз он готов убить даже собственного сына?! А я ведь считала Алестера Даргона отъявленным мерзавцем! Похоже, по сравнению с Милардом он просто душка!
– Он лишь препятствие на моем пути, – сухо заметил Милард. – Я всегда воспринимал его именно так. Видел в нем угрозу.
– Потому и отдалился от него? – горько произнесла. – А вовсе не по тем причинам, о которых рассказывал? И не смущает, что мальчик на самом деле тебя любит? Уже забыл, как он помогал тебе после наказания?
– Да, признаюсь, тот момент меня немного тронул, – криво усмехнулся эрт. – Но все равно я не могу так рисковать. Поэтому, как ни прискорбно, мальчишкой придется пожертвовать.
Мне больше не хотелось с ним говорить. Настолько противно и мерзко, словно рядом – отвратительное насекомое, еще и ядовитое к тому же. Поэтому я отвернулась и дала понять, что потеряла интерес к беседе. Милард хмыкнул и шепнул на ухо:
– При иных обстоятельствах я бы, может, и тебя не стал убивать. Но ничего не поделаешь, дорогуша, ставки слишком высоки!
Еще выше, чем ты думаешь! – подумала, мрачно усмехнувшись. И скоро тебе предстоит убедиться, что зря считал себя самым умным. Если, конечно, я не ошибаюсь по поводу Алестера Даргона. Один из пауков сожрет другого. Вот только станет ли участь мухи, попавшей в паутину, от этого хоть немного легче?
Пожалуйста, Дарнел, приходи в себя поскорее! Одной мне вряд ли удастся справиться, хотя я очень постараюсь!
Глава 17
ГЛАВА 17
В очередной раз поняла, что недооценивала Миларда, когда он не стал нести меня прямо к замку Даргона. Видимо, предусмотрел вариант, о котором я подумала – то, что его самого захотят устранить. Мы приземлились в какой-то деревушке во владениях Алестера у самого большого дома, видимо, принадлежавшего старосте. Навстречу выбежал хозяин, на ходу кланяясь важному гостю. Милард вытащил из заплечной сумки какое-то письмо и, оборвав на полуслове подобострастные приветствия, потребовал:
– Немедленно доставь это вашему лорду.
Подготовился заранее, сволочь! Даже не сомневался, что я с ним полечу! При мысли о том, как глупо попалась в ловушку, снова неприятно кольнуло. И ведь вполне может статься, что никакого наказания за это не понесет! Все настолько уверены в его безобидности и верности брату, что даже после прошлого похищения недолго косились. Решили, что Милард просто оступился и оказался жертвой интриг Адэны.
Теперь эта женщина уже не вызывала во мне и толики неприязни. А наш последний разговор воспринимался в совсем другом ключе. Она тогда говорила, что ради любви можно совершить многое. Я же подумала, что речь о Дарнеле. Но нет! Все это время Адэна соблюдала исключительно интересы Миларда. Как ему удалось превратить такую гордую и сильную женщину в послушную марионетку, оставалось лишь догадываться. Видимо, и правда любовь зла! И мы не выбираем, кому отдать свое сердце. Она даже с собой покончила, когда поняла, что в ином случае ее возлюбленного может ожидать смерть. Наплевала на собственные интересы. Единственная же благодарность, которую заслужила – снисходительное слово «идиотка» из уст этого мерзавца.
Наверное, такой сильной неприязни я не испытывала даже к Алестеру. Милард казался мерзкой, противной гадиной, пригревшейся на груди брата. Змеей, только и ожидавшей возможности укусить побольнее.
Милард, не обращая внимания на мой убийственный взгляд, отцепил ремни и швырнул меня под ноги старосте.
– Если упустишь эту девку, ваш лорд с тебя шкуру спустит! – предупредил он мужчину. – Так что советую не развязывать и запереть пока где-то в надежном месте. Как только лорд Даргон получит мое письмо, сразу явится за ней или пришлет кого-то. И вот, возьми за труды! – он небрежно швырнул ему кошелек со звякнувшими монетами.
Староста ловко поймал и посмотрел еще более подобострастно.
– Все сделаю в лучшем виде, господин! Не сомневайтесь.
Эрт коротко кивнул и, напоследок скользнув по мне чуть насмешливым и презрительным взглядом, взмыл в воздух. Не дожидаясь, пока крестьянин начнет выполнять распоряжения, полученные от Миларда, произнесла:
– Если не будешь доставлять письмо, а просто отпустишь, уже завтра получишь втрое больше! Мне нужно только добраться до владений моего мужа, и я кого-то пришлю с деньгами.
Староста думал над моим предложением лишь пару секунд, потом мотнул головой.
– Лучше синица в руках, – глубокомысленно заявил и подозвал к себе какого-то паренька, очень на него похожего. Наверное, сына. – Мартин, бери лошадь и мчись в замок! Передашь вот это для лорда.
– Ты хоть представляешь, что с тобой сделает мой муж, если узнает? – предприняла я новую попытку выпутаться из плачевной ситуации. – Чтобы ты верно оценивал, что происходит, назову свое имя. Кэтрин Лодар. Мой муж – глава одного из кланов крылатых. Его еще называют лордом Холода.
Староста чуть сбледнул, но все-таки проговорил:
– Я под защитой нашего лорда, так что ничего ваш муж мне не сделает. Не посмеет! Законы я знаю. Будет разбираться с нашим лордом.
– И все же подумай! Вместо неприятностей ты можешь заручиться благосклонностью влиятельных покровителей. Даже переехать на наши земли. Мы одарим тебя такой суммой, что сможешь не работать до конца своих дней.
– Мне и тут хорошо, – непримиримо заявил староста. – Да и не хочу никуда переезжать! Все мои предки тут жили. Эй, Робин, тащи ее в погреб. Запрешь там пока. И рот заткни чем-нибудь, а то уж больно говорливая!
Еще один парень, только постарше, застывший в отдалении, тут же кинулся выполнять приказ. Я зашипела, как разъяренная кошка, и оскалилась. Робин отпрянул, с ужасом глядя на мои глаза. Видимо, белки почернели. Только теперь, похоже, крестьянин присмотрелся получше и понял, что перед ним не обычная человеческая женщина. Потрясенно замер и зачем-то осенил себя знаком Создателя.
– Она ч-что инв-варг? – запинаясь, проговорил Робин, глядя на меня с суеверным ужасом. – Разве у них есть свои бабы? Я думал…
