сегодня произошло, уходит на второй план. Сейчас я испытываю только спокойствие, умиротворение и теплоту внутри. Слушаю ровное дыхание уснувшей девушки и сам не замечаю, как проваливаюсь в мир сновидений.
Просыпаюсь от голоса в голове, зовущего меня по имени. Открываю глаза, вижу духа, принадлежащего моей матери. «Отца больше нет» сообщает мне её рысь и исчезает.
* * *
Гарольд Лаверн.
Сообщение об очередном созыве Совета, отправленное нашим надменным принцем, временно замещающим «отсутствующего» Императора, пришло на рассвете. Ровно за 5 минут до известия о долгожданной кончине Владыки Пандории, полученного от одного из моих шпионов во дворце. Интересно… И почему это Винсент не упомянул такую мелочь? Надеется скрыть смерть отца до окончания отбора? Не получится.
В назначенный час приземляюсь на главную башню дворца, принимаю человеческий облик и в сопровождении слуг следую в зал, где будет проходить заседание. Все члены Совета, даже Винсент, уже ожидают на своих местах. Какая неожиданная пунктуальность проснулась в принце. Сегодня он последний раз посидит в кресле Императора. На следующем собрании оно уже будет моим, а пока же я смиренно усаживаюсь в кресло по правую руку от Его Высочества.
— Поскольку все в сборе, предлагаю приступить, — начинает Винсент. — Сегодня на повестке дня стоит вопрос об отстранении Амадея Майера, Главного Жреца Храма Огня.
Ох ты ж. Неужели догадался, что это старичок предоставил доступ во дворец наёмникам из Ордена Сибиллы? Не хорошо… Сначала я потерял Главного лекаря, теперь жреца… А впрочем, острой необходимости в них больше нет. Винсент тем временем продолжает.
— Против него мною выдвигается обвинение в государственной измене. Старшим жрецом без моего согласия, а также без согласия Императора была предпринята попытка подменить одну из невест на отборе, на которой горит моя метка. Доказательством является признание самого обвиняемого.
Принц достает записывающий кристалл, кладет его в центр стола и перед глазами присутствующих возникает Майер, сообщающий о своем плане заменить какую-то девушку на одного из своих служителей Храма. Серьёзно? Он лично сказал это принцу? И откуда столько идиотов вокруг меня? Как теперь сообщить Совету о смерти Аластара, не вызвав подозрений?
— Вину признаете? — спрашивает Винсент нашего непутевого жреца.
— Нет, Ваше Высочество. Я не отрицаю, попытку подмены действительно планировалось провести. Однако! Подмена была согласована с самим Императором.
Про непутевого я, похоже, погорячился. Винсент аж зубами скрипнул.
— Прошу простить, Ваше Высочество, — продолжает жрец. — Я был уверен, что вам известно об этой идее. Уверен, это недоразумение быстро разрешится. Я сейчас же отправлю духа за подтверждением к Его Величеству.
— Нет, — отрезает резко Винсент. — Данная тема должна была подняться после разрешения вопроса об отстранении Старшего Жреца. Однако, в свете новых обстоятельств… Сегодня утром Хранитель Огня и Владыка Пандории Аластар Макберн Третий скончался.
* * *
Анхель Лаверн.
— Проклятый Советник по законам! — крик Гарольда Лаверна слышно, наверное, даже во дворце… — Откуда этот выродок вообще узнал об этом?
Ну, как откуда? Советнику по законам как бы положено знать эти самые законы… Но вслух озвучивать я это, пожалуй, не буду.
— Один! Всего один несчастный голос и я, единственный законный наследник Императора, уже держал бы в руках корону!
Интересно, когда он успокоится? И так было понятно, когда мы потеряли Главного лекаря, что голосов для немедленной передачи власти отцу нам не хватит. Был, конечно, шанс, что никто не вспомнит о праве Совета дать разрешение сыну покойного Императора найти жену и успеть её обрюхатить до окончания траура… Но шанс этот изначально был мизерным. К тому же, меня сложившаяся ситуация, наоборот, более чем устраивает. Мой брат должен не просто потерять трон, он должен потерять смысл жить. Я уже предвкушаю удовольствие, которое получу, когда братец захочет сдохнуть. Я просто обязан видеть его глаза в этот момент.
— Ты лично убьёшь всех троих! — крик отца возвращает меня из мира грёз.
В отличии от старшего Лаверна до этого момента я был спокоен. Он ведь не серьёзно?
— Прости, отец, но что значит убить?
— Значит сделать так, чтобы до последнего этапа никто даже не дожил!
Э… Он что свихнулся от того, что сегодня без короны на голове остался? Вне испытания метка защитит вообще от чего угодно. Попытаться сейчас навредить невесте равносильно самоубийству.
— Как ты себе это представляешь? Да при любой попытке метка невесты меня просто убьёт.
— А с этим помогу я, Ваша Светлость, — подал голос сидевший до этого тихо Старший жрец Храма.
— Вы что — можете убрать метку?
Амадей Майер отрицательно мотает головой.
— Защитить меня от её действия?
Снова нет.
— Тогда чем вы мне поможете?
Глава 34
Погребальный костёр
Винсент Макберн.
Аурэлия Макберн не лила слезы, ни кричала от боли, не разрушала всё вокруг и не искала виновных в смерти мужа. Просто смотрела на всё происходящее потухшими безжизненными глазами. Её тонкая нить губ не выражала ни единой эмоции даже сейчас, когда мы видели Императора в последний раз.
Гроб с телом моего отца был закрыт покровом из золота и парчи с вышитым на нём Императорским гербом. По обе стороны от гроба шли ступеньки, на которых стояли служителя Храма в траурных одеяниях с зажженными факелами. По одной из таких лестниц я медленно поднялся и подошел к Старшему жрецу, находившемуся у изголовья гроба.
У меня никогда не было желания стать Императором. Не скрою, мне всегда нравилась власть, которую давал мой статус сына правителя. Сплошные привилегии и никакой ответственности. Что требовалось-то от не наследного принца? Ничего. Ну, разве что не сильно позорить Императорскую семью. Не самая сложная обязанность. Хотя, будем честными, даже с ней я не всегда справлялся. Но теперь…
Никогда не думал, что мне доведётся отстаивать право проводить отца в мир духов. Испокон веков наследник трона сжигает тело бывшего Императора на погребальном костре в священном пламени. Эта «привилегия» должна была достаться моему брату. Но Киллиана с нами больше нет. Как и нет уверенности, что корона останется в нашей семье. Впервые за много тысяч лет на глазах у всей драконьей знати факел, зажжеённый от озера Огня, мог поднести к телу Императора не Макберн. Отец Анхеля даже не наш кровный родственник, а сейчас имеет куда больше прав трон Пандории, чем я. Если бы не поддержка Совета, на моём месте сейчас стоял бы именно Гарольд Лаверн. Не представляю, как такой позор смогла бы пережить моя мать.
Принимаю из рук Старшего жреца факел, подношу его к гробу. За секунду тело отца полностью охватывает пламя,
