Инна как раз закончила редактировать статью, когда в кабинет без стука ввалился Северин.
– Принесла нелегкая, – процедила она сквозь зубы вместо приветствия.
– Я тоже рад тебя видеть, – парировал Илья. – Мне необходимо поговорить с Симой.
– Ну, ты не одинок в своих желаниях, – злорадно заметила Инна. – Сима с некоторых пор пользуется большой популярностью. Вот и господин Киль тоже очень хочет ее увидеть. Странно, что она не горит желанием общаться с такими роскошными мужчинами.
– Может, для меня она все-таки сделает исключение? – спросил Илья.
– Ничего не выйдет, – Инна отрицательно покачала головой. – Вы, господин Северин, в черном списке.
– Плевать я хотел на списки! – он начал выходить из себя. – Я хочу увидеть Симу!
– Да? – Инна вскинула бровь. – А Сима не хочет тебя видеть.
– Скажешь, где она?
– Ни-за-что!
– Стерва!
– Лицемер!
– Тогда хотя бы передай, что я ее искал. – Илья устал от этого бестолкового разговора, но уходить просто так, не солоно хлебавши…
– Всенепременно! – Инка заправила челку за ухо и уставилась на монитор компьютера.
Хлопнула входная дверь – от стены отвалился кусок штукатурки.
– Вот урод! – пробормотала она себе под нос.
На этот день у нее еще была запланирована уйма дел. Она выключила компьютер и встала из-за стола. Сегодня она приглашена в гости к самому Великогоре, но перед этим нужно заскочить на квартиру к Симе, забрать кое-какие книги. Какой-то там экзамен у нее на носу.
Инна брезгливо пнула носком туфли кусок штукатурки:
– А ремонт всего месяц назад сделали. Хреновый ремонт!
– Глеб! Я больше не могу! Отпусти ты меня, ради Бога! – Сима поерзала на страшно неудобном стуле. – Ну дай хоть пять минут передохнуть!
– Сидеть! – раздалось из-за мольберта. – Через полчаса свет уйдет, тогда и отдохнешь.
– Тиран, – вздохнула она.
– А ты халтурщица!
– Я не халтурщица, я натурщица.
– Вот я и говорю, натурщица-халтурщица.
С улицы донесся рев подъезжающего автомобиля. Сима обернулась к окну.
– Инка приехала! Глеб, имей совесть! Позволь хоть поздороваться с лучшей подругой!
Великогора высунул голову из-за мольберта и сердито нахмурился:
– Угораздило же меня связаться с такой легкомысленной особой! Ладно уж, иди. Я тоже скоро буду.
Инна неспешно шла по выложенной фигурными плитками дорожке.
– Привет! – Сима чмокнула подругу в щеку. – Как добралась?
– А что тут добираться?! – пожала та плечами. – Сима, где мы можем поговорить без свидетелей?
– Пошли к бассейну, – слегка удивленная такой таинственностью, сказала Сима. – Глеб все равно еще занят.
– У меня сразу три новости, – заявила Инна, как только они уселись в удобные плетеные кресла.
– Боюсь даже спрашивать какие.
– Видишь ли, я сама толком не поняла, какие они, хорошие или не совсем. – Инка вытянула перед собой длинные ноги и прикрыла глаза. – Приходил Северин, – наконец заговорила она. – Требовал, чтобы я сообщила, где тебя можно найти.
– А ты?
– А я его послала. – Инка приоткрыла один глаз. – Правильно?
– Правильно, – тихо ответила Сима.
У нее было достаточно времени, чтобы обдумать происшедшее. Сначала она просто хотела забыть, но теперь… Теперь она сознательно культивировала, холила и лелеяла в себе одно-единственное чувство.
Ненависть. Именно ненависть не позволяла ей развалиться на мелкие куски от боли, а продолжать жить и строить планы на будущее. Долгими бессонными ночами ненависть была ее единственной собеседницей и советчицей. Возможно, не самой лучшей, но уж какая есть…
– Сегодня я была у тебя дома, – продолжила Инна, – и имела счастье пообщаться с твоей Леопардией. Узнала о себе много нового, но суть не в этом… Арестовали бывшего мужа Ксюхи – ну, того, что сидел. Синего или Серого, не помню.
– Сизого, – поправила Сима.
– Ну так вот, Сизому предъявлено обвинение в убийстве Полевицкой.
– Он же сидит.
– Уже не сидит. Освободился месяц назад и взревновал Ксюху к ее новому кавалеру. В общем, он и убил в порыве ревности. Его взяли на следующий же день. Пьяный был в зюзю. Наверное, совесть замучила. Он сознался в убийстве.
– А нож?
– Нож не нашли. Да и мало ли куда Сизый его по пьяни мог выбросить! Главное, что он сознался. Понимаешь? На тебя никто не охотился! Хотели убить Ксюху. Ее, несчастную, и убили.
Сима задумчиво смотрела на пляшущие на поверхности бассейна солнечные блики.
– Значит, я все придумала? – проговорила она. – Не было никакого убийцы?
– Выходит, что так. Просто у нас с тобой очень богатое воображение. Особенно у меня. Как вспомню, что Северина подозревала… Но это еще не все, – Инна потянулась за сумочкой. – Вот, это тебе. – Она положила на стол визитку.
Сима взяла в руки пахнущий типографской краской прямоугольник.
Нотариальная контора «Степанцов и сын».
– Что это? – Сима недоуменно взглянула на подругу.
– Это мне дала Леопардия. Вчера к ней заходил очень импозантный мужчина, просил, чтобы ты как можно скорее позвонила по одному из указанных телефонов.
– Нотариус? А зачем я понадобилась нотариусу? – Сима повертела в пальцах визитку.
– Я так понимаю, чтобы это выяснить, ты должна позвонить, – резонно заметила Инна. – А вот, кстати, и наш хлебосольный хозяин.
К бассейну спешил Глеб Великогора, на ходу поправляя изумрудно-зеленый шейный платок.
Сима обратила внимание, что по случаю визита Инны он сменил джинсы и вытянутый свитер на элегантный льняной костюм.
– Хорош Глебушка! – вполголоса сказала Инна. – Только платочек ярковат. Не находишь?
– Тихо ты, – прошептала Сима. – Еще обидится. Знаешь, какой он обидчивый!
– Ну, знамо дело, капризен, как все гении.
– И не проси его показать мой портрет – незаконченные работы он никому не показывает, считает это плохой приметой.
– Надо же! Страсти какие! – Инка слегка одернула юбку. – Сразу видна творческая личность.
В его квартире кто-то был – из-за неплотно прикрытой двери пробивался электрический свет. Илья посмотрел на часы – почти половина одиннадцатого. Для Аси поздновато, она предпочитает убираться у него днем. Илья вошел в квартиру, не разуваясь, прошел в гостиную. У окна спиной к двери стояла мать.
– Мама? Что ты тут делаешь? – спросил он удивленно.
– Здравствуй, сын. – Анна Афанасьевна не обернулась.
По холодному тону и напряженной спине было понятно: мать злится. И еще, она никогда не приезжала без предварительного звонка, тем более в столь позднее время. Для этого она была слишком хорошо воспитана.
– Рад тебя видеть. – Илья бросил пиджак на спинку кресла. – Поужинаешь со мной?
