Женщины считают, что выглядят наиболее привлекательно, когда наряжены к обеду. Но Камерону Делла казалась самой прекрасной, когда была одета в простое платье и занята повседневными делами.
Тем не менее, когда она открыла дверь и он увидел ее, к горлу подкатил комок. Она была прелестна. Чудесным образом превратилась в принцессу.
– Именно на такое выражение лица я и надеялась, – со смехом проговорила Делла. – Заходите Думаю, вы заказывали виски. Мальчик принес его минут двадцать назад Я уже попробовала, это самый лучший и крепкий виски, который я когда-либо пила. – Она покосилась на Камерона. – Вы тоже прекрасно выглядите.
Он побрился и подстригся, как подобает на востоке, на нем был новый костюм. Он все еще помнил, как завязывают галстук, но отвык от тесного воротничка.
Делла взяла из его рук бокал с виски и вдруг нахмурилась.
– Это один из тех редких дней, когда я вижу вас без револьверов!
Он дотронулся до краешка своего сюртука.
– Я взял свой маленький карманный револьвер. Практически женское оружие, – добавил он небрежно.
– Хотите, я понесу его вместо вас?
Ее глаза сверкали, и Камерон понял, что она просто поддразнивает его. Он улыбнулся, наслаждаясь моментом.
– Человек, который продал мне этот костюм, утверждал, что наплечная кобура испортит все впечатление. Однако на вашем платье оружие будет смотреться великолепно.
– Спасибо, Камерон. И мечтать не могла о таком платье. Осторожно, чтобы не испортить складки, она провела пальцами по волнистой отделке изумрудного крепдешина. Камерон знал, что это крепдешин, продавщица ему сказала.
– Оно прелестно.
Он мог бы добавить, что платье сидит на ней как влитое, но это было бы бестактно. Словно он разглядывает ее фигуру. Впрочем, так оно и было, но он старался на нее не пялиться.
– Если вы готовы…
– Только возьму перчатки и накидку.
Она задержалась в фойе, у зеркала, поправляя капюшон на тщательно сооруженной прическе.
Эти маленькие женские привычки забавляли Камерона. Он наблюдал, как она пощипывает себе щеки, а потом делает шаг назад, чтобы посмотреть на себя как бы со стороны, и Камерону казалось, что он сумел заглянуть в таинственный женский мир, куда большинству мужчин путь заказан. До этого он нечасто вникал в женские дела и не думал о том, как сближают мужчину и женщину такие вот маленькие тайны.
Когда они вышли из гостиницы, Делла взяла Камерона под руку, и его мускулы тут же напряглись.
– Тут совсем недалеко, но все же стоило вызвать экипаж, – проговорил Камерон, только сейчас заметив у ее платья шлейф. Пешеходная дорожка была очень пыльной и неровной, совсем неподходящей для леди со шлейфом и на каблуках. На сверкающих каблуках, вспомнил Камерон, надеясь, что он еще сумеет углядеть ее каблучки или даже лодыжки.
Она подняла на него глаза.
– Вечер прекрасный. Сухо и не очень холодно. Я с удовольствием пройдусь.
Камерон смотрел на темный изгиб ее ресниц и кокетливую улыбку. Она с ним флиртует? При этой мысли у него перехватило дыхание. Но Камерон тут же сказал себе, что это лишь игра его воображения.
А может, и нет. Обычно выражение лица у Деллы было серьезным. Или задумчивым. Сегодня же она выглядела мечтательной, точь-в-точь как на свадебной фотографии. Таинственной, очаровательной.
Остро чувствуя прикосновение ее ладони к своему предплечью и вдыхая легкий аромат ее духов, Камерон вел Деллу через площадь к ресторанчику «Король быков».
Это было прекрасное заведение, если не считать названия, конечно. В дневное время площадь была заполнена торговцами, продающими всевозможные товары. Сейчас же по ней спокойно можно было пройти туда, где располагались различные бары, рестораны и гостиницы.
Вот уже почти десять лет Камерон всегда был один и в десятках городов наблюдал за парами, идущими вдоль улицы. Иногда он задумывался о том, что же они говорят друг другу. Как нашли друг друга и что свело их вместе? Сейчас же он заметил, что на них смотрят другие. Гордо расправив плечи, он с чувством собственника теснее прижал к себе руку Деллы.
– Я выбрал ресторан «Король быков», потому что там проверяют оружие при входе, – объяснил Камерон, проводя Деллу внутрь. Она удивленно подняла бровь, он покачал головой и улыбнулся без тени юмора.
Когда его спросили, есть ли у него оружие, Камерон сказал, что нет, скрыв свой маленький револьверчик. По мнению Камерона, установленные правила не должны были распространяться на него. Как обычно, он попросил, чтобы им предоставили столик, откуда просматривался весь зал, и сел спиной к обитой шелком стене.
– Как здесь красиво! – тихо проговорила Делла.
Их посадили за угловой столик, иначе Делле пришлось бы сидеть лицом к стене.
На столиках – серебро, хрусталь, белоснежные льняные скатерти, кремового цвета свечи и тепличные розы. Камерон рассеянно смотрел на все это великолепие. Ничего не изменилось с тех пор, как пару лет назад он здесь обедал с губернатором. Насколько ему было известно, в стенах «Короля быков» никогда не было стрельбы.
– Мы что-то празднуем? – спросила Делла, когда он заказал шампанское и устрицы.
– В каком-то смысле – да. К тому же я должен вам обед после того фиаско в Рокасе.
– Вы ничего мне не должны, Камерон.
Канделябры источали тусклый свет, но его было достаточно, чтобы он сумел разглядеть красные искорки в темных волосах Деллы. Ее глаза мягко светились и в полутьме казались бездонными.
– Думаю, у нас действительно праздник. Путешествие подходит к концу.
Она удивленно подняла бровь.
– Но от Нью-Мексико до Атланты путь неблизкий.
– На поезде всего дней десять. Самая длинная часть пути позади.
– Десять дней, – повторила она.
– Мы остановимся в Сент-Луисе на ночь, после чего пересядем на поезд, который идет до Атланты.
С этого момента они не очень-то много времени проведут вместе. Их будут окружать люди в поезде, в вагоне-ресторане, и спать они будут в разных вагонах. Они не часто говорили о вещах, о которых нельзя говорить в церкви, но все же Камерон предпочел бы, если бы они с Деллой были одни.
Он знал, что с ней ведет себя иначе, чем с другими. С ней легко вести беседу, за последние несколько недель он смеялся больше, чем за все предыдущие годы. В ее компании он мог расслабиться, мог делать приятные, но глупые вещи, например, свистеть или рассказывать сказки.
Он рассказал ей о своем прошлом больше, чем кому бы то ни было.
Она осветила его дух и разум. Поэтому Камерон старался не думать о том, что рано или поздно им придется расстаться.
– За вас и вашу дочь, – проговорил он. Они подняли бокалы и чокнулись. Камерон не очень любил шампанское, но леди обычно предпочитают этот напиток, по крайней мере так ему сказали. – Надеюсь, вы жаждете встречи с ней.
