безобразной организации наступления и о своем формальном отношении к выполнению приказа.
В отряде Гурко 17 июля был слышен шум боя на перевале, но пехота лишь к темноте подтянулась к Шипке, и потому Передовой отряд перейти в наступление 17 июля не мог.
Гурко решил 18 июля наверстать потерянное. Вечером 17 июля Гурко сообщил в Габровский отряд: «Завтра, 6 (18-го н.с. - Н.Б.) июля, будет предпринята, возможно раньше, атака пехотою горы У Шибки; просится содействия атакою со стороны Габрово. Перед нами на горе около 5 таборов пехоты;, у турок паника»(5).
Таким образом, 18 июля Гурко повторил ошибку, которую 17 июля допустил Мирский: начать наступление, не дождавшись договоренности с Габровским отрядом. План наступления сводился к следующему: двум пластунским казачьим сотням была поставлена задача привлечь к себе внимание турок движением прямо по шоссе с юга на север, а в это время 13-й и 15-й стрелковые батальоны должны были обойти турецкие позиции с востока и ударить им во фланг.
Наступление 18 июля развивалось следующим образом. Пластуны движением по шоссе вызвали на себя сильный огонь турецкой пехоты. Стрелки в это время скрытно, по известным лишь проводникам-болгарам горным тропам, вышли к шоссе в промежутке между горой Николая и горой Шипка; здесь находилось только что построенное турецкое укрепление. Стрелки вышли из леса, развернулись и повели на него наступление. В этот момент турки внезапно прекратили огонь, выкинули белый флаг и выслали парламентеров с предложением о сдаче. После того как договоренность была достигнута и турецкие парламентеры удалились как бы для подготовки сдачи, турецкая пехота вдруг вновь открыла огонь и начала обходить фланги стрелков. Полковник Климантович, командовавший стрелками, слишком поздно убедился в том, что турецкий трюк с высылкой парламентеров был предпринят лишь для того, чтобы разведать силы русских войск и выиграть время. Укрепление у шоссе стрелки взяли, но удержаться в нем не смогли. Здесь сразу же сказался основной недостаток организации наступления: отсутствие сильных резервов. Гурко, упоенный предыдущими легкими успехами, явно недооценил сил и возможностей турецкого гарнизона шипкинских позиций. Поэтому-то из пяти батальонов для наступления Гурко выделил лишь два(6).
Положение стрелков полковника Климантовича оказалось не из легких. Халюсси-паша сосредоточил свои силы на горе Николая и оттуда, из-за надежных укрытий, поражал стрелков сосредоточенным огнем. Потеряв свыше 150 человек убитыми и ранеными, Климантович вынужден был отдать приказ об отходе; отошли также и пластуны. Климантович был убит.
За два дня разрозненных атак Передовой и Габровский отряды, единственно по вине своих начальников, так как русским войскам ни в чем нельзя было бросить упрека, потеряли 350 человек и ровно ничего не достигли.
Новые изолированные атаки шипкинских позиций были предотвращены самим Халюсси-пашой, который решил бежать в ночь с 18 на 19 июля. Для такого решения у Халюсси-паши имелось веское основание: разрозненные атаки русских войск попеременно то с севера, то с юга не могли продолжаться до бесконечности; начальники атаковавших войск должны были в конце концов договориться - и тогда уже отступать будет поздно; пока же у него имелся еще открытый путь отхода на запад; правда, путь этот проходил по головоломным горным тропинкам, артиллерию по ним нельзя было вывезти, но иного выхода из положения Халюсси-паша не видел.
Используя переговоры о сдаче на капитуляцию, которые турки вновь повели в этот день уже с самим Гурко, но с прежней целью - капитуляции всего гарнизона шипкинских позиций, Халюсси-паша двинулся на запад, бросив весь свой лагерь, всех своих раненых, 9 орудий и большие запасы. У Карлово он спустился с гор и к 23 июля собрал свой отряд у Филиппополя.
С рассветом 19 июля Гурко отправил в горы, к месту бывших боев, санитаров для сбора раненых. Раненых санитары не нашли - турки после варварских истязаний всех их зверски умертвили. Утром 19 июля перешел в наступление с севера и Габровский отряд. В 15.00 Габровский отряд, не встретив сопротивления, достиг высшей точки перевала и вскоре после этого встретился с частями Передового отряда. Так, из-за полного отсутствия организации со стороны старших русских начальников и коварного нарушения международного права турецкий отряд Халюсси-паши смог избежать не только полного разгрома и ликвидации, но и сколько-нибудь серьезной расплаты за свое изуверство.
Оборону Шипкинского прохода после его занятия принял на себя Орловский полк с батареей; Передовой отряд сосредоточился у Казанлыка, где Гурко предоставил ему отдых.
В боях с 7 по 19 июля Гурко проявил себя тактиком средней руки; красиво и смело действуя в несложной обстановке, он оказался совершенно неспособным тактически правильно организовать бой в сложных условиях. Святополк-Мирский оказался не только совсем плохим тактиком, но к тому же и формалистом. Один лишь Дерожинский показал себя вдумчивым и знающим командиром, старающимся добиваться победы не только солдатской кровью, но и военным искусством; однако его должность была слишком мала, чтобы он мог оказать влияние на ход событий.
Как бы то ни было, но хотя и ценой излишней крови, ценой безнаказанного ухода Халюсси-паши Шипка была занята русскими войсками. Это имело большое значение для всего последующего хода войны. Как будет видно из дальнейшего, занятая русскими Шипка на втором этапе войны прикрыла Придунайскую Болгарию от вторжения в нее турок, а на третьем этапе облегчила русским войскам переход в наступление на Адрианополь.
Идея этого наступления (обход с тыла и содействие ему с фронта) вполне отвечала требованиям горной войны, имела под собой реальное основание и в целом являлась вполне правильной. Плох был лишь способ выполнения этой идеи.
Войска Передового и Габровского отрядов честно несли службу, проявили храбрость, стойкость, наступательный порыв. В тех случаях, когда старшие начальники правильно руководили ими, они достигали блестящих результатов. Но даже при самых тяжелых условиях они находили в себе силы с честью выходить из, казалось бы, безвыходного положения. Эти качества русские войска проявляли неуклонно и в дальнейшем ходе войны.
6. Взятие Никополя
Западный отряд начал боевые действия почти одновременно с Передовым отрядом.
Приказ об овладении Никополем и о дальнейшем движении к Плевне был получен в штабе Западного отряда 8 июля. Начальник отряда командир 9-го корпуса генерал-лейтенант Криденер располагал для взятия Никополя семью полками 5-й и 31-й дивизий. Главный удар намечалось нанести с юга, вспомогательный - с запада, хотя данные рекогносцировки совершенно отчетливо диктовали необходимость нанести удар в прямо противоположном направлении. Еще с 26-27 июня 36 тяжелых орудий осадной артиллерии начали вести огонь по Никополю с северного берега Дуная и причинили
