Монах с поклоном удалился, и Стефано остался во внутреннем дворе в одиночестве. Прозвонил колокол к Первой и Второй Проповедям, и вся община собралась в церкви аббатства. Эцио появился из тени подобно духу, являющемуся незадолго до смерти. Стоял тихий душный полдень, ярко светило солнце. Стефано, похожий на ворона, бродил туда-сюда возле северной стены, обеспокоенный и раздраженный настолько, что казался одержимым.
Но когда он заметил Эцио, он не выказал удивления.
– Я безоружен, – сказал он. – Я сражаюсь с умом.
– Чтобы сражаться, ты должен будешь остаться в живых. Ты сможешь защитить себя?
– Неужели, ты хладнокровно меня убьешь?
– Я убью тебя, потому что это необходимо.
– Хороший ответ! Но ты не подумал, что я могу обладать секретами, которые могут быть полезными для тебя?
– Я полагаю, тебя не сломит никакая пытка.
– Приму это как комплимент, – Стефано оценивающе посмотрел на парня, – хотя я не столь уверен в себе. Но все это имеет чисто теоретическое значение. – Он помолчал, прежде чем продолжить слабым голосом. – Ты упустил шанс, Эцио. Жребий брошен. Дело ассассинов проиграно. Я знаю, что ты убьешь меня, что бы я ни сделал, и что бы ни сказал, и что я умру прежде, чем окончится полуденная месса. Но моя смерть ничего не даст тебе. Тамплиеры уже готовы дать тебе отпор, и скоро полностью уничтожат тебя.
– Ты не можешь быть в этом уверен.
– Я скоро встречусь со своим Создателем, – если он, конечно, создал все. Это будет конец поисков. В любом случае, зачем мне тебе лгать?
Скрытый клинок выскочил.
– Как хитро, – прокомментировал это Стефано. – Спросишь, что они замыслили дальше?
– Спаси свою душу, – проговорил Эцио. – Скажи, что тебе известно.
– Что ты хочешь узнать? Где мой Мастер, Якопо? – Стефано улыбнулся. – Это легко. Скоро он встретится с нашими союзниками, в тени римских богов. – Он помедлил. – Надеюсь, тебя удовлетворит это, потому что, что бы ты ни сделал дальше, я ничего не скажу. И в любом случае это не имеет значения, ибо сердце подсказывает мне, – ты опоздал. Мне только жаль, что я не увижу твоей гибели, но кто знает? Возможно, жизнь после смерти существует, и я, взглянув вниз, увижу твою смерть. А теперь – давай закончим это неблагодарное дело.
Колокола аббатства зазвонили еще раз. У Эцио оставалось совсем мало времени.
– Полагаю, я многому мог бы у тебя научиться, – произнес он.
Стефано с грустью посмотрел на него.
– Не в этом мире, – ответил он и обнажил шею. – Окажи мне честь и позволь умереть быстро.
Эцио со смертельной точностью нанес всего один глубокий удар.
* * *
– К юго-западу от Сан-Джиминьяно находятся руины Храма Митры, – задумчиво сообщил Марио, когда Эцио вернулся. – Это единственные значительные римские руины на несколько миль вокруг, а ведь ты сказал, что он сообщил о тенях римских богов?
– Именно так.
– Значит, скоро там встретятся тамплиеры?
– Да.
– Тогда нам нельзя медлить. Нужно установить дежурство там, начиная с сегодняшней ночи.
Эцио упал духом.
– Де Баньоне сказал, что слишком поздно, чтобы пытаться их остановить.
– Тогда, – ухмыльнулся Марио, – мы докажем ему, что он ошибался.
Наступила третья ночь дежурства. Марио отправился на базу заниматься разработкой планов против тамплиеров в Сан-Джиминьяно, оставив Эцио вместе с пятью верными людьми (среди которых был и Гамбальто) продолжать наблюдение, надежно спрятавшись в густом лесу, окружавшем заброшенные руины храма Митры. Это была большая группа строений, возводившаяся на протяжении нескольких веков. Последние жители этих мест действительно поклонялись Митре, богу, который был заимствован римской армией у иранцев. Но храм содержал так же приделы, посвященные Минерве, Венере и Меркурию. Еще к комплексу был присоединен театр, чья сцена все еще была достаточно крепкой, хотя облицованная полукруглая стена и поставленные в виде террасы каменные скамьи, дом для скорпионов и мышей, были сильно разрушены и окружены сломанными колоннами, где свили гнезда совы. Все завил плющ, и крепкая будлея проросла в трещинах мореного прогнившего мрамора. Ко всему прочему луна лила на руины призрачный свет, и, несмотря на то, что наблюдатели были готовы бесстрашно сражаться со смертельными врагами, пара человек явно нервничала.
Эцио сказал себе, что они будут дежурить в течение недели, но прекрасно понимал, что людям будет сложно оставаться невозмутимыми так долго и в таком месте, где явственно ощущалось присутствие призраков языческого прошлого. Но к полуночи, когда у ассасинов уже все болело от недостатка движения, они услышали тихое позвякивание сбруи. Эцио и его люди тут же собрались с силами. Вскоре после этого через комплекс проехала дюжина солдат с горящими факелами в руках, возглавляемая тремя мужчинами. Они направились к театру. Эцио и наемники тенями скользнули следом.
Солдаты спешились и образовали вокруг троих лидеров круг. Наблюдая за ними, Эцио, с радостью, узнал лицо человека, которого там долго разыскивал – Якопо Пацци, изнуренного старика лет шестидесяти. Он был в сопровождении незнакомого Эцио человека. Второй же его спутник был знаком – в клювоносой фигуре, закутанной в темно-красные одежды с капюшоном, безошибочно угадывался Родриго Борджиа! Мрачный Эцио прикрепил к механизму на правом запястье отравленный клинок.
– Вам известно, зачем я призвал вас на встречу, – начал Родриго. – Я предоставил тебе достаточно времени, Якопо. Но, не смотря на это, ты еще можешь оправдать себя.
– Мне очень жаль, Командир. Я сделал все, что в моих силах. Ассассины перехитрили меня.
– Ты не сумел завладеть Флоренцией.
Якопо склонил голову.
– Ты даже не сумел уничтожить этого щенка, Эцио Аудиторе! С каждой победой над нами он набирает силу и становится все опаснее!
– Это была вина моего племянника Франческо, – пробормотал Якопо. – Несдержанность сделала его безрассудным. Я пытался быть гласом разума…
– Скорее уж голосом трусости, – жестко вставил третий.
Якопо обратился к нему со значительно меньшим уважением, чем то, которое оказал Родриго.
– Мессер Эмилио. Возможно, мы бы справились лучше, если бы вы послали нам хорошее оружие, а не тот хлам, который вы, венецианцы, зовете оружием. Но вы, Барбариго, всегда были скрягами.
– Достаточно! – прогремел Родриго и повернулся к Якопо. – Мы доверились тебе и твоей семье, и как вы отплатили нам? Бездействием и некомпетентностью. Вам удалось захватить Сан-Джиминьяно! Браво! Но теперь ты уселся здесь. Ты даже позволил им напасть на вас. Брат Маффеи был ценен для нашего Дела. А ты не смог спасти даже своего секретаря, человека, чей ум стоил десяти твоих!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
