– Значит, Жозефине не удалось встретиться с генералом раньше его противных родственников? – с тревогой спросила она. – И они рассказали ему о ее… поведении?
– В том-то и вся беда! – Луиза шумно вздохнула. – Мы обедали в Люксембургском дворце у Гойе, председателя Директории, когда услышали о возвращении Бонапарта. Жозефина тотчас поспешила домой и стала собираться в дорогу – она надеялась перехватить мужа еще до его въезда в Париж. Но он поехал по другой дороге! Мы напрасно прождали несколько часов. Жозефина вернулась в Париж, попросив меня поскорее разыскать Берселя. Ведь мой муж – давний друг генерала, он вместе с остальными верными друзьями должен убедить корсиканца не бросать жену. Иначе пострадает не только она, но и все мы. Дорогая моя, готовится переворот, а парижане никогда не пойдут за человеком, оказавшимся в смешном положении рогоносца. Если Бонапарт подаст на развод с Жозефиной, он может все поставить под угрозу срыва!
Катрин колебалась лишь несколько секунд. Несомненно, в Англии ни одна порядочная дама не решится признаться открыто, что у нее есть любовник, а тем более выставить его напоказ. Но ведь сейчас она находится в послереволюционном Париже, где царит немыслимая свобода нравов, а адюльтер и супружеские разводы стали самым привычным явлением. И вряд ли Луиза Берсель осудит ее, если она сейчас попросит Жоржа Савиньи покинуть уютную спальню любовницы и спуститься в гостиную.
– У меня в гостях находится капитан Савиньи, – сказала она, бросив на мадам Берсель беглый взгляд. – Мы можем отправить его на поиски вашего супруга, не объясняя, для чего это нужно. Я думаю, на этого достойного кавалера можно вполне положиться.
– Капитан Савиньи! – обрадованно подхватила Луиза. – Ах, ну что же вы мне сразу не сказали об этом, глупышка! Наш милый красавчик Жорж… Конечно, он в одно мгновение достанет моего муженька хоть из-под земли. Зовите же его скорее, зовите!
Катрин поднялась в спальню и коротко обрисовала капитану ситуацию. Спустя десять минут он уже находился в седле, не забыв перед дорогой подарить любимой несколько быстрых и пламенных поцелуев. Чтобы ожидание не было столь мучительным, Катрин велела служанке подавать на стол и почти насильно заставила Луизу подкрепить силы плотным обедом.
Они едва успели выйти из-за стола, как капитан уже вернулся назад вместе с полковником Берселем. Не стесняясь присутствия Савиньи, Луиза в красках описала мужу последние парижские события. Решение было принято почти мгновенно, и все, за исключением Катрин, отправились в столицу. Полковник в сопровождении Савиньи – увещевать Бонапарта, а его взбалмошная супруга – утешать несчастную подругу.
– По возвращении я жду от тебя награды за проявленную доблесть, – шепнул Жорж на прощание Катрин.
– Боюсь, что тогда у тебя найдутся дела поважнее, – с улыбкой возразила она. – Или твое отсутствие надолго затянется – ведь полковник Берсель вряд ли покинет Париж слишком быстро.
Когда экипаж скрылся за поворотом подъездной аллеи, Катрин ощутила, что ее переполняет тревога. Сердце подсказывало девушке, что скоро отдых в этом тихом месте закончится и придется снова столкнуться с враждебным миром, который чуть не погубил ее и отца несколько месяцев назад.
Глава 3
О том, что Бонапарт простил свою легкомысленную супругу, Катрин узнала неделю спустя, во время следующего визита мадам Берсель. Сам полковник вместе с капитаном Савиньи все это время находился в Париже, и Катрин в полном одиночестве томилась от скуки и тревожного ожидания. Когда же ее наконец вызовут в Париж, чтобы забрать письма Барраса и обсудить предложение Сен-Реми? Может, Жозефина и вовсе забыла о ее существовании, занятая ежедневными приемами гостей и мыслями о том, как лучше угодить своему великодушному мужу?
Наконец в последний день октября мадам Берсель против обыкновения подкатила к дому в просторной нарядной карете. По торжественному выражению ее лица Катрин догадалась обо всем прежде, чем Луиза успела сообщить:
– Собирайтесь, дорогая моя, сегодня нас ожидают к ужину на улице Шантерен.
Катрин хотела было надеть на этот важный вечер достаточно строгое платье из темного бархата с длинными рукавами, но мадам Берсель возмущенно замахала на нее руками:
– Не может быть и речи о том, чтобы вы явились в гостиную Жозефины в таком пуританском наряде. Да что вы, милочка моя! Над вами же станет смеяться весь Париж! Если вы наденете что-нибудь подобное, я сгорю со стыда из-за вас. Ведь вы же находитесь у меня в гостях, и я полностью отвечаю за вас перед госпожой Бонапарт.
Катрин ничего не оставалось делать, как подчиниться. Но так как нарядов у нее было мало, Луиза навязала ей одно из своих платьев. Оно было сшито из полупрозрачного василькового шелка с глубоким, до неприличия, декольте и короткими рукавами, прорезанными так, что оставались открытыми плечи.
К девяти часам вечера женщины прибыли на улицу Шантерен, где находился особняк четы Бонапартов. Почти все комнаты первого этажа были освещены, но из окон не доносилось ни музыки, ни какого бы то ни было шума. Без всякого торжественного представления Катрин и Луиза проследовали через ряд парадных покоев в просторную гостиную, отделанную в приглушенно-желтых тонах. Присутствующие приветливо кивнули мадам Берсель и вернулись к прерванным разговорам. Никто даже не обратил внимания на то, что Жозефина спешно направилась ко вновь прибывшим гостьям и увела их в дальнюю часть салона.
– Дорогая, я виновата перед вами, за то, что вам пришлось так долго скрываться в деревне, – с извиняющимся тоном в голосе обратилась госпожа Бонапарт к Катрин. – Но, думаю, вы простите меня, когда поймете, что это делалось только ради вашей безопасности. Козням этого мерзавца Барраса нет числа, и сегодня днем мы еще раз имели возможность в этом убедиться…
Жозефина слегка нахмурилась, отчего на ее полном обаяния лице четко стала видна сеточка морщин. Но женщина тут же взяла себя в руки и вернула своему лицу приветливое выражение.
– Вы напрасно тревожитесь за меня, мадам, – поспешно проговорила Катрин, – я вовсе не скучала все это время, напротив…
– Наша дорогая Катрин провела это время гораздо лучше, чем ты можешь себе представить, – с ехидным смешком перебила ее мадам Берсель. – Помнишь капитана Жоржа Савиньи, который так мастерски обыграл в покер этого зануду Форнеля на вечере у госпожи Тальен? Так вот, не проходило и дня, чтобы он не навестил нашу затворницу, и уж, конечно, можно не сомневаться, что им было не до скуки!
Катрин возмущенно ахнула, шокированная такой бесцеремонностью. Ободряюще улыбнувшись, Жозефина взяла ее под руку и, ненавязчиво болтая о разных пустяках, незаметно увела в соседнюю комнату. Когда они скрылись от любопытных глаз, госпожа Бонапарт сразу сделалась серьезной. Только сейчас Катрин поняла, каких чудовищных усилий требовали эти веселые светские приемы, устраиваемые для прикрытия назревающего заговора.
