— Спасибо! — эта новость не могла не радовать, потому что ежедневные многочасовые пляски у Ильфида утомляли неимоверно.
— Не радуйся раньше времени, — ухмыльнулся Санмэй, смерив ее взглядом снисходительным, — на сколько раньше сегодня отпущу, на столько же задержу завтра.
Дэниэль не опечалилась. Завтра — это будет завтра, а сегодня ее, похоже, ждет время свободное. А может… может, удастся уговорить Вэлла на праздник сходить? Так хочется посмотреть, как же Вар'шаана рождение кобальтовых драконов отмечать будет!
И, пребывая в отличном расположении духа, с особым усердием принялась Песнь свою призывать, привычно стоя на коленях в пустующем Ильфиде.
И песнь шла. Откликалась быстрее чем обычно, растекалась от пальцев в разные стороны. Даже Санмэй, обычно такой суровый и требовательный, лишь удовлетворенно кивал головой.
— Не знаю, что с тобой происходит, и о чем ты думаешь в последнее время, но и дальше продолжай в том же духе. Что бы ни занимало твои мысли, но оно помогает.
А в мыслях-то ничего и не было, кроме драгоценных синих глаз.
Верховный гейер, как и обещал, отпустил раньше. Еще до обеда, сказав, что готовиться надо. Девушка еле сдержалась, чтобы в ладони не захлопать от радости. Но в последний момент сдержалась, степенно глаза в пол опустила под суровым взглядом наставника. Поклонилась, поблагодарила и к выходу побрела.
А уж когда за ворота стены, что Гейрион от остального города огораживала, выскочила, то уж серьезность всю растеряла. Подхватив юбки, засмеялась и со всех ног домой припустила, надеясь, что Вэлл там окажется.
Но его не было. Как всегда, по делам государственной важности пропадал.
Разочарованно вздохнув, отправилась на кухню. Пообедала: супа наваристого немного поклевала да чая ароматного с куском пирога яблочного выпила, после чего к себе поднялась.
В чем сегодня пойти, если Вэлл все-таки на праздник позовет? Не так же — в платье привычном!
Распахнула шкаф высокий и принялась гардероб свой изучать. Всегда скромничала, брала лишь некоторые наряды, а к остальным не прикасалась, справедливо полагая, что не ее они. А тут красивой захотелось быть. Для него. Чтобы насмотреться не мог.
Все перепробовала и остановилась на платье кремовом в горошек зеленый, с воланом пышным по плечам. Такое милое! И так ей идет! В нем становилась еще свежее, озорнее. И глаза зелеными казались, таинственными.
Кулон, который Вэлл ей подарил, бережно погладила кончиками пальцев. Теплый. Живой. Волнующий.
Волосы пшеничные заколола шпильками наверх, шею открывая, и к зеркалу высокому подошла, придирчиво образ рассматривая. Ей нравилось все. И платье, и прическа, и девушка с сияющими глазами. Теперь главное, что бы Вэллиану понравилось.
Ждала его весь день, сидя в своей комнате у окна распахнутого, замирая, когда до слуха цокот копыт доносился. Только каждый раз разочарование настигало. Не он это был! Кто-то другой вдали проезжал верхом на лошади.
Вся извелась, испереживалась, места себе не находила. Что, если он не придет? Что если сегодня, в честь праздника большого, должен участвовать в каком-нибудь Совете или ритуале, или с кем-то другим решил провести вечер торжественный? Например, с драконами, способными обращаться наравне с ним? Что тогда?
С каждым часом, что провела в тревожном ожидании, все грустнее становилась, печальнее. Не придет! Точно не придет! И не будет никакого совместного похода в город на праздник, о котором она уже столько нафантазировала.
В глазах от обиды защипал сильно-сильно. Подняла взгляд кверху, обмахивая себя ладошкой. Не должна она так расстраиваться! Не должна! Он занятой человек, дракон. Правитель Вар'шааны. Конечно, у него есть дела поважнее, чем девчонка приблудная!
— Дэни! — от мыслей грустных отвлек голос. Тот самый, который так отчаянно мечтала услышать. Ласточкой к окну метнулась и, перегнувшись через подоконник, вниз посмотрела.
Под окнами Вэлл стоял, запрокинув голову и глядя на нее с улыбкой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Привет, — прошептала. Голос подвел, сорвался.
— Привет, — еще шире улыбнулся, отчего под ложечкой засосало, задрожало, — как насчет того, что бы погулять? У нас сегодня весело.
— С удовольствием! — чуть не подскочила от радости.
— Тогда спускайся, я жду тебя.
— Уже бегу, — а ноги сами понесли ее к выходу. Быстрее, быстрее! К нему!
***
Когда на крыльцо выскочила, вся такая взволнованная, румяная, забыл, что сказать хотел. Просто смотрел на нее, не отрываясь. Чувствуя обреченно, что сдается, что бесполезно искать объяснения притяжению, которое нарастало с каждым днем. Причина одна. Девочка эта тихая пробралась глубоко под кожу, приросла намертво, занимая собой все вокруг.
Чуть кашлянув, отвел в сторону глаза синие и произнес:
— Отлично выглядишь.
— Спасибо, — от волнения, окутывающего со всех сторон, не знала, куда руки девать. Нервно разгладила несуществующие складочки на подоле широком и с крыльца к нему ступила, — пойдем?
— Пойдем, — сдержанно улыбнувшись, руку ей протянул. Оба вздрогнули, когда ладошка узкая ее коснулась.
Пешком направились прочь от дома, сначала молча, чувствуя робость странную, а потом разговорились. Вэлл рассказывал об истории этого праздника, о том, как его отмечают год от года. И даже в печальные времена, после войны эта традиция не исчезла. Дэни, как всегда, слушала восторженно, ловя каждое его слово. Все, что рассказывал перед глазами живым образом стояло. Казалось, что слышит голоса людей, видит перед собой их. Звуки, краски, запахи, все расцветало в воображении, картину буйную рисуя.
Не торопясь, вышли в Нижний Город, тут ж с размаху окунувшись в веселье искренне.
На большой площади огни горели яркие, цветные, музыка громкая играла. Музыканты разномастные то одну мелодию заводили, то каждый на свой лад играть начинал. По периметру палатки стояли пестрые, в них сладости продавали, выпечку, квас пенный, да эль золотистый.
Народ разношерстный, кто во что был одет. Кто в платья лучшие, кто в костюмы маскарадные с масками. Дети бегали вокруг, наряжаясь драконами кобальтовыми.
Завидев Вэллиана, разразились все криками приветственными. Он улыбался, кивал в ответ, общался со всеми, кто подходил к нему.
Здесь были все. И народ обычный, и дрейледы простые и верховные, и сами драконы, выделяющиеся из толпы синевой глаз своих.
Неожиданно для самой себя поняла, что не только хозяин Вар'шааны занял место в сердце ее, но и сам город с жителями его разномастными. Чувствовала она себя здесь не чужой, как раньше, а совсем наоборот.
Домом ее стала Вар'шаана, местом, в котором смогла вздохнуть открыто, полной грудью. Местом, в котором перестала оглядываться назад, забыв о страхах своих.
Дэни рассмеялась весело, когда подхватили ее на руки и вперед понесли. Туда, где развеселые танцы во всю шли.
Обернувшись, за спиной Вэллиана увидела. Сегодня он тоже сам на себя не похож был, сбросил маску вечной собранности, сдержанности. Просто отдыхал вместе с ней; вместе с остальными.
Попали в хоровод буйный, и тут же подхватило их: затянуло в водоворот людской. Столько прикосновений было, объятий, от которых сердце заходилось. Все так естественно, вот она кружит с ним в веселом танце, а он держит, не давая упасть, вот подхватив на руки, кружит ее, прижимая к своей груди. Глаза в глаза, а между ними огонь полыхает, такой, что способен на своем пути все сжечь. Сама себя не помнила, не понимала, перестав бороться с тем вихрем эмоций, что захлестнул, закружил, не давая остановиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Танцевали без устали, в конкурсах веселых и развлечениях участвовали. А когда на город веселящийся ночь опустилась, смотрели представление огненное. Артисты представление показывали о том, как кобальт с золотом спорил. С шутками, песнями, так что вся площадь то замирала восторженно, то хохотом заливалась.
