Читаем без скачивания Городской охотник - Алексей Волков

Илья встал, одернул на коленях брюки, поправил манжеты рубашки и повернулся лицом к центру комнаты. Достал из кармана маленький кристаллический цилиндрик голубого цвета, зажал его в кулаке и произнес короткую отрывистую фразу на непонятном Алексею языке.

Воздух сгустился, а в центре комнаты свился в тугой, видимый жгут и хлестнул в потолок. По фигуре Антиквара промчался быстрый всполох, и на ковре стала разрастаться яркая точка лазурного света. Яркое, диаметром с метр, пятно стало ритмично пульсировать, озаряя всю комнату неверным голубоватым свечением.

Илья разжал кулак, где был зажат кристалл, и на пол ссыпалась щепотка безжизненного серого праха.

– Прошу, – указал он рукой в сторону портала. – Становитесь в середину. Вы сразу же окажетесь в хранилище. Сразу по прибытии сделайте шаг в сторону, чтобы нам с вами не столкнуться. Я отправлюсь следом.

– А почему не вы первый? – спросил Алексей, с опаской покосившись на мерцающий призрачным светом круг на полу кабинета.

– Как только я войду, портал сразу же закроется. Я окажусь в хранилище, а вы останетесь тут, – объяснил Илья.

– Транспорт зашибись! – пробормотал Алексей и шагнул в мерцающий круг.

Его сразу же оглушило тишиной и опалило холодом. Все вокруг разлетелось ослепительными клочьями, и мир потух.

Всего на мгновение.

А потом вернулись звуки и запахи, которых не было в портале.

* * *

В хранилище, куда попал Алексей, выйдя из яркой вспышки на каменном полу, нашлась масса интересных вещей, которые он с удовольствием прихватил бы с собой. От некоторых из них исходил ощутимый поток силы, но не разливался окрест, а как бы сдерживаемый невидимым полем, пульсировал на расстоянии полуметра от артефакта.

Каждый из предметов, как понял Алексей, имел долгую историю и обладал огромной силой. Ему, человеку, в общем-то, случайному, как он сам считал, в этой круговерти миров среди их обитателей, оставалось только завистливо мечтать да молча, пряча досаду в глубине души, выслушивать то, что рассказывал о свойствах предметов сопровождавший Охотника Илья.

Антиквар снова сменил облик. Теперь он был одет в черную шелковую мантию, тяжелыми складками струящуюся до самого пола, на голове была шапочка средневекового студента, у которой кисточка свисала на правую сторону, что, как помнил Алексей, означало принадлежность носителя к корпусу магистров.

Илья вел Алексея вдоль стеллажей, заполненных самыми невообразимыми на первый взгляд вещами, о происхождении которых, даже после долгих изысканий, Алексей вряд ли смог бы догадаться. Пряча восхищение, он слушал то, что Антиквар рассказывал о той или иной диковинке, мимо которой они проходили. „Глаз Иноса“, „Зов Братства“, „Лесная Легенда“ – красивые названия носили причудливые игрушки, силы каждой из которых хватило бы на то, чтобы сровнять с землей городской квартал, если знать, как ее использовать. Или в мгновение ока поднять лес, густой и непроходимый, площадью в пару десятков гектар. Менторским тоном Илья повествовал об истории и происхождении артефактов, одни из них рекомендуя Алексею, а о других запрещал и думать.

В помещении, освещенном обыкновенными газовыми рожками, было прохладно и гуляли сквозняки, так что Алексею, бредущему за неторопливо шествующим перед ним Антикваром, пришлось плотнее закутаться в овчинный зипун, который дал ему Ждан.

В конце концов прогулка, долгая и утомительная, закончилась тем, что Илья выдал Алексею, как в детской сказке, три вещицы. Старое потертое кольцо, которое с трудом налезло на мизинец правой руки, так, что оно соприкоснулось с обручальным кольцом. Древний гребень, вырезанный из кости, должно быть, какого-то доисторического предка всех мамонтов, отправился в карман джинсов, на что Илья неодобрительно покачал головой. Пришлось переложить его в один из множества кармашков. Еще была короткая палочка толщиной в палец со сплошной причудливой резьбой, изображающей смертельную битву былинных зверей – семаргла и феникса.

На вопрос о том, как ими пользоваться, Илья ответил, что диковинки сами подскажут, что и когда с ними делать.

Алексей молча кивнул, пытаясь приспособить резную палочку в петлю для стрел на поясе. Вошла идеально, словно влитая.

Неловко потоптавшись на месте, Илья сообщил Алексею, что второй портал он будет вынужден открыть не только в пространстве, но и во времени, чтобы вернуть Алексея в тот самый момент, когда он должен был выпасть из своей реальности в мир Изнанки. На вопрос, зачем такие сложности, Илья ответил коротко: „Так надо“. „Партия сказала надо, комсомол ответил есть, – недовольно пробурчал Алексей, – кого есть, нам по фигу“.

Когда Алексей пристроил должным образом подарки, Антиквар вновь извлек из складок манжет кристалл, на этот раз красный, и сжал его в кулаке, произнеся нараспев магическое заклинание, которое Алексей даже и не пытался запомнить, кристаллов-то у него все равно не было.

На этот раз смерч, подняв облачко пыли, взвихрился посреди хранилища и, оставив после себя мерцающие призрачным голубоватым светом концентрические круги на каменном полу, исчез. Алексей хмыкнул и сделал шаг в сторону открывшегося прохода в пространстве и, как утверждал Илья, времени. Вблизи переливающихся лазурью колец стоял неслышимый уху, но ощутимый всем существом гул, как будто стоишь у трансформаторной будки.

– А чего это гудит? – задал глупый вопрос Алексей.

– Напряжение эфирных полей, соприкоснувшихся с пространственно-временным континуумом, – ответил Антиквар.

– Нормально, – сказал Алексей и шагнул в мерцание портала.

Тут же в лицо ударило горячим ветром, словно он стоял на гребне бархана во время песчаной бури. Подаренный старичком-домовым зипун треснул по швам и клочьями разлетелся в стороны. Алексей ощутил, что тело стремительно иссыхает. Посмотрел на руки и увидел, как суховей уносит с них серую пыль, некогда бывшую верхними слоями кожных покровов. „Вот падла, – мелькнуло в мозгу, опаленном горячим ветром и чудовищной догадкой, – решил прикончить“.

Спустя миллионную долю секунды он почувствовал, что волосы на голове и теле то ли укорачиваются, то ли прорастают внутрь.

Тело изогнула жуткая судорога.

„Если выживу, никогда больше не полезу в такой портал, будь он неладен“, – зарекся Охотник, и тут же доски пола больно ударили его по подошвам ботинок. Алексей рухнул на колени, вокруг облачком взвилась потревоженная его падением пыль.

Впереди раздавались утробное рычание и яростный визг, гулкие удары и глухой рык. Алексей мотнул головой, приходя в себя.

Огляделся и увидел знакомую картину: впереди, в нескольких шагах, раздавал увесистые тумаки наседавшим на него уродцам волколак. Те, вереща и взвизгивая, яростно кидались на огромного зверя, но, как волна разбивается о скалу, бессильная причинить вред вечному монолиту, так и твари разлетались в стороны, шмякались об стены с противным глухим звуком и растворялись в их поверхности, оставляя только мокрые подтеки на грязных обоях.

Бросив взгляд под ноги, Алексей увидел, как под ним растворялось темное пятно, подозрительно напоминающее очертаниями человека, будто погружающегося в мутную глубину.

Внутренне содрогнувшись, нечасто приходится видеть себя, тонущего в грязных досках пола, Алексей шагнул вперед, наощупь доставая из поясного кармана тонкую стальную цепь с круглой гирькой на конце. Гирька была украшена бородатым ликом Прадеда-Солнца. Для любой нечисти получить удар таким орудием значило надолго отправиться если не в Серые Пределы, то, как минимум, в продолжительный нокаут. Охотник намотал цепочку на кулак и зажал ее в руке, оставив свободным полуметровый конец. Крутнул получившийся кистень над головой и с удовлетворением услышал, как запел рассекаемый заговоренным металлом воздух.

Затем в два шага преодолел расстояние до „кучи малой“ и с наслаждением хлестанул одну из тварей поперек спины. Урод жалобно взвыл и рассыпался в прах. Тот жирными серыми хлопьями осел на пол и стены. Следующий выродок мрака получил удар поперек оскаленной морды и, так же как и первый, взорвался ошметками жирной копоти.

Волколак в гуще схватки упоенно крошил мерзких уродцев: кого страшенными когтями, проламывая головы, кого мощными челюстями, перекусывая надвое. Одного боднул головой, после чего уродец откатился к стене и там затих.

Последнего из многочисленной визжащей и плюющейся своры уложил Олег, придавив лапой к полу и молниеносным движением челюстей оторвав страшилищу голову. Уродец дернулся и затих, вытянув задние конечности, как по стойке „смирно“.

– Странно, а у меня они взрывались, – сказал Алексей, утирая испачканное сажей лицо.

– То у тебя, – прорычал в ответ волколак, отряхиваясь. На стены брызнули капли серовато-зеленой слизи, заменявшей уродцам кровь.

– Я что-то таких раньше не видел, – сказал Алексей, пытаясь протереть перепачканной рукой глаза. – На макак-переростков похожи.