обидчикам. Никогда не показывай, насколько тебе плохо, как бы плохо или обидно не было. Твои враги только становятся сильнее от твоей боли. Будь умнее. Ты Лейла – темнота, в ней твоя сила. В ней ты можешь скрыть свою горечь. В ней твоё спасение.
И слова я произношу вслух не только для Лейлы, но и для себя.
Я тоже больше не жертва.
Глава 39
– Дина, Ярослав сегодня зайдёт к нам на ужин? – мама заглядывает ко мне в комнату как раз в тот момент, когда я немного срезаю стебли у цветов.
Ярослав уже несколько раз ужинал у нас, поэтому это вопрос вполне логичен.
Прошла неделя с того дня, как Ярик целый день дарил мне букеты. Моя комната наполнена ароматом цветов, весны и счастья. Это мои ощущения несмотря на то, что за окном вовсю ещё господствует зима. Ещё пару недель назад, я даже представить себе не могла, что мои чувства к Ярославу будут взаимны. Разве я могла о таком даже подумать? Ну, возможно, я и думала, но узнать это каково в реальности… Ой, мамочки, я точно влюбилась.
Каждый раз вдыхая цветочный аромат, я мысленно возвращаюсь в школьную оранжерею, и чувствую на своих губах вкус нашего поцелуя. Несмотря на то, что после того поцелуя, были ещё десятки, но именно тот словно клеймом отпечатался на моём девичьем сердечке.
– Динара?
А? Что? Возвращаюсь из омута воспоминаний о поцелуях с Ярославом и пытаюсь скрыть проступивший румянец на щеках волосами.
– Планировал после встречи с отцом, – отвечаю и возвращаю цветы обратно в вазу. – Ярик сегодня официально знакомится с пассией Владимира Сергеевича.
– Хм, видела я эту девушку, – мама проходит полностью в комнату и садится на мою застеленную постель, – не думала, что там что-то серьёзное.
– То, что она молодая, ещё не говорит, что с ней нельзя построить серьёзных отношений, – не знаю почему, заступаюсь за девушку.
– И когда ты у меня стала такой взрослой и мудрой? – улыбается мама, дёргает меня за футболку, и я плюхаюсь на постель рядом с ней.
Обнимает меня за плечи, и я прижимаюсь к маме в ответ.
После возвращения из Казани мы поговорили. Не без слёз. Я обидела маму своими словами, а она своим решением оградить отца от меня. Я не знаю, как бы поступила на её месте. Ей было больно. Мне кажется, что мамино сердце до сих пор кровоточит при мыслях о папе. Сколько бы лет ни прошло, это рубец на сердце останется навсегда. Сейчас мама не против моего общения с отцом, но я пока сама не готова. Мы созванивались с ним, но разговор вышел неловкий, с кучей заминок. Возможно, со временем и благодаря старшему брату, у нас случится коннект.
– Может, пятого января? – пожимаю плечами, на что мама закатывает глаза.
– За мной кое-то ухаживает, – признаётся, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть её лицо, которое стало румяным.
– Кто он?
Мама задумчиво улыбается и продолжает гладить меня по плечу. В её глазах светится огонёк лукавства.
– Его зовут Павел. Ему сорок пять, разведён, детей нет. Он очень умный, деликатный, с чувством юмора, мы работаем вместе, – делает паузу, выдыхает. – И он мне нравится, – резюмирует в конце.
Я ушам своим не верю! Моя милая, любимая, самая красивая мамочка, наконец-то открылась мужчине. Я уже заочно прониклась к этому Павлу симпатией. Мне не важно красивый он или богатый, главное, чтобы мама была с ним счастлива. Мне так хочется, чтобы она обрела женское счастье. Она достойна любви, поддержки от любимого мужчины. Жаль, конечно, что это не папа, но так бывает. Родители разошлись, и если отец все эти годы был с любимой женщиной, то и маме пора уже взять у жизни своё.
Я выросла, скоро окончу школу, и обо мне не нужно будет заботиться. Правильно гласит индийская мудрость, “ребёнок – гость в твоём доме: накорми, выучи и отпусти”. Мне было грустно думать о том, что когда-нибудь и мне бы пришлось уехать от мамы, оставить её одну. Женщина не должна встречать старость одна.
– Я так рада это слышать! Ты ведь нас познакомишь? И чем раньше, тем лучше! Давай, пригласим его на выходных?
Мама хохочет от моего восторга.
– Погоди, Дин. Не гони лошадей.
– У вас несерьёзно?
– Я не знаю ещё. У взрослых не всё так быстро. Вот ты, как считаешь, у вас с Яриком всё серьёзно?
Я не знаю. Хочу верить, что да.
– Сейчас да, но я боюсь, что если увязну в нём, а потом что-то пойдёт не так…
– На то это и первая любовь, моя хорошая. Первые чувства они как вспышка: загораются моментально, но и также быстро могут потухнуть. Но если умело управлять эмоциями, то всё же возможно. Не бойся любить, Дина, ведь любить это прекрасно. А когда еще влюбляться, если не в восемнадцать? – треплет меня по волосам и поднимается с постели. – Пойдём ужинать тогда, раз не ждём Ярика.
– Пойдём, – встаю следом и иду за мамой по пятам, – что у нас там на ужин?
* * *
После ужина мы с мамой расходимся каждая в свою комнату. Беру учебник по физике, читаю параграф, отвечаю на вопросы после, решаю пару задачек. Ухожу в учёбу с головой и не сразу понимаю, что за жужжание слышу и отчего чувствую вибрацию от стола, пока до меня не доходит, что это мой телефон вибрирует под грудой канцелярии. Уходит почти минута, чтобы раскопать его, но улыбающееся лицо Яра всё ещё горит на экране. Ох уж эта ямочка на его щеке.
– Привет, – отвечаю скромно, а у самой улыбка до ушей.
– Привет, Ди-на! Выходи. Я жду тебя возле подъезда.
– Уже почти восемь, – перевожу взгляд с часов на темень за окном.
Ярик планировал заглянуть в гости после ужина с отцом, и вот сейчас для меня это сюрприз, что он не поднимается в квартиру.
– Мы ненадолго, – заверяет меня парень.
– Хорошо. Скоро буду, – отключаюсь и быстро бегу к шкафу, чтобы уже через секунду натягивать свитер и пробегая мимо маминой комнаты крикнуть, – я с Яриком погулять.
– Завтра же в школу! – мама выходит в коридор и смотрит, как я быстро обуваюсь в сапоги, натягиваю на голову шапку и шарф, а затем пуховик.
– Мы недолго, ма.
– Пусть до квартиры проводит обязательно.
Киваю и выскальзываю в подъезд, лифт не жду, а перепрыгивая через ступеньку, несусь вниз.
И смеюсь от абсурдности мыслей в голове. Глупости всё
