– Решила проверить, надёжно ли ты запер входную дверь, – пискнула девушка.
– Ну и как?
– Всё нормально. – Язык плохо слушался хозяйку. Ведь это её нежный, сладкий пупсик, её обожаемый «сыночек», её любимая конфетка… Что же теперь будет-то?
«Сам напросился, изменник поганый!»
– Как там погода? – невозмутимо поинтересовался Скар.
– Что? – растерялась Мерси.
– Холодно, наверное? – Он кивнул на слежавшийся мех оторочки.
– Что?.. А-а… да, сквозняки.
– Умница, что утеплилась.
Мерси нервным движением откинула капюшон.
– Ты не злишься?
– Из-за чего?
– Ну-у… что я ушла без предупреждения.
Скар встал, обнял Мерседес за талию и мимолётно чмокнул в щёчку.
– Что ты, милая, я даже не заметил, – и вышел.
Девушка обернулась ему вслед, всхлипнула, трагическим жестом прижав ладонь к губам. Что ж, пути назад не было…
– – –
Разбудила меня возня, причём, как мне показалось, лишь спустя минуту-две после благостного явления сна. Я перевернулась на спину, разлепила отяжелевшие веки и тут же зажмурилась.
– Какого… нечистого?
Скар установил фонарь на выступе, направив сноп света на меня. Я махнула рукой в глупой надежде отогнать и мужчину, и дурацкий фонарь, словно назойливого комара, и натянула одеяло на лицо.
– Уйди… дай поспать!
– Сколько ж можно спать? Десятый час.
– А мне плевать!
– Хреновая из тебя рабыня. – Скар подошёл к кушетке и решительно сдернул с меня одеяло. – Подъем, красавица.
– Я не напрашивалась. – Я свернулась клубочком, однако моё тело больше не находило дальнейшее отлёживание боков таким уж перспективным занятием. Пришлось как следует, от души, потянуться и утвердиться в сидячем положении. Цепочки уныло зазвенели, волосы неряшливыми клоками рассыпались по плечам и спине. – О-о… а расчёска, случаем, рабыне не полагается? И ещё воды для умывания и завтрака?
Взгляд Скара не предвещал ничего хорошего, но требования пленницы мужчина выполнил. Вода в голубом тазике оказалась не просто холодной, а ледяной, приторно-розовая щётка насилу справилась с колтунами – как минимум треть волос я оставила на полу и кушетке, нещадно ругаясь при этом и яростно звякая мешающимися наручниками, – завтрак же приятно впечатлил своим разнообразием в виде солёных ржаных сухарей и сваренного вкрутую яйца. Откуда взялся сей деликатес, можно было только догадываться.
Скар не вмешивался, подпирая плечом дверь и зорко следя за моими мытарствами. Когда я с наилучшими пожеланиями зашвырнула щётку в дальний угол и принялась за еду, мужчина подсел ко мне.
– С тобой поделиться? – я щедрой рукой протянула ему тарелку с сухарями, предварительно захапав себе яйцо.
– Спасибо, я не голоден.
– Кем-то уже позавтракал?
– Я не так часто использую людей в качестве закуски. Скорее иногда… к тому же человек человеку рознь.
– А-а… а катессы?
– Ты что? От их шерсти потом не отплюешься! Да и в зубах застревает…
Я усмехнулась. Страха, сидя спина к спине с, по сути, монстром, опасным и кровожадным, я почему-то не чувствовала, паники тоже, зато мысли о поцелуе вызывали смущение, странное, непривычное, которое я тщательно пыталась загрызть сухарями. Пока получалось более-менее сносно.
– И давно ты такой? – осторожно полюбопытствовала я.
– Какой?
– Кровососущий.
– С рождения. Мамочка с папочкой постарались. – Скар глянул на меня через плечо. – А что?
– Ничего. – Я быстро отвернулась, понимая, что сейчас он вряд ли станет рассказывать о своём генеалогическом древе. – Как прошла разведка? – неожиданно вспомнила я.
– Крутились на опушке двое верховых. Как раз на том месте… рискну предположить, что один из них – волшебница.
Я собрала остатки сухарей с тарелки, отправила в рот. Похоже, это за мной. Выходит, уже хватились? А в особняке? Хм, в особняке-то и подавно… А камень? Заметила ли Данаида его исчезновение?
– Есть что попить? – обернулась я.
Мужчина молча протянул фляжку.
– Опять вино?
– На сей раз просто вода.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И на том спасибо.
– Держи, – я вернула фляжку. – И что дальше?
– Как что? – Скар встал, подошёл к кольцу и освободил сплавленный карабин. – Будем развлекаться.
– А волшебницы? – опешила я.
– Они сюда не сунутся. – Мужчина дёрнул за цепочку, вынуждая меня тоже встать. – Никто не знает об этом убежище, как, впрочем, и его точного местоположения…
У меня ослабели колени. Непонятно, то ли я решила наконец-то испугаться, то ли… а… э-э… м-м…
Скар притянул меня вплотную с очевидным намерением таки довершить начатое. Я страдальчески наблюдала, как он ме-едленно наматывает цепочку на руку (видать, решил растянуть удовольствие, гад!), и совершенно чётко осознавала, что не буду сопротивляться ни в том, ни в другом случае. Ужасно, мучительно стыдно… но, как говорится, бери меня, я вся твоя…
Вначале был топот, словно кто-то пустил в коридор стадо тяжеловозов. Затем топот превратился в мерный гул, под ногами меленько задрожал пол и распахнулась дверь. Да с такой силой, что массивная створка описала дугу и застыла в нескольких сантиметрах от фонаря, каким-то чудом оный не сбив. Света значительно поубавилось, но рассматривать ввалившиеся в комнату фигуры в деталях всё равно не требовалось. Мы и так прекрасно поняли, кто пожаловал на огонёк.
– А они-то как сюда попали?! – совершенно искренне изумился Скар. – Я же надежно заблокировал каждый ход, я всегда проверяю их перед сном… Твою мать…
Последние два слова заставили меня насторожиться. Нет, не сами слова, конечно, а интонация. Мужчина явно сообразил, что могло послужить – или послужило! – причиной появления монстров, однако делиться со мной не стал. Вместо этого он сбросил металлический моток на пол и шагнул навстречу первому, высокому, плечистому и недружелюбному.
Я отступила к стене, оценивая закипевшую заварушку. Полноценной драки, когда всем скопом и на одного, не получалось. Комната маленькая, крупногабаритные существа занимали собой львиную долю пространства и, пока Скар и первый доброволец активно мерялись молодецкой силушкой, двое других вынуждены были последовать моему примеру, дабы не схлопотать от своего же. Из чёрного проёма высунулась тупорылая морда, недовольно сверкнула жёлтыми глазами, изучая помещение, обстановку… и меня. Я вжалась в стену. Морда угрожающе ощерилась. Вот зараза, я ведь даже защищаться не могу! Мало мне неконтролируемого Дара, так ещё и наручники…
Жёлтые глаза сузились, морда выдвинулась вперёд, оформившись в голову. Ага, сейчас по стеночке, кушетка не преграда, и прости-прощай, мир живых.
Я махнула на голову руками. Ничего. Плавно обозначились шея, плечи, волосатый торс…
Ох! И хорошо, что ничего не произошло! Я вспомнила, как щит действовал в лесу, и опустила руки. Боюсь, я бы не только этого гада отбросила…
Тем временем Скар отправил первого монстра на покой – жаль, что временный! – но, как известно, свято место пусто не бывает. Особенно, если на него претендуют сразу двое. Я беспомощно звякнула цепочкой, привлекая внимание мужчины.
– Эй! – я позвенела громче и настойчивей.
– Ну чего тебе? – раздражённо отозвался мужчина в перерыве между блокировкой ударов.
– Ты не мог бы снять с меня наручники?
– Ты что, не видишь?! Я ЗАНЯТ!!!
Ну да, вижу. Пропущенный правый хук в челюсть и занятости у Скара заметно прибавилось – лежа на полу отбиваться не очень удобно.
Я метнулась к кушетке, схватила тарелку и швырнула её в четвертого, втянувшегося в комнату почти полностью. Он с поразительной легкостью сдал обратно, и тарелка фарфоровыми брызгами разлетелась от двери.
Зараза! Я вновь вскинула руки. Монстр скользнул на исходную позицию. Кончики пальцев закололо, полыхнуло голубым, затопив враз притихшую комнату ярким светом. Жуткий треск, сдавленный вопль. Я вжалась в угол, широко открытыми глазами обозревая своё творение. Похоже, номер четыре решил отгородиться от меня дверью, но створка удара не выдержала, вышибленная вместе с «подопечным». Последнего было не видно, зато рассечённая посередине дверь эффектно вышла в обратную сторону и там застряла, уныло зияя выломанными петлями и частой щепой на месте засова.
