библиотеки. Потрясающе рассеянный человек.
— Думаю, что мне лучше всего спросить отца. Может, он знает что-то про потерю сил? — задумчиво спросил я и подошел к столу.
Вытащил из ящика лист бумаги, набросал письмо и щелчком отправил его в полет. Конверт моментально исчез, оставив ворох фиолетовых искр.
— Как тебе удается так легко отправлять почту? — удивился Кунцев.
— Не понимаю, о чем ты говоришь.
— Это же другая магия, — он внимательно на меня посмотрел. — Подожди-ка... Ты хочешь сказать, что ни разу не задумывался, как ты это делаешь?
— Нет, — я почесал бровь, — а что тут такого?
— Откуда ты такой взялся-то? Работать с магией, к которой нет способности, в три, а то и в семь, раз сложнее. Мне приходится пыжиться с минуту. А ты просто щелкнул пальцами.
Я пожал плечами. Кто знает, чего я еще не знаю и на что способен.
— Вот это да... — потянул он, восхищенно смотря на меня.
Он сделал еще круг по комнате, а потом вдруг опустил голову и тихо спросил:
— А можешь продолжить мое лечение?
— Конечно, чего ты так смущаешься? Мне и самому интересно, что получится. Ты сам-то как? Освоился с изменениями?
Кунцев не ответил, а просто подошел и уверенно протянул мне руку. Я обхватил его за запястье, прикрыл глаза и запустил процесс лечения.
В этот раз получалось вливать силу быстрее. Перед внутренним взором сразу же появился рисунок Диминого знака. И он с каждой минутой становился бледнее. Моя магия быстро растекалась по телу Кунцева, расправляя его потоки.
Я бы мог уже сейчас убрать это дурацкое ограничение, но, подумав, не стал. Неизвестно, как организм Кунцева отреагирует на такие изменения.
Когда я отпустил его руку, он сразу же побежал к зеркалу, на ходу расстегивая рубашку.
Он долго разглядывал себя, даже тер пальцами края рисунка. А потом повернулся ко мне с совершенно шальной улыбкой и тут же выставил перед собой щит. Выглядело заклинание не в пример лучше предыдущего. Плотное, с четкими контурами и витиеватым рисунком силы.
— Вереховцев, ты просто мой спаситель! — выдохнул он.
— Ты, главное, умом не тронься на радостях.
— Если бы он был! — рассмеялся он.
В воздухе разлилась тонкая трель, и на стол рядом со мной плавно опустился плотный конверт.
— О, как быстро ответил отец, — сказал я, взяв его в руки.
— Что он написал? — любопытный нос Кунцева тут же материализовался рядом.
— Посмотрим, — я углубился в чтение. — Он обещал разузнать информацию. И приписка, а вот это интересно! Смотри, он говорит, что лично помнит об одном таком случае. Это произошло, еще когда его пивоварня только начинала работать. Его сотрудник, водный маг, неожиданно стал странно себя вести, после того как ночевал у невесты. Приходил на смену раздраженный, стал влезать в драки, много пить. Магия у него то тонким ручьем текла, то обрушивалась, как ураган. Так и не поняли, что с ним происходило.
— Странные дела. А не написано, куда этот маг делся потом?
— Нет. Уволился, видимо. Он ведь своей силой мог половину фабрики разнести.
— Теперь я точно уверен, что это все неспроста!
— Два случая — не показатель. Мало ли что могло стать причиной этому.
— Чушь. Нутром чую, что тут замешана какая-нибудь тайная организация.
— И Риман ее возглавляет, — скептически усмехнулся я.
— Интересно, — он не обратил внимания на мою реплику, — а наш огневик и отцовский водник, были из знатных семей?
— Кто ж знает, — пожал я плечами. — Какая разница, если тут важна сила, а не титул.
— Зря ты так. У нас иногда такие интриги плетут! Никогда не поверишь. Многоходовые. Длиною в несколько лет! Вот, представь, идешь ты по городу и вдруг в тебя влетает какой-нибудь мужчина. Вроде ерунда, а может быть это шпион, который повесил на тебя метку, чтобы следить. А ты потом идешь себе дальше, на свидание с барышней. А она...
— Тоже шпионка? — рассмеялся я. — Придумаешь тоже.
— К такому нужно быть готовым с детства. Смотреть, слушать, анализировать. Или, если проще, держать нос по ветру.
— Надеюсь, меня это обойдет стороной.
— С твоей-то силой! Если кто-то узнает, да тебя с руками оторвут! Поставят возле императора, и будешь главным начальником его охраны. Стремительная карьера!
— Ладно, это все мечты и плод нашего воображения. Скажи мне лучше, что ты еще от отца привез. Помню, что помимо свитков была какая-то книжка.
— Точно! — хлопнул себя по лбу Кунцев. — Я мигом!
Он почти бегом умчался в свою комнату. А я остался смотреть в окно на падающие за стеклом крупные снежинки. Зима уже вступила в свои права и теперь с особой любовью заметает территорию академии. Мне даже стало любопытно, как с этим белым безумием справляются огневики. Они испаряют воду или нужна помощь еще и водников?
Дмитрий вернулся через двадцать минут. Вид у него был крайне растерянный.
— Что случилось? — спросил я.
— Кажется, она пропала! Книга пропала!
Глава 18
Широкоплечий мужчина в темно-синем мундире задумчиво барабанил пальцами по столу и внимательно смотрел на пачку отчетов. И количество страниц в них не сулило хороших новостей.
Ему на какую-то долю мгновения захотелось сжечь все бумаги, но этого бы он никогда не сделал. Не положено так себя вести главе Гильдии магов, пусть даже он был в дурном настроении.
— Как же мне тебя поймать? — тихое бормотание никто не услышал. — И в академию ты не хочешь, и убеждениям не поддаешься, даже дисциплинарных взысканий нет. Молодец.
Скрипнул отодвигаемый стул, и тяжелые шаги гулко разнеслись по почти пустому кабинету. Ведь от работы ничего не должно отвлекать. А для всего остального есть роскошные приемные с неудобными стульями для посетителей и горьким кофе.
Глава Гильдии обратил свой взор в окно, за которым вовсю мела метель. Зима в этому году пришла рано и, кажется, будет долгой. Дорожки, еще полчаса назад идеально почищенные, сейчас уже скрылись из виду.
Смахнув невидимую пылинку
