Уверена, мадам.
Крис застыла. Взгляд ее замер, дыхание остановилось. В ее памяти болезненно четко вспыхнула картина того вечера, когда умер Дэннингс. Она ясно вспомнила открытое окно в спальне Риган. Что-то совсем знакомое шевельнулось в ее мозгу, когда она взглянула на первую страницу книги. По всей длине страницы была аккуратно оторвана тоненькая полоска бумаги.
Крис дернулась, услышав наверху, в спальне Риган, звуки какой-то странной возни.
Стук, очень частый, с мощнейшим резонансом, будто кто-то кувалдой молотил в комнатах!
Истошный крик Риган, испуганный, умоляющий!
Карл! Это Карл что-то со злостью кричит Риган.
Крис выскочила из кухни.
«Бог мой, что там происходит?»
Обезумев, она бросилась к лестнице в спальню. Крис услышала удар. Кто-то споткнулся, кто-то рухнул на пол, как тяжелый мешок.
Раздался крик Риган:
— Нет! Нет! Прошу тебя, нет!
И потом жуткий голос Карла Нет-нет, это не Карл! Там кто-то еще!
Крис пролетела через холл, задыхаясь, ворвалась в спальню и замерла в ужасе. Невероятные удары сотрясали стены. Карл без сознания лежал около письменного стола. Девочка волчком вертелась на кровати, а кровать подпрыгивала и тряслась. В руках Риган сжимала белое костяное распятие и направляла его во влагалище, с ужасом уставившись на крест. Ее глаза почти вылезли из орбит от страха, все лицо было перепачкано кровью, сочащейся из носа, трубка для питания валялась рядом.
— Я прошу тебя! Нет! Ну, пожалуйста! — кричала девочка, а руки все ближе придвигали крест. Казалось, она изо всех сил пытается оттолкнуть распятие, но не может.
— Ты сделаешь то, что я говорю, мерзавка! Ты сделаешь это!
Ужасный бас, эти жуткие слова шли от Риган, голос ее вдруг стал низким и грубым, свирепым и яростным, и в одно мгновение выражение ее лица изменилось, превратившись в дикую бесовскую маску, ту, что Крис уже видела на сеансе гипноза. И теперь лицо и голос менялись с невероятной скоростью. Оглушенная, Крис не могла отвести взгляд от представшей ее глазам жуткой картины.
— Нет!
— Ты сделаешь это!
— Прошу тебя!
— Ты сделаешь это — или я убью тебя!
— Умоляю!
— Нет, ты позволишь Иисусу Христу трахать тебя! Трахать... Тр...
Глаза Риган раскрылись еще шире, она невидяще уставилась перед собой, отступив перед какой-то страшной неизбежностью, открыла рот и закричала с неистовым отчаянием. Потом черты беса опять появились на лице Риган, комната наполнилась зловонием, и стало очень холодно. Казалось, этот холод источали сами стены. Удары прекратились, и пронзительный крик девочки перешел в грудной, захлебывающийся, злобный вопль ликующего победителя. Риган ткнула распятие во влагалище и яростно начала глубже и глубже вонзать его, при этом она свирепо приговаривала все тем же низким, оглушительным басом:
— Теперь ты моя, ты моя, вонючая скотина! Мерзавка! И пусть Иисус трахает, трахает тебя...
Крис не могла пошевелиться, а Риган яростно бросилась на мать. Лицо ее изменилось до неузнаваемости, она вытянула руку, схватила Крис за волосы и дернула вниз.
— А-а-а! Мамаша маленькой хрюшки! — пророкотал тот же низкий голос.— Ну же, попробуй со мной совладать! А-а-а-а! — Затем рука, вцепившаяся в голову Крис, дернулась вверх, а другая сильно ударила ее в грудь. Крис отлетела от кровати и стукнулась головой о стену, а Риган продолжала злобно хохотать.
Крис в полуобморочном состоянии лежала на полу, перед ней мелькали какие-то лица, раздавались непонятные звуки. Перед глазами вертелось что-то бесформенное, расплывчатое, в ушах шумело и свистело. Крис питалась встать, но это ей никак не удавалось. Она посмотрела на заляпанные кровью простыни, на дочь, лежащую к ней спиной и ритмично вводящую распятие во влагалище... До ее ушей вновь донесся жуткий голос:
— А-а-ах, все правильно, так, так, моя хрюшка... моя сладенькая хрюшка...
Едва Крис пошевелилась и сделала движение в сторону кровати, голос внезапно стих. С залитым кровью лицом, почти ничего не видя перед собой, она проползла мимо Карла. Все тело нестерпимо болело. Вдруг Крис съежилась и подалась назад. Сквозь застилавшую взгляд пелену она разглядела, как голова дочери начала медленно поворачиваться вокруг неподвижного туловища, все круче и круче, пока Крис не показалось, что голова повернулась на сто восемьдесят градусов.
— Ты знаешь, что она сделала, твоя трахнутая девка? — захихикал знакомый голос.
Крис взглянула на это безумное ухмыляющееся лицо, на пересохшие растрескавшиеся губы, на лисьи глаза и потеряла сознание.
Часть третья
БЕЗДНА
Глава первая
Крис ожидала его, стоя на набережной около Кей-бридж. На дороге то и дело скапливались машины, водители, спешившие домой, сигналили в образовавшихся заторах с будничным безразличием.
Чуть раньше она связалась с Мэри-Джо. Пришлось пойти на хитрость.
«Риган чувствует себя прекрасно,— солгала она.— Да, кстати, я собираюсь организовать небольшое сборище — пригласить кое-кого на обед. Напомни, пожалуйста, как звали того иезуита... психиатра. Возможно, я включу его в список...»
Откуда-то снизу послышался смех — юная парочка каталась по реке на каноэ.
Крис нервно стряхнула пепел с сигареты и взглянула на дорогу, ведущую к мосту из города. Кто-то торопливо шел по тротуару. Крис разглядела брюки цвета хаки и синий свитер. Нет, это не священник.
Краем глаза она увидела, как человек в свитере положил руку на парапет, и резко обернулась.
— Двигай дальше, развалина,— жестко сказала Крис, бросая сигарету в воду,— или, клянусь Богом, я сейчас позову полицию.
— Мисс Макнил? Я отец Каррас.
Она вздрогнула, покраснела и повернулась к нему. Шероховатое, морщинистое лицо.
— О Боже мой! Я... Боже!
Нервничая, она сняла темные очки и тут же снова надела их, встретив взгляд ясных и грустных глаз.
— Мне надо было предупредить вас, что я буду в обычной одежде. Извините.
Голос звучал успокаивающе, он словно снимал все волнения и тревоги. Отец Каррас аккуратно сложил свои огромные и вместе с тем удивительно нежные руки на груди. Крис поймала себя на том, что не может оторвать глаз от этих рук.
— Я думал, что так будет менее заметно,— продолжал священник.— Ведь вы, кажется, хотели, чтобы все осталось в тайне?
— Мне нужно было лучше позаботиться о том, чтобы не выглядеть такой дурой,— ответила Крис, роясь в сумочке.— Я думала, что вы...
— Светский человек? — вставил он с улыбкой.
— Я поняла это сразу, когда увидела вас в университете.— Теперь она начала обыскивать карманы своего костюма.— Поэтому и позвонила вам. Да, вы производите впечатление светского человека.—
