Дюмон вздохнул и потер свои покрасневшие глаза:
– Я давно сжег твое перо, малютка. Карие глаза Елузы едва не выскочили из орбит от ужаса. Сожжение драгоценного пера означало, что Елуза должна будет вечно возвращаться на то место, где оно было сожжено. Примолкнув на момент, она издала крик ужаса и бросилась на капитана. Зрелище этого неравного боя было бы смешным, если бы повод для него не был столь печальным.
Дюмон схватил ее за передние конечности:
– Лонд, скажите этим бессловесным тварям, чтобы они заставили ее замолчать.
Драгонейс зажал ей рот рукой. Она отчаянно боролась, но была бессильна против мертвой хватки зомби, зажимавшего ей нос. Ее взгляд стал испуганным, когда она поняла, что не может дышать.
– Она задыхается, – крикнул Уилен. – Дюмон, она…
Дюмон видел это:
– Черт побери, Лонд, разве нельзя… Послышался жуткий хруст – это Драгонейс переломил ей шею. Ее сопротивление было сломлено. Уилен вздрогнул от сочувственной боли.
– Оставь ее здесь, – сказал Лонд. – Мне интересно будет сделать из нее зомби, которых я пока делал только из людей.
Драгонейс бросил тело. Дюмон был шокирован, но не хотел показать этого. Он посмотрел на труп совы.
– Лонд, вы гнилой хладнокровный сукин сын, – сказал он почти светским тоном.
Покрытый капюшоном Лонд смеялся:
– Спасибо за комплимент. – Он вновь обратил свое внимание на своего живого пленника: – Видишь ли, Уил. Вчерашний день мы за тобой наблюдали. Мы знаем, что произошло и кто ты. К сожалению, у нас мало времени. Так что добро пожаловать в мою армию. – Он встал и насыпал немного порошку из черного пузырька на руку в перчатке.
Глаза Уилена наполнились ужасом:
– Нет! – закричал он, побежав к двери. Лонд сделал быстрое зигзагообразное движение свободной рукой, и Уилен споткнулся, как будто о протянутую веревку. Драгонейс поймал его за волосы и поднес его лицо к Лонду.
Колдун подул на порошок в лицо Уилену. Блуждающий огонек отчаянно закашлялся, пытаясь освободить свои легкие, слезы заполнили его глаза. Сероватый порошок заполнил его легкие, он перегнулся, царапая свое лицо.
Разум юноши заполнили образы, которые благодаря своей интенсивности ощущались как болезненные. Он с болью ощущал давление воздуха на свое лицо. Деревянный пол, казалось, наносил ему удары. Краски смешались в его сознании, которое поблекло, затем все почернело. Холодное бесчувствие сковало его члены. Он осознал, что его дыхание прекратилось.
Вдруг бесчувственность исчезла. Уилен набрал воздуха в легкие, как новорожденный. Приложив некоторое усилие, он открыл глаза и ощутил свое тело. Дыхание восстановилось. Блуждающий огонек очистил глаза от слез и спокойно посмотрел на Лонда.
Колдун застыл от шока. Он хрипло прошептал:
– Нет, нет, это невозможно. – Лонд выругался и в замешательстве ударил Уилена в лицо.
Однако скоро шаман овладел собой. Он сел в свое кошмарное кресло, сжимая и разжимая руки. Затем вдруг рассмеялся:
– Драгонейс, сходи за зайцем. Уилен похолодел. Немного погодя Драгонейс вернулся с протестующим Буки, которого он тащил за шиворот.
– О Уилен! Тебя тоже схватили? – печально сказал Буки.
– А, так ты его знаешь? – спросил Лонд у Буки.
Заяц посмотрел на него и издал возглас отчаяния. Он задрожал от страха, прижимая к себе уши.
– Да, я знаю его, – сказал Буки, все еще дрожа. – И я знаю также тебя, Алондрин-предатель!
– Драгонейс, – приказал Лонд хладнокровно, – привяжи руку Уилена к лапе Буки.
Пока зомби привязывал, Уилен прикрыл глаза, предполагая, что должно произойти.
– Ты знаешь, что случится с тобой, Алондрин, если ты причинишь боль лоаху? – спросил он, когда Драгонейс обматывал тряпкой его запястье. – Не от Девы, а от земли лоаха…
– Не запугивай меня: я не новичок, – откликнулся Лонд. – Господин всех зомби должен будет сначала еще найти меня.
Драгонейс завязал узел и выпрямился, ожидая новых указаний. Было видно, однако, что Лонд не хотел делить своего удовольствия ни с кем. Он взял красную свечу, горевшую на черепе, и склонился над испуганным зайцем. От близости к Буки способность сопереживания у Уилена удесятерилась. Блуждающий огонек наполнился страхом зайца и сжал зубы, чтобы ничем не выдать своих эмоций. Чувствуя на себе взгляд Лонда, Уилен смотрел на пол перед собой.
– Ты не очень-то любишь огонь. Буки? – ворковал Лонд.
В этот момент Буки вжимался в стену, одним боком прижимаясь к Уилену.
– Н-нет… – ответил он.
Уилен заставлял себя думать успокоительно, но это не могло побороть страха зайца.
– В таком случае тебе понравится это!
Без предупреждения пламя свечи вспыхнуло, захватив вместо одного дюйма целый фут. Пламя коснулось лица Буки и тот закричал от боли и страха. Запах паленого мяса перемешался со зловонием каюты. У несчастного существа обгорела половина лица. Был поврежден глаз Буки. Из него вытекала густая темная жидкость.
Из уст Уилена раздался крик: это его глаз повредили, его челюсти обгорели до черноты. Он был напуган, ощущал ужас…
Оба живых существа из топей дрожали и скулили. По лицу Уилена струились слезы.
* * * * *
Ларисса пробудилась от своего сладкого сна под звуки напряженного спора на высоких тонах.
– Что? – произнесла она, но тут же почувствовала, что на ней совсем нет одежды. Вспыхнув, она натянула на себя платье и, окончательно проснувшись, поняла, что слышит разговор Длинноухого и Девы. Они были за пределами поляны у быстротекущей реки. Дева запустила корни в сырую почву, а лоах стоял на задних лапах, жестикулируя передними. Приглаживая рукой волосы, Ларисса направилась к ним.
Длинноухий сначала замолчал при ее приближении, затем взорвался:
– Это ты во всем виновата! Благодаря тебе он стал таким беззаботным. Теперь никто не знает, что случится с ним и с моим кузеном.
– Длинноухий! – упрекнула его Дева необыкновенно холодным голосом. – Она не виновата. Уилен сделал выбор и очень рассердился бы, если бы услышал тебя сейчас.
Кровь отхлынула от лица Лариссы:
– Что случилось с Уиленом? Дева подошла к Лариссе, усадила ее на землю и успокаивающе поцеловала ее в щеку:
– Его раскрыли. Длинноухий видел, как его схватили.
Серые губы Лариссы пошевелились, она глубоко вздохнула и затем сказала неестественно спокойным голосом:
– В таком случае мы атакуем «Мадемуазель».
Дева кивнула:
– Я согласна. Если они обнаружат, кто он такой, его станут пытать самым изуверским способом. Как бы ни был он мужественен, он не выдержит этого, и они скоро узнают наши планы. Я надеялась обучить тебя побольше, но…
Дева встала и подала руку Лариссе:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
