вроде договорились. Я порылась в кошеле и добыла четыре пузатых бутылочки, плюс почти литровую хрустальную банку с маной.
— Концентрат «Скрепы». Четыре штуки. В Лесном Городе за пузырь просят полторы сотни. Отдам из уважения к тебе за сотню. И «светляков» за две. Выходит шестьсот. Не ошиблась?
Вы когда-нибудь встречались с евреем, которому ну очень надо, а жаба вцепилась в горло и не пускает? Он умереть готов или разорваться на месте. Лицо — ни один великий актер подобное изобразить не сможет. Когда барахло с «туристов» сгребала, не сразу поняла, что именно мне в руки попалось. Концентрат — невероятно редкая вещь. Скорее всего — брали с прицелом на изучение в земных лабораториях. Если любое изделие оружейник обработает вонючей токсичной дрянью — железяка выдержит запредельные нагрузки и можно ствол делать очень тонким и легким. Не разорвет при стрельбе. Где у нас легированные стали с присадками используют, здесь с «эллочками» шаманят.
Наконец мастер заборол жабу и хрипло выдохнул:
— По рукам. Шесть сотен с тебя принял, тебе товара на шесть сотен продал.
Мне кажется, они там надеялись напоследок в качестве бесплатного шоу полюбоваться, как я буду гору железа на собственном горбу переть. Смешные. Я все закупленное одно за другим в «кармашек» пихала. И монстрообразного слонобоя. И ящики с патронами. Только магазины снарядила «запретными», да чуток в рюкзак дополнительно для дробовика отсыпала. Остальное все через волшебную дыру в банк ушло. Там ячейка большая, можно товарный вагон утрамбовать и еще место останется.
Все. Теперь можно и на границу, чтобы в степь попасть. Мне туда.
Привычная серая пелена тумана, через которую уже столько раз ходила между биомами. Но мандражирую. Потому что сейчас все будет иначе. И не факт, что вывалюсь я в нужной точке цельным куском. Не все, что дозволено местным, подходит для чужаков. Конфа — она такая. С подвывертами.
Сплюнув через левое плечо, делаю первый шаг. Время не ждет.
Глава 11
Очень необычные ощущения. Обычно между биомами протискиваешь, словно сквозь кисель идешь. Сопротивление ощущается, но чрезвычайных сил прикладывать не надо.
А когда вдоль тумана — то начинаешь вязнуть все больше. Под конец кажется, что тебя в смолу залили и ты так и останешься. Не знаю, как это оборотни умудряются продираться, если им не в первый из попавшихся миров потребовалось? Хорошо еще, что я буквально ощущала запах полыни, теплое солнце и бесконечную синеву неба над головой. Поэтому через десять шагов потемневшая хмарь чуть прояснялась и по обе стороны возникли знакомые пейзажи. Один вроде с южных границ, другой с восточных. Мне направо. Там дорога натоптанная через мелкие холмы и народу почти нет. Водоемы все с горькой водой, пастухи скот в других местах на выпасы гоняют. А если нет посторонних — я в Городе буду опять до вечера или даже раньше.
Так и получилось. Вышла из тумана, отряхнулась и попыталась осознать разницу между обычным «туда-сюда» и новым методом. Похоже, промокла больше. Куртка отяжелела от влаги и штаны до колен в бурых разводах. Ничего, полдень, с меня быстро лишнюю воду выпарит. Главное — не надорваться от чрезмерного усердия. Поэтому как обычно — бег-шаг, сто шагов легкой рысью, полста пешочком. Фляга с морсом полная, пожевать я в таверне утром прикупила. Можно двигаться без больших остановок на маршруте следования. Раз-два…
Не знаю, кто послужил прототипом для аборигенов, но у всех рожи плоские, глазки щелочками и вечно улыбаются. Снисходительно, презрительно, хитро и вообще как угодно. Из всей мимики на почти неподвижном лице — улыбка. Правда, я еще научилась к ушам приглядываться. У большинства уши оттопыренные. И тоже в процессе общения участвуют.
Сейчас вот хозяин гаража рядом с караван-сараем изображает, что возмущен моей просьбой. Но оттопырки помогают мне понять, что это любимое развлечение — развести лоха на лишние деньги. Живут в местном Городе не очень богато, округа же вообще каждой случайно добытой медной монете рада. Главное — суметь аккуратно перейти из разряда «баба придурошная» в категорию «уважаемый жадный клиент, сцуко». Если все делать с правильными приседаниями, постоянно упоминая маму, папу и дедушку, дай бог ему здоровья… Одним словом, через полчаса я поблагодарила за выпитый чай и выложила на невысокий столик рядом с пиалой двадцать золотых. Дикие деньги, на самом деле. Раньше я бы удавилась, вздумай подобное учудить. Но времена изменились…
— Слушай сюда, Боролдайсуялби-батыр. Грузовик. С полной заправкой и свежими фруктами в кузове. На два дня беру в аренду, чтобы покататься. С уважаемыми людьми встретиться, угостить и за жизнь поговорить. Плачу десятку за каждый день. Сейчас взяла, завтра вечером вернула.
— Грузовик — дорогая вещь, однако.
— Так я могу проще поступить. Давай посчитаем по одному золотому за день аренды, а остальное как залог. Приеду, деньги отдашь. А?
Не нравится это «батыру». Я понимаю — машина в местных краях статусная вещь. И никто на легковушках не рассекает. Похоже, у баронов просто в голове не укладывается, как это можно бить подвеску по дрянным дорогам на агрегате, который зачастую стоит больше, чем твой глиняный замок, стадо коров и аул рядом. Вот грузовик — другое дело. Если хороший, за ним правильно ухаживали — сносу не будет. Любые грузы в Город и обратно забросишь. С караваном можно гонять, получая в твердой валюте за доставку. И вообще — куча бонусов. Потому что у кого колеса личные — тот уважаемый человек. У кого скакун — тоже человек, но уже в толпе почти затерялся. Ну а если у тебя гараж на четыре авто — вообще крутой. Таких богатых и важных пятеро на всю округу.
— Не хочешь залог брать? Тогда думай. Пока я вот этот лаваш доем. Не надумаешь — к соседу пойду. Возьму у него машину, поеду по главной улице и на каждом перекрестке буду кричать, какой он уважаемый и щедрый человек. Не то, что некоторые…
Почесав пузо, Боролдайсуялби сдался:
— Двадцать. Завтра до заката вернешь. Но не сюда, а в северный карван-сарай пригонишь. Там буду ждать.
— До заката — это когда солнце краешком горизонта коснулось или почти спряталось?
— Из уважения к тебе — пусть до половины уйдет.
Золото — страшная вещь. И жадность. А еще — болтливость.
Вроде хвастала, что какие-то куски из местных языков выучила? Нет, тараторить у меня не
