Де Рош рассчитывал, что Маршал не примкнет в этой кампании к сторонникам короля, что вызовет отчуждение между ним и юным Генрихом. Такой поворот событий дал бы возможность ему, епископу Винчестерскому, восстановить утраченные позиции при особе монарха. Но увы, надежды эти рухнули. Вновь приблизиться к Генриху, получить возможность влиять на политику страны и осуществлять собственные планы можно было, лишь устранив с пути непреодолимое препятствие — верного и могущественного графа Пембрука. Питер де Рош понимал, что расправиться с Маршалом будет нелегко. Граф не обладал слабостями и тайными пороками, которыми его можно было бы шантажировать, заслуги его перед страной и королем были многочисленны и бесспорны. Юный Генрих, всегда отличавшийся капризным непостоянством в своих привязанностях, ни разу еще не попытался отдалить от себя Маршала, которого неизменно чтил и уважал. Епископу оставалось лишь одно — убить ненавистного графа Пембрука.
— Собирается ли графиня сопровождать своего супруга? — спросил он.
— О да, ваше высокопреосвященство! Я никогда не видела ее такой счастливой и оживленной. Хотя они с графом пока еще ни разу не были близки, — ответила Бренда. Ее не переставала изумлять и озадачивать столь странная сдержанность графа и графини Пембрук.
— Жаль! — отозвался епископ. — Ведь, если бы они делили ложе, графиня Пембрук знала бы гораздо больше о намерениях и планах своего мужа. Она делилась бы ими с тобой, ну а ты, моя бесценная, — со мной. Но мы постараемся повлиять на Уильяма Маршала. Я дам тебе порошок, действующий во многом так же, как то зелье, коим я потчую тебя. Однако он значительно сильнее и крепче. Стоит подсыпать его в еду или питье Маршала, и тот возгорится непреодолимым, всепобеждающим желанием. Он не станет больше отдалять от себя юную Элинор, а набросится на нее, как дикий зверь на добычу. Не удивлюсь, если граф начнет засматриваться и на тебя, милашка! Но использовать порошок можно не раньше, чем все вы окажетесь в Уэльсе. В пути вам может встретиться множество случайностей и неудобств, поэтому лучше не рисковать, — вдохновенно лгал де Рош.
— Милорд епископ, я просто не переживу разлуки с вами! — взмолилась Бренда. —Я ведь уже так привыкла каждую неделю приходить к вам на исповедь и получать отпущение грехов!
— Маршал нанял оруженосца в помощь своему Уолтеру. Этого достойного во всех отношениях молодого человека зовут Аллан, и он является одним из моих доверенных лиц. Я научу его, как обходиться с тобой, дорогая, так что тебе решительно не о чем тревожиться! — Епископ вовсе не считал Бренду достойной своего доверия, но ему необходимо было умерить ее опасения и добиться того, чтобы девушка охотно отправилась в поездку с Mapшалами. После устранения Уильяма Маршала придется заставить ее умолкнуть навек! Питер де Рош улыбнулся про себя, вспомнив, что помогло ему сделать Аллана послушным орудием в своих руках: однажды этот детоубийца признался на исповеди во всех своих многочисленных преступлениях! Да, что ни говори, а исповедальня — это один из главнейших оплотов епископской власти!
Узнав, что Элинор не берет ее с собой в Уэльс, Бренда расстроилась до слез. Ее успокоило лишь известие о том, что Аллан также остается в Лондоне. Она уже успела убедиться, что его высокопреосвященство сдержал свое слово: Аллан знал, как удовлетворить ее желания, как умелыми ласками довести ее жаждущее тело до полного любовного изнеможения.
— Знаешь, — доверительно прошептала она ему, вытягиваясь на постели, — милорд епископ дал мне любовного зелья для графа Пембрука. Я хотела подсыпать немного этого порошка тебе в вино, но в последний момент передумала. Как здорово, что ты не нуждаешься ни в чем подобном, мой милый!
Аллан заметно побледнел. Неужто эта идиотка и впрямь поверила, что Питер де Рош дал ей любовное зелье для Пембрука?! Она способна натворить немалых бед!
— Раз уж ты не едешь с Уэльс, отдай мне этот порошок, — как можно более равнодушно проговорил он. — Вдруг я почувствую, что силы мои нуждаются в подкреплении? Ведь такую пылкую красотку, как ты, нелегко ублажить в постели!
Аллан понял, что ему предстояло взять на себя задачу по умерщвлению графа Пембрука. Надо было запастись терпением и действовать решительно и наверняка. У него было в запасе немало времени, ведь чета Маршалов еще нескоро вернется из Уэльса и Ирландии. Следовало принять все необходимые меры предосторожности и отравить лишь еду или питье, предназначенные непосредственно Уильяму Маршалу. Ведь, если подсыпать порошок в бочку с вином, что было бы несравненно легче, половина челяди умрет или серьезно захворает, а тогда у остальных неизбежно возникнут подозрения, коих необходимо избежать в интересах епископа Винчестерского, а следовательно, и его, Аллана…
Элинор с первого взгляда полюбила Уэльс. Ее восхитили густые леса, высокие холмы и голубые озера этой дикой страны. Она была рада случаю продемонстрировать Уильяму свое великолепное владение гаэльским языком. Супруг позволил ей присутствовать на деловых переговорах и судебных разбирательствах. Он нашел в ее лице неоценимую помощницу и прекрасную советчицу. На всех документах, которые он подписывал, красовалось также и ее имя, выведенное твердой, уверенной рукой: «Элинор, графиня Пембрук».
Она сопровождала его на охоту с гончими и соколами, и молодые рыцари, участвовавшие в этих забавах, вскоре поняли, что граф и графиня предпочитают оставаться наедине, и держались на почтительном расстоянии от влюбленной четы. Уильям всегда помогал Элинор взбираться на лошадь и спешиться. Со временем это превратилось в один из ежедневных ритуалов.
— Ты — моя ненаглядная женушка, не так ли? — спрашивал он, протягивая ей руку.
— О да, Уильям! Ты же знаешь, что я навек твоя! — отвечала Элинор.
— Ну тогда можешь остаться подле меня еще на денек! — шутил Уильям и, бережно поставив ее на землю, приникал губами к ее высокому лбу.
Она многому научилась за эти дни от своего мудрого, справедливого наставника-супруга. Он учил ее терпению и сдержанности, он помогал ей постигать глубинный смысл событий и человеческих поступков. В управлении хозяйством всех без исключения владений, которые они посещали, Уильям предоставил Элинор полную свободу и с радостью замечал, что она прекрасно справляется с обязанностями владетельной госпожи. Где бы они ни остановились, по прошествии нескольких дней качество еды и напитков становилось заметно лучше, слуги глядели приветливее и двигались расторопнее, в помещениях становилось теплее и чище.
Со временем супруги перебрались в Ирландию и приступили к инспекции обширных владений Уильяма. К его немалой радости, ирландцы, которые были гораздо более дикими и необузданными, чем валлийцы, полюбили свою молодую госпожу и охотно выполняли все ее распоряжения.
