которых Уэйн когда-либо бывал. Он сочетает в себе природную красоту Саци, мудрость и твердость устоев Эррена, магию и культуру Сеймура, жаркую страстность Керракта, вечную весну Эстереля… Рейнару хотелось показать мир драконов Таше.
Не только для того, чтобы раскрыть детективу глаза и навсегда отвадить от «Уэйн Глобал Корп». Но и просто… показать. Иногда даже ловцов посещает серое чувство одиночества и неразделенности бытия.
Чего он не учел – так это пыла Бронзового. Эдвариан слишком долго ждал отбора, слишком давно не входил в полноценный размах… Его окаменевшее сердце оказалось куда более тугодумно, чем прочие… кхм… органы.
Уэйн рассчитывал, что дракон почти сразу опознает свою истинную в одной из льяр. Увидит в ней свое сердце. Так обычно и случалось – и в Таюре, и в Раюндоле… Оставшиеся церемонии были данью традиции.
О том, что та льяра создана для Крон-Граймела, кричало буквально все! Ловец ярко видел в ее судьбе бронзовую чешую… Их полеты, их любовь, будущее, детей. Их бронзовую магию, напитывающую эти земли силой.
Рейнар удивлялся, что это заметно только ему. Что Эд до сих пор не понял, которая из приведенных льяр предназначена дракону. Но в этом, пожалуй, и заключалась главная кара чтецов – видеть больше других, но не иметь права рассказать.
Единственная судьба, в которую он до сих пор не заглянул – Ташина. Она не была заблудшей, а Уэйн свято чтил законы мироздания. И в чем-то даже понимал растерянность дракона, вынужденного действовать вслепую. Опираясь лишь на инстинкты и интуицию.
Эдвариан сомневался. Боялся ошибки и позора. И эта заторможенность, окаменелость драконьего сердца, требующего проверок, оказалась второй опасностью для Таши. После бацелотов, само собой.
Опустив церемонии, Уэйн толкнул дверь спальни. Намеренно решил не стучать: так меньше шансов с порога получить по голове. А он хоть и крепок, но с Ташей уже не выдерживает.
С постели на него уставились растерянные глаза. Фиолетовые.
– Мириэль? – Рэй резво прошел вперед и закрыл за собой.
– Сир Тайр, какое… какое… Ох, слава Сато, что вы вернулись уже сегодня, – тэнни спрыгнула с покрывала и побежала к Рейнару, давая лучше рассмотреть и бледность щек, и дрожащие губы.
– Где Таша? – уточнил нервно, заподозрив мисс Холден в самых жутких грехах.
Она все-таки умудрилась сбежать? С отбора? И теперь прячется где-то в закоулках дворца? Ну что за несносная женщина!
Или где-то раздобыла пистолет и понеслась мстить? Неважно кому. Об этом она подумает позже, когда отомстит!
– Кто?
– Льяра твоя… ди Брайнтвиль… – сокрушенно отмахнулся от перепуганной девицы.
– Пропала! Пропала льяра моя… ди Брайнтвиль… – Мириэль всплеснула руками и судорожно разревелась. – Я уже везде искала. Ну не могла же она кролом обернуться и под шкафом спрятаться? Я их выкинула сегодня нескольких в сад… Думаете, надо и там теперь посмотреть?
– Не думаю, – развернул ее за плечи к себе и строго посмотрел в фиалковые глаза. – Рассказывай по порядку, как прошел ее день.
– Сегодня наш владыка льяру Тессу на свидание водил, в оружейные галереи… – она мечтательно похлопала ресницами, но быстро пришла в себя. – Дар преподнес, кинжал керрактский. Хотя она больше копье хотела… Я сама не видела, но об этом быстро слухи расползлись. Он ей завтра ночью обещал визит нанести. В обмен, так сказать, на любезность.
Ну что за женщина… Что за женщина? На полдня нельзя одну оставить!
– Где ты видела ее в последний раз?
– Несколько часов назад был прием в главном зале. Все льяры, согласно протоколу церемонии, были представлены Серебряным гостям, – взволнованно бормотала тэнни, машинально приглаживая рыжие кудри. – Владычица Таюра уделила внимание каждой, а затем, сославшись на дурное самочувствие, отправилась отдохнуть в библиотеку. А тэнни своих попросила травок принести, для здоровья.
– Так. И? – Уэйн от нетерпения начинал уже подпрыгивать.
Хотелось найти спрятавшуюся Ташу и хорошенько ее встряхнуть! А потом и отшлепать. Качественно.
Он ведь сказал ей, что это не варховы шутки. Что за побег с отбора ее может ждать славная темница мира Энхарад. В эту игру надо играть по правилам, гхарр задери невозможного детектива!
– И льяра Тесса пошла ее сопровождать, – жалобно пискнула Мириэль. – А до этого днем расспрашивала меня, в каких комнатах поселили супругу Серебряного и как туда пройти. Уговорила меня отпустить ее на прогулку. Я так виновата!
– Значит, днем твоя подопечная ходила к владычице Таюра, а после бала снова осталась с ней наедине в библиотеке?
Что за странный интерес к Серебряной госпоже?
Уэйн не был официально представлен тьяре Ульмене. Последний раз он был в тех землях восемь лет назад. Не приезжал туда с тех пор, как в самых отвратительных чувствах, оскорбленный и обвиненный Варх знает в чем, покинул Таюр.
– Точно так, сир Тайр, – Мириэль присела в виноватом книксене и, хлюпая носом, распрямилась. – Вот только потом в библиотеке я ее не нашла. И в спальне. И вообще нигде!
– А тьяра Ульмена?
– А тьяра Ульмена который час в саду бродит, как привидение. То с супругом, то со своими тэнни, то с Таюрским ловцом… Но это ведь очень неловко будет – ее о нашей льяре расспрашивать?
Рэй стремительно подошел к окну, отдернул штору.
Девица не обманула: под балконами дворцового крыла, отведенного льярам, прогуливалась девушка в серебряном плаще. Нервной походкой, постоянно поправляя на голове капюшон. Изредка поднимая голову к окнам, так, что свет фонарей падал на щеки и точеный нос… Выявляя странно знакомые черты.
Ульяна. Варх ее прибери. Дятлова!
Таша столько раз тыкала ее фотографией Уэйну в нос, что даже обладатель очень плохой памяти запомнил бы «свою жертву». А у Рэя память была хорошая.
Значит, Ульяна нашла своего ловца. Получила новую судьбу и стала Ульменой… Картинка сложилась.
Тогда, в Таюре, восемь лет назад, Кайл нарушил закон отбора. Предъявил ко двору льяру в обход ловца-организатора, не предупредив Уэйна о своей «находке». Такой внезапной, что даже подозрительной!
А ведь Уэйн несколько месяцев готовил отбор. Выискивал потерянные души в разных мирах, надеясь прочитать в судьбе одной из них имя Тариана Крон-Таюра. И спустя недели наконец почувствовал – как чувствует любой ловец, – что нужная ему душа в Хавране.
Рэй всюду ставил магические маяки. Те, что должны были привести деву к нему, на его территорию. И сам активно путешествовал, идя на зов заблудшей души. Рано или поздно они должны были столкнуться!
Он все здорово рассчитал, охота подходила к закономерному финалу. Зов становился ярче, сильнее… А потом вдруг резко стих. Словно душа пропала из мира или… Или случилось непоправимое, о
