всех двадцати лет он оставался никчёмной железякой.
— И всё же, какой тебе резон отдавать меч тому, в чьих руках он снова станетсилой? — О том, что разгадка проста – неделей раньше на мече былодругоенавершие, Илзи, конечно, умолчал. Правда, эта разгадка породила другую загадку – где же артефактное навершие? Очевидно, что тогда у Илзи при себе его вовсе не было. Розовский обыскал его, спёр рисунки мечей Стихий... и уж наверняка не обошёл бы вниманием огромный бриллиант! А позже непременно примерил бы на рукоять второе навершие – и жаловаться на никчёмность железяки ему бы уже не пришлось.
Ладно, быть может, навершие у него реально умыкнула мать Вайлда? Тогда Инри его найдёт. Как бишь хоть звали его любовницу? Нет, этого Илзи по-прежнему не помнил. Зато, после рассказа Розовского, вспомнил, зачем возвращался на Сэйнорру – сказать этой самой любовнице, что заберёт ребёнка сразу после его рождения. Да так и не забрал. Сын вырос без него. Илзи вновь охватила ярость и почти неудержимое желание вызвать-таки Розовского на бой! Но нет, он должен думать о мечах, а не о мести.
— Что ты сказал? — Илзи понял, что прослушал ответ.
— Где ты витаешь?! — кажется, Розовский оскорбился, что его величеству не внемлют, ловя каждое слово.
— Вспомнил кое-что. Может быть, меч и сохранил мою жизнь – но не мою память. Я её теперь по кусочкам собираю.
— Сейчас нашёл важный кусочек?
— Не для тебя, — отрезал Илзи. Уж откровенничать с мерзавцем он точно не собирался. — Так что ты ответил на мой вопрос?
— Мне плевать, что ты станешь делать со своим мечом. Я хочу попасть домой. И мечи мой единственный шанс – портал закрыли стойстороны.
— С чего ты вообще взял, будто мечи могут его открыть?
— Я знаю, как это сделать – но мне недостает силы. С мечами же, уверен, у меня получится.
— Пентаграммный усилитель в Муромцево строился с той же целью? — вспомнил Макс.
— Сказать по правде – да, — не стал юлить Розовский. — Однако ему далеко до силы даже одного меча. Вообще, насколько мне известно, никто никогда не работал с порталами в одиночку. Но у меня нет вариантов. Пока воспитаешь помощников, способных участвовать в процессе – успеешь состариться. Да и опасно это – воспитывать почти равных себе.
— Особенно, когда имеешь дело с такими же, как ты сам, — заметил Стив.
Розовский как-то странно посмотрел на него – высокомерно и гневно в то же время. Кажется, хотел что-то ответить, но в итоге передумал.
— Так что, заключаем соглашение? — спросил он вместо того, чтобы выдать ответную колкость.
Парни переглянулись.
— У нас нет таких полномочий, — сказал Илзи после некоторого размышления. — Другие мечи принадлежат не нам. Мы свяжемся с тобой, как только решение будет принято.
— Хорошо, — Розовский поднялся со скамейки. — До встречи – надеюсь, скорой.
Он двинулся через желтеющий бурьян к калитке, чертыхаясь и матерясь на каждом шагу, поскольку преобладал на его пути репейник. Парни сопроводили Полярника до машины.
— Мать твою! — в очередной раз ругнулся Розовский, увидев, что его новенький внедорожник стоит мордой в сломанный забор среди зарослей шиповника и боярышника. — Неужели, вырубив водителя, трудно было и автомобиль тормознуть?! — претензия была адресована Илзи.
— Поверь, я тормознул. Иначе бы он сейчас стоял под руинами дома.
Розовский с болью в сердце провёл пальцами по едва заметным следам от контакта кузова с шипами растений. Затем его взгляд ткнулся в более серьёзную рану, оставленную на теле джипа, очевидно, гвоздём из забора.
— Мои соболезнования, — не удержался Морис. Столь маниакально-трепетного отношения к автомобилям он не понимал никогда.
— Не помнишь, как магичить, так не берись, — огрызнулся Розовский. Понятное дело, упрёк снова прозвучал в адрес Илзи.
— До встречи с тобой проблем с памятью у меня не наблюдалось, — зло-язвительно парировал тот.
— Оплатить тебе ремонт? — предложил Ростислав тоном подаяния на бедность. Его все эти слёзы по поводу поцарапанной машины из уст того, кто, не задумываясь, готов убить, уже достали.
Розовский сверкнул на него глазами, однако ответил с саркастической улыбкой:
— Спасибо, уж как-нибудь осилю траты сам.
Он осторожно, чтобы не поцарапать дверь ещё больше, забрался в автомобиль и очень медленно сдал назад. Затем вдруг опустил стекло и выглянул из машины.
— Вас куда-нибудь подвезти? — предложил он уже вполне благожелательно.
— Все мы не поместимся, — заметил Илзи.
— Ну да, — Розовский включил «Motley Crue» и задом двинулся к главной улице. Рисковать, разворачиваясь в узком проезде, по бокам которого практически везде росли кусты, он не стал.
— Интересно, от вашего Элестайла так и нет вестей? — задумчиво произнёс Ростислав, глядя вслед Полярнику.
— Сейчас проверим, — отозвался Морис.
— Ты ж не хотел выходить на свою почту отсюда, — удивился Ростислав.
— Я не хотел выходить, пока работал твой ноут, на который мы приманивали Розовского. Но сейчас-то его уже можно отключить.
Запустив собственный ноутбук, хакер обнаружил у себя на мыле письмо от Кирилла:
«Какого дьявола никто из вас не берёт трубку?!
Ничего, слышите, НИЧЕГО не предпринимайте без нас! К утру вторника будем. Ждите.
Девчонки хотели рвануть к вам в Москву, поэтому во избежание эксцессов им запрещено даже приближаться к подземелью. Так что в ближайшие дни звонков от них не ждите».
Вот, значит, почему им не звонила ни одна из девушек. Ну, а отправившись ловить Розовского, парни оставили свои телефоны дома, чтобы те не отображались рядом с искомым Полярником ноутбуком – потому Кирилл и не смог никому дозвониться.
В общем, всё бы ничего, только утро вторника уже не за горами – часы показывали пять минут четвертого – а они находятся чёрт знает где, да ещё без машины, без телефонов.
— И как же нам попасть домой к утру? — задался вопросом Ростислав.
— Элементарно, — улыбнулся Илзи. — Верхом на мне. Я вот другого не понимаю – куда собирается приехать Кирилл? Даже адреса не спрашивает.
— О, не сомневайся – адресок нашего коттеджа он уже разузнал по своим каналам, — подмигнул ему Макс.
— А у вампиров информированность по части чужих адресов поставлена так же хорошо? — Ростислав аж побледнел.
— У Полярников – уж наверняка, — «успокоил» его
