под именем «Яго». И самым последним из порта вышел мой торпедолов во главе со мной. Быстро нагнав баржу, я следовал за ней некоторое время, держа её в поле зрения. Так на всякий случай.
Превентивно в её трюме уже был установлен заряд взрывчатки, призванный разорвать брюхо это старой жабы и пустить её на дно в шесть секунд. Об этом, естественно, знал Саид. И эту информацию он довёл до сведения своих подручных, которых взял с собой.
Баржа медленно телепалась, не привлекая к себе особого внимания, пока её не зафиксировали на мелководье. Ей предстояло пройти ещё пару переходов, пока не найдётся наиболее удобное место напротив береговой линии где-нибудь между Джибути и ЮАР.
В конце концов мы отпустили баржу в свободное плаванье и взяли курс в сторону острова Пемба, где и должны были стать на якорную стоянку мои катера.
К тому моменту, когда я подошёл на своём торпедолове к острову, оба они уже болтались на причале в бухте острова, ожидая меня. Танкер тоже был где-то на подходе. Оставалось сойти с корабля на берег и заняться делами. Единственное, что меня беспокоило, это спутниковая разведка. Не китайская, нет, а американская или советская. Их поисковики вполне могли засечь мои корабли. Хотя: казалось бы, и что такого? Плавает какая-то посудина вдоль побережья, и пусть себе плавает. Никого же не трогает? Ну да ладно. Мы не стратегический противник, на хрена за нами следить?
Схождение на берег прошло как всегда штатно: с песнями и плясками приветствия. Через час гонец отправился на моторной лодке уведомлять о моём приезде Обонато, который находился где-то на материке. Встретиться мы с ним должны были в городе Танга на побережье Кении. Так всем удобнее: и ему не сильно мотаться, и мы заодно пополним запасы топлива.
Команды обоих катеров и танкера сошли на берег, когда мой корабль уже отчалил в сторону Кении. Они поддерживали связь с баржей. И теперь их основной задачей было найти и вывести баржу на нужный китайский корабль, перевозивший оружие для африканских повстанцев.
В принципе мне было всё равно, куда и кому это оружие предназначалось. Это оружие нужно мне! Эфиопия сильно потратилась в вооружении за время последних событий и больше не располагала хорошими арсеналами. В Сомали тоже всё стало очень грустно. И наш рейд это только лишний раз подтвердил. Займы на оружие нищей стране никто не даст. Да и обеспечивать их нечем.
Конечно, захват судна с оружием будет трудно провернуть. К тому же необходимо точно знать: какое судно и когда привезёт оружие. С этой целью я и плыл на встречу с Обонато.
Встретились мы на окраине города в каком-то просто немыслимо захламлённом помещении. Назвать это жилище «домом» у меня язык не поворачивался. И тем не менее это был именно дом. Очень просторный дом, собранный из кровельной жести и дерева, что море прибило к берегу.
Полом служили деревянные поддоны, застеленные циновками местного изготовления. Усевшись за неимением стульев прямо на грязный половик, я уставился в большую дыру, зияющую между жалкими вытертыми ковриками. Под поддонами кишела жизнь, и вовсю копошилась разная африканская живность.
Вот пробежал, шевеля длиннющими усами, отвратного вида жук. Потом следом проползла огромная мокрица. За ней, весело перебирая лапками, пошуршал таракан… Однако его тут же поймала пронырливая ящерка. На какое-то мгновение она с любопытством уставилась на меня маленьким, чёрным глазом, затем скорчила гримасу и тут же исчезла в темноте, спрятавшись за циновку другого поддона. Я вздохнул и поднял взгляд на входящего в комнату Обонато.
За время моего отсутствия, он раздался в плечах и ещё больше заматерел. А на его лице будто крупными грубыми мазками была написана красноречивая надпись: «ВОЖДЬ». Хотя её можно поменять и на другое, почти эквивалентное вождю слово: «ЖРЕЦ».
Тем не менее Обонато знал, кому он обязан своим нынешним положением. Как знал и того, кто в одночасье может лишить его всего… Ведь всё его общение с духами шло с моей помощью. Стоит Обонато предать меня, духи Африки от него отвернутся.
Тут мне в голову закралась странная мысль: а что, если в эфирном мире тоже есть конкуренция и предательство? Там ведь нет морали и совести. Ан нет, помнится, Змееголовый мне как-то пояснил, что это так, да не так. Духи руководствуются исключительно выгодой. И если им выгодно предательство, то предадут, не задумываясь. Однако, если такое предательство отвратит от духов их приверженцев (а это грозит развоплощением), то на это никто никогда не пойдёт. Всему есть своя цена, даже в инфернальном мире. Никто не хочет умирать.
А Змееголовый сейчас самый сильный из Богов. Узнает, считай, пипец всем духам! А кто помог Обонато стать тем, кто он сейчас? Вот он и ведет себя как смиренный муж. Да и зачем, собственно, ему меня предавать? Я в его дела не лезу. Пока, по крайней мере. К тому же, кто ему даёт деньги? Духи или я? Ответ, по-моему, очевиден!
— Благодарю тебя, вождь, что ты вновь посетил и призвал твоего скромного помощника, — начал мой главный жрец.
— Я принимаю тебя и благодарю за твою работу, Обонато, — столь же высокопарно ответил я. — Как идут дела? Наш культ продолжает распространяться по просторам Африки или его победная поступь обрывается злыми происками врагов?
— Нет, дела идут хорошо. Наше движение всё больше и больше расширяется.
— Замечательно! Я давал тебе указания на какие страны обратить наибольшее внимание. И каков результат?
— Да, я работаю в этом направлении. У нас много адептов здесь, в Кении. А также в Танзании, Зимбабве и Мозамбике. Начинаем работу в Конго и по всей Центральной Африке.
— Хорошо, нужно утроить ваше рвение в Сомали и Родезии, и про Замбию не забывай. Я привёз тебе деньги для этого. Смотри, ты должен потратить каждый цент на дело. Не на себя или на своих помощников, а на наш культ. Каждый вложенный сейчас цент через год принесёт десять, а через десять лет должен принести тысячу центов! Это называется нужными инвестициями. Запомни это, Обонато. Если ты будешь делать всё, как я сказал, то поднимешься на вершину славы. В противном же случае твои кости затеряются в саванне, и никто о них никогда не вспомнит.
— Я знаю, Мамба, и сделаю всё, как ты велишь.
— Да, и последний совет, не пытайся выглядеть лучше, чем ты есть на самом деле. Надо одеваться просто, быть ближе к людям и в то же время резко отличаться от них как своей верой, так и своими возможностями. Не привлекай к себе внимание излишней роскошью! Будь проще, и люди к тебе потянутся.
— Я всё понял, Мамба.
— Хорошо, если так. Я присылал тебе полгода назад весточку, чтобы
