– А что, – сказал Николай Васильевич. – Отличное лицо для вождя. Волевое. Строгое.
Никто не возражал.
Председатель месткома вдруг схватился за грудь, немного посерел лицом и осторожно, насколько позволяла его выдающаяся грузность, вышел из кабинета. В приемной он попросил у секретаря стакан воды и запил им таблетку. Через несколько минут он возвратился в кабинет и уселся на свое место.
Вяльцев рассказал о методах и приемах работы дзяпиков. И хотя сегодня было не до смеха, многие все-таки дружно смеялись. Нет, конечно, такое может быть только в каменном веке. А в особенно хорошее настроение привел всех случай с экскаватором.
Время от времени Николай Васильевич брал трубку телефона и справлялся, как идут дела в транстайме, хотя всем было ясно, что так быстро неисправность устранить не удастся.
Виктор начал рассказывать о нападении на транстайм дзяпика-разбойника. Павел Алексеевич сидел здесь же в кабинете. Он уже был при полном параде. Под пиджаком имелась белая рубашка, а поверх кальсон были надеты хорошо отглаженные брюки, которые были обнаружены в кабинете начальника производственного отдела на спинке стула, словно их кто-то оставил там специально.
Товарищ Маханов все отрицал. Нет. Он ни на кого не нападал. У него есть множество свидетелей, что он был здесь, в СКБ Пространства и Времени все три дня. Он даже произносил речи.
– Нужно найти того, настоящего Павла Алексеевича. Почему его не ищут? – спросил Вяльцев. – Ведь все видели, как этот дзяпик появился в дверях транстайма. У нас еще там, в Капиках, возникло предположение, что дзяпики – это никакая не древняя цивилизация и уж во всяком случае очень необычная цивилизация, если и действительно древняя. В этом случае ею кто-то управляет. Что представляют собой дзяпики, пока понять трудно. Ведь некоторые из них – копии людей нынешнего времени. Они очень похожи и внешне и своими мыслями. Нам встретились, например, Юрий Петрович Вельский, Тоня Топольцева, вот этот Павел Алексеевич.
– Прошу оградить меня от незаслуженных оскорблений, – сказал Маханов.
– Да разве это оскорбление для вас? – удивился Вяльцев.
– Я – Павел Алексеевич! – сказал Маханов. – Ищите своего дзяпика, где хотите. Может, он уже через границу переходит.
– Очень нужен он за границей.
– А, может, сбежал именно дзяпик, а не наш уважаемый Павел Алексеевич, – предположил Николай Васильевич.
– Я – настоящий Маханов. Я даже помню свою последнюю речь, которую произнес всего час назад. Мог ли ее знать ваш дзяпик? Нет, не мог, потому что его тогда здесь еще не было.
– А о чем вы говорили? – полюбопытствовал кто-то.
– О влиянии макетной мастерской на научный прогресс! – торжественно ответил Павел Алексеевич.
– Действительно так.
– А почему у него брюки в кабинете висели?
– В своем кабинете Павел Алексеевич может делать все, что ему заблагорассудится.
– Так вот. По вине этого дзяпика мы и оставили Акимова в прошлом. Дзяпик каким-то необъяснимым образом все время попадал в транстайм, сколько мы его ни вышвыривали.
– Пожилого человека… – покачал головой начальник СКБ.
– Николай Васильевич! Они меня многожильным проводом связывали! Я этого так не оставлю! Под суд их надо за такие штучки!
– Как? – удивился Разов. – Виктор Григорьевич. Не ожида-а-ал. Что-то зверское есть в таком поступке.
– Зверское? Ведь его вышибали оттуда, куда не приглашали. А кроме того, если именно этого человека мы безуспешно пытались оставить в своем времени, значит он – дзяпик. Дзяпик!
– Павел Алексеевич! Объясните!
– Держи дзяпика!
Несколько человек испуганно отодвинулись от Маханова.
– Ну и что? – гордо сказал Павел Алексеевич. – Мне, может, до пенсии осталось всего ничего, а я должен был там оставаться? Нет уж, дудки! Меня ничем не проймешь! Вы что думаете, если Маханов попал в переделку, то он сам себя за уши не вытащит? Маханов откуда хочешь сухим выйдет и даже брюки выжимать не станет. А что? У нас, можно сказать, свобода, демократия и научно-техническая революция. Мы, дзяпики, всех переплюнем. Мы далеко пойдем! Дзяпики все могут, дзяпики все умеют. Руки прочь от чистых сердец убеленных сединами дзяпиков. Да если только…
– Павел Алексеевич, – остановил его начальник СКБ. – Не волнуйся, добрая душа. Водички выпей. – Разов сам налил в стакан воды из графина, вышел из-за стола и подал стакан Маханову. – Успокойся, Павел Алексеевич! Ну какой ты дзяпик? Ерунда все это. Я тебя сто лет знаю, милый.
– Как только транстайм будет готов к путешествию в прошлое, – сказал Вяльцев, – дзяпика придется вернуть в девственные руки, так сказать, праотцов.
– Туда? – опасливо спросил Маханов.
– Туда, – подтвердил Вяльцев.
– Нет. И слухом не слыхивал ни про каких таких дзяпиков, – начал вдруг от всего отрекаться Маханов. – Я речи говорил. Ночей не спал. Вы все хоть по очереди спали, ожидая этот проклятый тарантас, а я вообще не спал. Мне некогда было. Старая закалка спасает. Если хотите, я вам сейчас проясню вопрос о влиянии нашей макетной мастерской на изгибы темпорального поля.
В кабинете все заволновались. А особенно журналисты. Ну и клубок! Одного оставили в прошлом. Здесь – дзяпик. Дзяпик, не дзяпик, не поймешь.
– Будьте наготове, – сказал Вяльцев.
– Нет! Не желаю! Не дзяпик я!
– Установите личность! – кричал кто-то.
– Оставьте дзяпика в покое!
– Дзяпики тоже люди!
Тучный председатель месткома, исполняющий обязанности председателя, постучал бумерангом по выеденной тыкве.
– Тише! – крикнул он.
– Ти-ши-на! Ти-ши-на! – скандировала часть странного техсовета.
– Дзяпики! – крикнул начальник СКБ. – О господи! Голову можно потерять от такого шума! Товарищи! Товарищи! Пусть Виктор Григорьевич продолжает. Мы не имеем права задерживать здесь долго руководителя эксперимента. Да и у всех других работа есть. Продолжайте, Виктор Григорьевич.
– Тут уж и продолжать-то нечего. Я должен был нажать кнопку обратного старта, как только глайдер Акимова окажется в ангаре. А Чекин с Силуэтовым в этот миг должны были вышвырнуть дзяпика вон из транстайма. И все было бы нормально. Но я не учел одного, что дзяпик каждый раз после выбрасывания возникал все ближе и ближе к пульту. И он добился своего. Одним ботинком он сбил блокировку, другим нажал кнопку возвращения на пульте. А глайдер Акимова был уже в метре от ангара. Дальнейшее вы знаете. Я предлагаю окружить дзяпика Маханова заботой и, если нужно, уважением, пока мы устраняем неисправность. А потом…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
