пришлась по душе — девочка хотела отомстить килдингам прямо сейчас. Но я всё-таки сумел, тщательно подбирая слова и используя своё влияние, убедить её.
— Ладно, ты прав, — неохотно признала она. — Но я не хочу ждать так долго. Орк, может, мы с Али начнём уже завтра заниматься, а?
— Погоди, — выставил вперёд лапы я. — Я пока только предположил, что Али, возможно, согласится тебя учить. Но у него-то я ещё не спрашивал?
— Ну так иди и спроси сейчас, чего тянуть-то?
Я вздохнул — сил едва хватало на разговор, куда уж тут идти.
— Ань, я уже больше суток не спал. Завтра спрошу, но не гарантирую, что он согласится. А в таком случае мне, возможно, придётся идти на разговор с орденскими, и тут тоже без гарантий, что получится так быстро договориться. Короче, не гони волну, ладно? Дай поспать старому уставшему Орку…
— Да какой ты старый! Орк, ну хватит лениться. Ну сходи сейчас, ну пожалуйста… — заканючила азиатка.
Девочка, в отличие от меня, успела выспаться и не понимала состояния, в котором я находился. А у меня натурально не было сил ни на что, я уже и разговор поддерживал с невероятным трудом и сам слышал, что мой голос звучит уже совсем невнятно.
Пришлось поднатужиться, но Нютка категорически не хотела ничего слышать. Чёрт! Ну что мне, просто взять и захрапеть, что ли?
Первая попытка оказалась безуспешной — Аня попросту принялась толкать меня в бок, требуя немедленно проснуться. Я, уже похрапывая, отвернулся к стене и тут же получил пару ударов кулаком по почкам.
И всё-таки сон победил. Голос Ани стал тише, расплылся в невнятный монотонный гул. В голове у меня всё ещё крутились её слова о том, чтоб пойти к Али прямо сейчас, но мышцы уже обмякли, тело расслабилось и стало ватным. И, наконец, я погрузился в блаженный крепкий сон, вырвать из которого меня можно было только чем-то ну очень крупнокалиберным.
Глава 35
— Орк! Вставай! Ну вставай же!
Да что ж такое-то? Ну ни минуты покоя! Ведь только-только глаза закрыл…
— Орк, ты что, решил сегодня все свои занятия проспать, да?
Только тут до меня, наконец, дошло. Я резко подскочил, протёр глаза и осоловело уставился на Аню.
— Ты что, тоже тут ночевала?
Азиатка, в отличие от меня, выглядела вполне бодро. Она, похоже, даже успела найти где-то ванную и умыться.
— Конечно, тут! Тебя ведь ни на секунду нельзя одного оставить — обязательно что-нибудь проспишь или пропустишь. Вставай давай, завтрак ты уже проспал, но я тут кое-чего утащила из столовой для тебя.
Мне потребовалось ещё немного времени, чтоб вспомнить, где я вообще нахожусь и почему завтрак происходит в определённое время, а не как я привык в гостинице Хоттабыча.
Аня тем временем разложила прямо на матрасе пару бутербродов, яблоко и банку саморазогревающихся армейских консервов. Сняла с пояса флягу и, открутив крышку, протянула мне.
— Живец упорно не хотели давать. Не верили, что на самом деле тебе понесу. Короче, завтракай быстрее, у тебя уроки через двадцать минут начинаются.
Уговаривать меня не было нужды. Я приналёг на еду с энтузиазмом голодавшего как минимум неделю. Почти не жуя, проглотил консервы и бутеры, запил живуном. Яблоко сунул в карман, подхватил пачку тетрадей и отправился выбираться из своего подвального жилища. Аня оставаться там одна тоже не захотела и ушла в свою комнату. А для меня началась обычная рутина учебного дня.
По окончании занятий я выцепил в коридоре Али.
— Поговорить можем?
Цыган настороженно нахмурился.
С того случая, когда он помог мне выбраться из конфликта с Перуном, нам как-то не приходилось общаться. Али жил в общаге, был нелюдим и неразговорчив (совсем как я) и не особо стремился с кем-либо сдруживаться. Он попал в академию, можно сказать, совершенно случайно, и (тоже прям как я) всё своё свободное время посвящал учёбе в надежде обналичить тот счастливый билет, что ему выпал. Так что реакция его была вполне понятной.
— Али, ты вроде раньше был бодигардом у той мелкой истерички? — осторожно начал я.
— Ближе к делу давай, — не особенно дружелюбно оборвал меня цыган. — Не тяни кота за тестикулы.
— Слышал, у тебя первый Дар — клокстоппер. Я хотел попросить тебя об услуге… — почему-то растерялся я.
— А, хорошо, что не телефончик подопечной тебя интересует, — неожиданно повеселел Али и так же быстро снова переключился на дело. — Если предлагаешь что-то противозаконное, то я пас.
— Нет, ничего такого, — поспешил уверить я. — Если коротко, есть у меня напарница…
— Это которая с Щеглом встречалась? — сразу же уточнил цыган. — Помню её, симпатичная. Поначалу подумал, что то ли дочь, то ли любовница твоя.
— Она подросток! — возмутился я.
— В Улье и не то бывает, — философски заметил Али.
Вообще, он был прав. У иммунных гормоны бурлят — это побочный эффект того, что мы по-прежнему люди, а не урчащие заражённые падальщики. На это накладывается отсутствие везде, кроме крупных стабов, законов, ограничивающих связи с несовершеннолетними малолетками. Да и сами малолетки, оставшись без родительского попечения, быстро смекают, что быть при папике выгодно. Особенно — в опасном и негостеприимном Улье.
Так что тут никого, в принципе, и не удивить тем, что вполне себе взрослый мужчина или даже уродливый кваз может иметь несовершеннолетнюю любовницу. Да и в борделях, даже с учётом общей нехватки женщин, можно найти представительницу самой древней профессии на любой вкус, цвет и кошелёк.
Мне, правда, подобное претило до тошноты — ну не видел я ничего сексуально привлекательного в девочках без сисек и задниц и не понимал тех, кто хотел их совсем ещё детских прелестей. Всегда, что до Улья, что тут, предпочитал женщин уже созревших. А девочек старательно обходил дальней стороной.
— Аня — моя напарница! — зубы сжались против воли, я тихо рыкнул. — Не больше.
— Не кипишуй, — отмахнулся цыган. — Я это давно уже понял. Так что хотел-то, Орк?
Снова неожиданный возврат к делу застал меня врасплох, хотя вроде бы не было в нём ничего необычного. Потребовалась целая секунда, чтоб переключиться обратно на суть того, ради чего я вообще затеял этот разговор.
— Аня тоже клокстоппер. Я развил ей Дар насколько смог. Но хотелось бы, чтоб
