того, что мы сдали на хранение.
На ум приходил только один вариант — отправиться к Одессе, владельцу местной оружейной лавки, и забрать часть стволов, что мы сдали ему на реализацию. Торгаш, согласно условиям договорённости, сдерёт с нас по спорану за каждый ствол (типа, за хранение). Ещё придётся у него же купить и патроны, что, в принципе, существенно опустошит нашу и без того небольшую копилку. Выбора, однако, у нас нет, поскольку больше нам оружие взять негде.
В итоге решив, что утром в субботу, когда студенты могут покидать академию и свободно возвращаться в неё до наступления темноты, мы совершим визит к Одессе, а затем на окраине стаба найдём место, где надёжно припрячем стволы. Вернёмся обратно в Замок, как положено. Подремлем. А в ночь отправимся в рейд.
Кластер для рейда выбирали все оставшиеся до выходных дни. Аня, разумеется, пыталась уговорить меня сходить туда, где на карте Питона есть метка с крестом. Я твёрдо стоял на том, чтоб, наоборот, выбрать кластер как можно дальше от помеченных пугающим символом.
Аня юлила, хитрила и всё пыталась придумать железобетонные аргументы, почему нам надо сделать, как хочет она. Я прекрасно понимал подоплёку её мотивов и твёрдо стоял на своём. Выбор осложнялся тем, что уйти сразу на два дня, как делали раньше, мы не могли. В запасе на этот раз у нас было чуть меньше суток, за которые нам надо было добраться до схрона с оружием, расчехлить лодку, доплыть на ней до выбранного места, провести разведку, подготовиться, дождаться заражённых. Провести их массовый геноцид уже отработанным методом, выпотрошить. Вернуться, снова спрятать всё наше имущество, незаметно пробраться в общагу.
Анюткино отсутствие в комнате могло бы нас выдать, конечно, но мы решили, что она будет ночевать в ней где-то через раз — чтоб объяснить её отсутствие тем, что она остаётся у меня. Слухов мы оба не боялись — в академии все и так знали, что она была со Щеглом, а я для неё являлся кем-то вроде самоназванного отца и напарника. Кстати, азиатка перспективе почаще ночевать в моём «роскошном» подвале почему-то даже обрадовалась.
В субботу перешли от слов и планов непосредственно к делу.
— Ничего не продал, споранов не ждите, — сварливо встретил нас Одесса. — И я предупреждал.
Говоря начистоту, торгаш действительно нас предупреждал, что в Приозёрном продать найденное на кластерах оружие почти нереально. Спрос малый ввиду отсутствия достаточного количества населения. Кроме того, Приозёрный расположен вдали от торговых маршрутов, так что на то, что оружие будут покупать караванщики, рассчитывать тоже не приходилось. Двумя вишенками на торте проблем Одессы было засилье кластеров как раз с оружием в округе и, как ни странно, такие же, как мы, студенты, в свободное от учёбы время промышлявшие рейдами.
Короче, всё, что мы приволокли в местный оружейный магазин, Одесса согласился взять только на реализацию, но никак не купить. Да ещё и предупредил о комиссии за хранение, если мы решим сами забрать то, что принесли. Тогда нас это вполне устраивало. Сейчас деваться тоже было особо некуда.
Услыхав, что из сданного на реализацию оружия мы хотим часть забрать, Одесса потребовал с нас не по одному, а по целых два спорана за ствол. Аня попыталась было обозвать его «жирным боровом, у которого вот-вот треснет от жадности морда», но торговец даже и не подумал обижаться — видимо, не в первый раз слышал подобное в свой адрес.
— Плати или вали ждать, пока я всё продам, — со скучающим выражением лица заявил он и, бросив взгляд в окно, добавил:
— Нечего попусту моё время тратить.
Зарождающийся конфликт пришлось гасить мне, хотя я и сам едва сдержался, чтоб не впечатать кулак в действительно жирную харю хапуги. Опять же — не запрети Хёгни рейды, я бы позволил своему возмущению вырваться на волю, но…
Всё надо было провернуть тихо, без слухов. Так что на то, чтоб замять конфликт и остаться уверенным, что о нашем визите никто не узнает, пришлось отдать ещё три спорана.
— Выбирайте, — указал рукой на полуразвалившийся деревянный ящик у дальней стены Одесса. — Позовёте, когда закончите.
И ушёл в подсобку.
— Вот козлина! — прошипела ему вслед Аня. — Вот подожди, закончит Орк учёбу — и я до тебя доберусь.
Сказано это было настолько тихо, что нового конфликта не последовало.
— Идём, — сказал я и направился к ящику.
Через пять минут копания в нём я выбрал себе ружьё двенадцатого калибра со скобой Генри. Да, то самое, что было у Щегла. По большей части из соображений практичности — патроны под распространённый калибр найти было несложно. Аня также ограничилась ружьём, только выбрала для себя самозарядный TG1 под двенадцатый калибр. Хорошо бы было, конечно, вместо стандартных пятизарядных магазинов раздобыть для девочки несколько бубнов, но что есть, то есть.
Одесса тщательно осмотрел всё, что мы взяли, и выложил на прилавок несколько пачек патронов. Пришлось ещё раскошелиться.
— А метательные ножи есть? — неожиданно влезла азиатка. — Или топоры?
— На кластерах поищи, — посоветовал ей торгаш. — Я таким дерьмом не торгую. Да и не нужно оно тут никому.
Собрав оружие, завёрнутое секретности ради в кусок брезента, за который тоже пришлось заплатить, мы направились в сторону рощи, где Аня встречалась с Щеглом. Место это было тихое и малолюдное, находилось аккурат на окраине стаба, так что полностью подходило для того, чтоб устроить схрон.
Однако по прибытию мы поняли, что ничего у нас не выйдет — в роще толпа студентов во главе с Перуном возводила переносные шатры для студенческой вечеринки, которая должна была состояться через неделю, в следующие выходные. В итоге оружие мы припрятали буквально метрах в пятистах от рощи, прямо на берегу протекавшей мимо реки. И с чистой совестью отправились обратно в Замок.
Нам предстояло хорошенько выспаться перед ночным побегом из общаги.
Глава 37
Как ни странно, всё получилось. Я, честно говоря, не испытывал энтузиазма, идя вслед за Аней по тёмному сырому тоннелю потайного выхода из Замка. И был готов к тому, что за любым из многочисленных поворотов нас встретят бойцы Ордена и под белы рученьки проводят к ректору. А тот, соответственно, тут же меня отчислит.
Но нет, по тоннелю мы добрались до массивной решётки, запертой на амбарный замок. Аня открыла его ключом, за который отдала целых пять наших кровью
