броневую рубку и закрыл за собой дверь.
— Через два дня ему исполнится восемнадцать, — повторил он словно в забытьи. Вэллери привстал с кушетки.
— Кому? Юному Крайслеру?
Тиндалл с убитым видом кивнул.
— Я понимаю, — спокойно произнес Вэллери. — Понимаю, что вы чувствуете… Этот мальчик отлично поработал сегодня.
Тиндалл устало опустился в кресло. Губы его скривились в горькой усмешке:
— Единственный о ком можно это сказать… Боже мой, за что такое наказание!
Тиндалл глубоко затянулся и, уставившись в пол, рассеянно запел:
— «Десять бутылок висят на стене…»[22]
— Что вы сказали, сэр?
— Четырнадцать кораблей вышло из Скапа-Флоу, восемнадцать транспортов — из залива Святого Лаврентия, составив конвой FR-77, — негромко произнес Тиндалл. — Итого тридцать две единицы. А теперь… Теперь их всего семнадцать, и трое из них подбиты. Можно считать, что «Теннеси Адвенчурер» обречен.
Он яростно выбранился.
— О исчадия ада! Как тяжко бросать суда на произвол судьбы, оставлять на расправу этой кровожадной сволочи…
Адмирал замолчал, глубоко затянулся.
— Здорово у меня получается командовать, не так ли?
— Что за глупости, сэр, — нетерпеливо, почти сердито прервал его Вэллери. — Ведь в том, что авианосцам пришлось вернуться, нет вашей вины.
— Значит, в остальном, что произошло потом, есть моя вина? — усмехнулся Тиндалл и поднял руку, видя, что Вэллери собирается возразить. — Простите, Дик. Я знаю, вы не хотели упрекнуть меня, но это правда. За каких-то десять минут погибло шесть транспортов. Шесть! А нам и одного нельзя было потерять.
Опустив голову на ладони и уперев локти в колени, он снова стал тереть кулаками усталые глаза.
— Контр-адмирал Тиндалл, блестящий стратег, — продолжал он вполголоса. — Он изменяет маршрут конвоя, и тот наталкивается на тяжелый крейсер. Снова меняет курс, и конвой оказывается в лапах самой крупной «волчьей стаи», какую мне только доводилось видеть, причем именно в той самой точке, где она и должна была находиться по данным адмиралтейства… Как бы снисходительно ни обошелся со мной по возвращении старина Старр, на глаза ему лучше не попадаться. После всего, что произошло, мне лучше вовсе не возвращаться.
Тиндалл с усилием поднялся. Свет единственной лампочки упал на его лицо. Вэллери был потрясен происшедшей, в адмирале переменой.
— Куда же вы, сэр? — спросил он.
— На мостик. Нет, нет, оставайся здесь, Дик. — Тиндалл попытался улыбнуться, но вместо улыбки получилась гримаса, которая тотчас исчезла. — Не мешай мне обдумывать свой очередной промах.
Контр-адмирал открыл дверь, но тотчас замер, услышав знакомый звук — свист проносящихся чуть ли не над головой снарядов и раздающийся в тумане вопль сигнала боевой тревоги.
— Похоже, — произнес он с горечью, — я уже совершил его, этот промах.
ГЛАВА 9
В пятницу
(утром)
Тиндалл увидел, что их окружает плотная стена тумана. После того как ночью выпал густой снег, температура воздуха стала понемногу подниматься. Но потепления не чувствовалось: от липких ледяных полос тумана было еще холоднее. Он торопливо вышел на мостик, следом за ним — Вэллери. Тэрнер, захватив каску, спешил на запасной командно-дальномерный пост. Протянув руку, Тиндалл остановил его.
— В чем дело, старпом? — спросил он. — Кто стрелял? Откуда?
— Не знаю, сэр. Похоже, снаряды летят с кормовых курсовых углов. Я, кажется, догадываюсь, кто именно ведет огонь. — Он долгим, испытующим взглядом посмотрел на адмирала. — Наш вчерашний знакомец.
Резко повернувшись, Тэрнер стал поспешно спускаться с мостика. Тиндалл недоуменно смотрел ему вслед. Потом, яростно бранясь, бросился к телефону, соединенному с рубкой радиометриста.
— Говорят с мостика. У телефона адмирал. Немедленно лейтенанта Боудена!
— Боуден слушает, сэр, — тотчас ожил динамик.
— Чем вы там занимаетесь, тысяча чертей? — Голос Тиндалла звучал тихо и зловеще. — Спите или как? Нас обстреливают, лейтенант Боуден. Огонь ведет надводный корабль. Возможно, это для вас новость.
Адмирал умолк и пригнул голову: несколько снарядов с визгом пронеслись над самым крейсером и рухнули в воду менее чем в полумиле впереди по курсу. На палубу одного из транспортов обрушились каскады воды, заметные в просвете меж двух полос густого тумана. Поспешно выпрямившись, Тиндалл прорычал в микрофон:
— Немец определил дистанцию до нас, причем довольно точно. Черт вас побери, Боуден, где же он сам?
— Прошу прощения, сэр. — Голос Боудена звучал спокойно и невозмутимо. — Но нам до сих пор не удалось его обнаружить. На экранах все еще виден «Адвенчурер», правда, его пеленг как-то искажен. Предполагаю, корабль противника по-прежнему прячется за корпусом «Адвенчурера» или же находится в створе с ним, по эту сторону транспорта.
— Далеко ли корабль противника? — отрывисто пролаял Тиндалл.
— Довольно далеко, сэр. Он жмется к «Адвенчуреру». Ни размеров его, ни дистанции установить невозможно.
Поигрывая микрофоном, адмирал повернулся к Вэллери.
— Неужели этот Боуден считает, что я поверю его россказням? — проговорил он сердито. — Слишком уж много совпадений. Из тысячи возможных позиций вражеский корабль почему-то занял такую, что позволяет ему спрятаться от нашей радарной установки. Мыслимо ли!
Вэллери посмотрел на адмирала. Лицо командира крейсера было бесстрастно.
— Ну? — нетерпеливо произнес Тиндалл. — Разве не так?
— Нет, сэр, — спокойно произнес Вэллери. — Не так. Не совсем так. Совпадение отнюдь не случайно. «Волчья стая» сообщила ему по радио наш пеленг и курс. Остальное было просто.
Тиндалл уставился на Вэллери, потом, закрыв глаза, отчаянно замотал головой. Это был жест, выражавший самобичевание, презрение, попытку напрячь истощенный, усталый ум. Дьявольщина, шестилетний ребенок разгадал бы этот маневр… Метрах в пятидесяти по левому борту «Улисса» в воду со свистом врезался снаряд. Тиндалл не пошевельнулся; возможно, он даже не увидел и не услышал его всплеска.
— Боуден? — проговорил он, снова поднося к губам микрофон.
— Слушаю, сэр.
— Есть перемены на индикаторе?
— Нет, сэр. Все по-прежнему.
— И вы по-прежнему придерживаетесь своего мнения?
— Да, сэр. Иного объяснения быть не может.
— Полагаете, корабль противника держится неподалеку от «Адвенчурера»?
— Точнее сказать, жмется к нему.
— Но, черт возьми, приятель, ведь «Адвенчурер» находится от нас более чем в десяти милях!
— Да, сэр, я знаю. И этот бандит — тоже!
— Как! В десяти милях! Но ведь…
—
