да, Марат Альбертович передал твою сумочку. Она в прихожей.»
Желудок скручивается в трубочку от сухости записки. Но Денис прав, лишнее волнение мне ни к чему. Да на него и нет сил. Кладу лист, сразу шлепаю за сумочкой. Она лежит на пуфике. Шарю в ней. Паспорт, ключи, телефон. Выуживаю его, отбрасывая более не нужную вещь обратно на сиденье. Гаджет ожидаемо выглючен. Снова бегу в спальню. Ставлю на зарядку. Не успевает экран зажечься, как я звоню маме.
— Солнышко, — тут же слышится в трубке. — Ты как? Денис звонил, сказал, ты сильно заболела.
Облегчение волнами проносится по телу. Я даже не подумала, что скажу маме. Волнение о ней отодвинуло все мысли на второй план.
— Уже лучше, — даже ничего не нужно изображать. Мой голос и так хрипит ото сна и пережитой истерики.
— Аврора, ну как же ты так? — мама тревожно вздыхает.
— Прости, — слезы скапливаются в глазах. — Я, наверное, приеду чуть позже, — поджимаю губы, чтобы предательский не всхлипнуть. — Ты сама там как?
— Милая, даже не думай ехать! — мама слегка вскрикивает. Улыбаюсь ее эмоциям. — Я лучше, сдала все анализы. Теперь ждем. Врачи молчат, но я креплюсь. Благо, твой папа не дает унывать.
Тепло разливается в груди. Папа настолько сильно любит маму, что никогда не даст ей отчаяться. Как же здорово, что они есть друг у друга.
— Мамочка, я люблю тебя! — выдавливаю слова, которые, кажется, говорила очень редко.
— Ну что там с тобой, Рора? — мама шуршит трубкой. — Что случилось?
— Все хорошо, — закрываю динамик рукой, все-таки шмыгаю носом. — Я просто немного не ожидала, что заболею. Теперь все планы насмарку, — выдавливаю улыбку. Хотя мама ее не видит, но надеюсь, услышит.
— Ничего страшного. Приедешь на следующей неделе, — мягкий голос мамы успокаивает. — Давай не раскисай. Денис за тебя очень волнуется. И я тоже. Помни, мы все рядом.
— Ага, — киваю, сдерживая эмоции. Складываю ладонь в кулак, подношу его к губам. — Я тоже… рядом.
— Вот и умничка. Моя сильная девочка, люблю тебя.
Мама сбрасывает вызов. А я оседаю на пол. Прячу лицо в согнутых коленях. Обнимаю себя руками. Из-за одного козла вся моя и без того шаткая жизнь полетела в пропасть.
Не знаю, сколько так сижу. Очередной звонок заставляет вздрогнуть. Поднимаю голову. Имя мужа высвечивается на дисплее. Закусываю губу. Всерьез раздумываю, поднимать ли трубку. Готова ли я говорить с Денисом? Мне страшно услышать холод в его голосе. По факту, он единственный близкий человек, который сейчас возле меня. И я нуждаюсь в его поддержке.
Жму на зеленую трубочку.
— Алло, — отвечаю тихо, готовясь к чему угодно.
— Ты там как? — голос Дениса звучит ровно, но что-то в нем выдает волнение… заботу. Или мне кажется?
На заднем плане слышны голоса и какой-то шум.
— Встала, — поднимаюсь с пола, направляюсь обратно на кухню.
Мне нужен кофе.
— Я не об этом, — представляю, как муж прикрывает глаза. — Все хорошо?
— Да, — подхожу к кофемашине. Нажимаю кнопку включения. Громкое тарахтение заглушает остальные звуки. — Спасибо, что сказал маме о «моей болезни».
— Не за что, — усмехается Денис. — Вряд ли она обрадовалась бы правде, — а это звучит с привкусом горечи.
— Куда ты уехал? — закусываю губу.
Только сейчас понимаю, что не хочу быть одна. Мне нужен кто-то рядом. А еще мне нужно объяснить Денису, что между нами с Егором ничего не было. Почему-то важно, чтобы он это понял и принял. Измена мужа уходит на второй план. Кажется, я смирилась с тем, что нам больше не быть вместе. Но все равно, хочу выйти из это истории незапятнанной.
— Я в участке, — вздыхает Денис. — Боюсь, пробуду здесь весь день.
Грусть сдавливает грудь. Хочется, чтобы муж как можно быстрее оказался дома. Не могу больше быть в одиночестве.
— Хорошо, — стараюсь звучать спокойно.
— Рыжа, ты же побудешь одна? — муж словно читает мои мысли.
Слышу, как грубый мужской голос зовет Дениса.
— Иду, — громко отзывается он. — Мне пора. Но вечером мы с тобой поговорим. Нам нужно это сделать.
— Хорошо, — выдавливаю, а самой не вдохнуть.
Грусть затапливает с головой. В трубке раздаются короткие гудки. Но я не могу отнять телефон от уха. Так и стою, глядя в одну точку. Вздрагиваю, когда кофе-машина отключается за ненадобностью ее услуг. Моргаю. Осматриваюсь по сторонам.
Я же хотела кофе!
Весь день провожу как на иголках. Не знаю, чем себя занять. Все кажется бестолковым. Неправильным. Я принимаю душ. Тру кожу до покраснения, сдирая с себя прикосновения сначала Артема, потом Егора. После распутываю волосы, торчащие в разные стороны. Брожу по квартире. Параллельно накручиваю себя по поводу разговора с Денисом. Придумываю доводы своей невиновности, подбираю слова. Настраиваюсь, но только сильнее завожусь.
Ближе к вечеру плюхаюсь на диван в гостиной и сижу в темноте, пока на телефон не приходит сообщение от Дениса.
«Только освободился из участка. Нужно заехать в офис. Буду поздно. Не жди.»
Пара строк окончательно повергают меня в апатию. Зная, что я здесь одна, Денис поедет в офис. Неужели он помчится к Алене? Становится тошно. Даже в такой ситуации он выбирает ее. Хотя о чем это я? Она мать его ребенка. Облизываю пересохшие губы.
Возникает стойкое ощущение, что если мы с мужем не поговорим сегодня, то уже никогда не решимся на этот разговор. Мне нужно действовать, душа требует выплеснуть наружу все, что накопилось внутри. Сегодня самый подходящий день.
Мчусь в спальню, натягиваю бежевый спортивный костюм. Вызываю такси. Обуваю кроссовки. Хватаю ключи, телефон, распихиваю по карманам. Вылетаю на улицу, даже не надев куртку. Машина с желтыми шашечками уже ждет у подъезда. Ныряю внутрь.
Мы долетаем до офиса Дениса за каких-то двадцать пять минут. Все это время барабаню носком по полу. Бросаю короткое «спасибо» водителю. Выбегаю на улицу. Желания все обсудить с Денисом подгоняет словно сильнейший ветер. Жму на кнопку вызова лифта. Запрыгиваю в кабину. На нужном этаже почти бегу по коридору. Свет ярко горит в конце темного тоннеля. Дверь в приемную открыта. Вношусь в комнату. Ни на что не обращаю внимания. Распахиваю дверь в кабинет.
— Да, Денис, — раздается громкий крик.
Замираю на месте. Еле удерживаюсь на ногах, когда вижу ту же картину, что и примерно месяц назад.
Муж стоит ко мне спиной. Брюки приспущены. На этот раз черная водолазка натянута на широких крепких плечах. Его бедра ритмично двигаются. Алена же лежит на столешнице, широко расставив ноги. Громкие стоны звенят в голове. Хочется зажать уши руками, но не делаю этого.
Мир рушится в очередной
