Так что держите себя в руках!
Осознаю, что в ворохе собственных чувств мы совершенно забыли об еще одном герое нашей драмы. Витя за все время, как и Денис, не проронил ни слова. И если все так, как рассказывает Алена, то это же, получается, ребенок Вити. Разворачиваюсь к девушке.
— Я одного понять не могу, — ладонь с груди мужа так и не убираю. — Ну вот была бы ты с Денисом, и что? Ребенка куда бы дела?
— Сказала бы, что он его, — на удивление спокойно выдает Алена.
Кажется, мы все трое: я, Денис и Витя, одновременно захлебываемся воздухом. Мне даже на мгновение чудится, что у этой девушки не все впорядке с головой. Она рассуждает о малыше, словно о вещи, которую можно передарить.
— Ты хотела отдать моего ребенка чужому мужику? — Витя тоже разворачивается к Алене.
Не вижу его лица, но слышу по голосу, сколько боли ему доставляют эти слова.
— Я тебя умоляю! — саркастично вскрикивает Алена. — Ты был мне нужен только потому, что похож на Динечку. Именно поэтому я и согласилась на тебя. Всегда представляла Дениса на твоем месте. А еще потому что ты мог помочь… — она запинается на полуслове.
Слышу, как муж свистит при выдохе. Все-таки прыскаю от дурацкого обращения Алены к нему. Ситуация выходит за рамки абсурда. Напряжение давит на нервы. Кажется, я близка к тому, чтобы расхохотаться как ненормальная. Тру лицо ладонями, чтобы хоть как-то отогнать от себя накатывающий приступ. Шиплю, когда задеваю пострадавшую щеку.
— Ты… Вот почему ты приводила меня в этот кабинет? Чтобы я был больше похож на… — Витя замолкает. Ссутуливается.
Я не знаю этого мужчину, но обида за него сдавливает грудь. Он тоже стал невольным участником всех событий, не осознавая, во что ввязался. По напряженным плечам и сдавленным кулакам понимаю, как ему тяжело. Сама испытываю схожие чувства. Нас тут всех придавило одной плитой.
— Это я стирал записи, — он резко поворачивается к нам. Его лицо красное. Глаза блестят.
— Замолчи! — Алена дергается к нему, но Витя скидывает ее руки со своего предплечья. Отстраняется.
Алена и Егор стоят друг друга. Они идут по головам, не смотря ни на что. Для них ничего не стоит вогнать человека в агонию. Души других словно игрушки — можно сломать и выкинуть.
— Я уже понял, — в голосе Дениса проскальзывает сочувствие. Видимо, он тоже понимает, насколько Виктору тяжело. — Ты же из отдела безопасности?
— Да, — мужчина склоняет голову, мотает ей из стороны в сторону. — Вот я дурень! — обреченно выдыхает. — Поверил Алене, что она видит во мне будущего начальника, поэтому нужно привыкать к большим кабинетам, — невесело усмехается. — И записи стирал, чтобы ей не влетело за наш секс. А еще потому что якобы она проект новый готовит, но пока непонятно, выгорит он или нет. И чтобы вас, — поднимает глаза на Дениса, — лишний раз не обнадеживать, она держит его в секрете. А я… верил ей… люблю же ее.
— Да не нужна мне твоя любовь, — шипит Алена за спиной Виктора.
— Теперь вижу, — он отходит в сторону, поворачивается к ней. — Что будет с ребенком? — в его голосе звенит сталь.
— Аборт будет! — рявкает Алена. — Теперь этот бастард никому не нужен!
— Он нужен мне! — твердо припечатывает Витя.
— Вот ты его и вынашивай, — истерично орет Алена. — Все должно быть не так, — ее выдержка дает сбой. По щекам девушки текут крупные слезы. — Егор обещал… он гарантировал, что все будет как я хочу. Нужно только ему помочь. Я и помогала. Я должна была быть счастлива с Денисом, — она лопочет, словно в бреду. Поднимает заплаканные глаза на моего мужа. — Я же так тебя люблю! А она, — тыкает в мою сторону указательным пальце, — принесла тебе столько боли. Как эта дура легко поверила, что ты ей изменил! И ты… ты же тоже поверил сразу. Вы не созданы друг для друга. Я твоя судьба, — Алена смотрит на моего мужа умоляющим взглядом. Словно ее исповедь должна как-то повлиять на него.
Тоже перевожу глаза на Дениса. На его лице нет ни единой эмоции. Лишь бесстрастная маска.
— Ты чуть не разрушила мою семью, — произносит он ледяным тоном, отчего девушка съеживается, отступает обратно к столу, упираясь в него бедрами и ладонями. — Пыталась пошатнуть мой бизнес. И после этого говоришь, что любишь меня? — сжимает челюсти, отчего его скулы заостряются. Кажется, что о них можно порезаться. — Алена, твои эгоизм и тупость привели к последствиям, за которые ты понесешь ответственность. Я уж постараюсь, чтобы вы с Егором заняли соседние камеры.
Денис лезет в задний карман брюк, достает оттуда телефон.
— Это все из-за тебя! — Алена громко вскрикивает, глядя на меня. — Тварь!
Замечаю, как она бросается в нашу сторону. В руках у нее канцелярский нож. Она заносит его, целится в меня. Не успеваю прикрыться рукой, как предо мной оказывается муж. Нож вонзается ему в предплечье. Вскрикиваю. Виктор тут же перехватывает Алену. Она брыкается, что-то визжит, но он оттаскивает ее от нас, удерживает. В какой-то момент она вырывается, но мужчина снова тянет ее назад, отбрасывая на диван. Придавливает руками к сидушке.
— Вот черт! — Денис хмурится. Выдергивает нож из руки.
— Ты как? Впорядке? — хватаю его за кисть.
Не знаю, что делать. Бросаюсь в приемную, но Денис ловит меня за плечо.
— Ничего страшного, рана неглубокая, — мягко успокаивает он. — Давай закончим здесь, — кивает в сторону дергающейся Алены, — и поедем домой. Нам есть, что с тобой обсудить, — а вот эти слова звучат безапелляционно.
Глава 56
Дом встречает тишиной и темнотой. Мы с мужем разуваемся около двери. Ни один из нас не включает свет. Денис бросает пальто прямо на пол. Проходим в гостиную. Плюхаемся на диван. Никто не хочет начинать разговор.
Откидываюсь на спинку. Прикрываю глаза. Еще один день, вымотавший меня до безобразия. Благо мы еще в офисе обработали руку Дениса. Спасибо имеющейся там аптечке. Хотя бы за это я спокойна.
Сейчас радует одно, Алену увезли в участок. Ее пока задержат за попытку причинения вреда здоровью. А завтра Денису предстоит еще одна поездка для дачи показаний. И уже на основании этого будут готовиться материалы дела. Виктору Денис решил не выдвигать обвинений. Тому и так нелегко. Алена манипулировала им не хуже, чем Егор всеми нами. Тем более, еще непонятно, какое решение эта дрянь примет по поводу ребенка. В любом случае, надеюсь, у Виктора все сложится хорошо. Ему просто не повезло быть очень похожим
