Свят за год с небольшим очень изменился. Теперь Зверь стал взрослым, агрессивно сексуальным, безбашенным абсолютно, тем, с которым Дина и столкнула жизнь.
Момент, когда он застал в раздевалке Свята, зажимающего одноклассника, а потом и целующего его в засос, Дин не забудет ещё очень долго. Пережитый им тогда жесточайший диссонанс в душе, когда хотелось то ли убить, то ли так же неистово целовать, едва не свёл с ума. Вызов и явная демонстрация. Чего? Да многого…
В первую очередь - скрытых намерений. Без сомнения, что по отношению не только к парню, которого он тогда «подмял» под себя. А уж потом своей силы, сексуальности и полного пофигизма.
Дин тогда попытался смотреть на всё как можно безразличнее, но на самом деле это было потрясающе-возбуждающее зрелище. Эмоции и адреналин в ушах плескались. Но вышел он из ситуации более чем достойно.
Зверь про тот случай записал всего-то ничего, но для Дина этого оказалось предостаточно, чтобы понять, насколько он тогда себя правильно повёл.
«Там в раздевалке… Блядь, эти его глаза зелёные… Стоял, смотрел… И презирал, тварь! Ничего. Когда-нибудь ты тоже будешь скулить у меня в руках… Я заставлю. Обещаю».
Не было сомнений, что влюбил он в себя Зверя не своим видом (как раз вид-то и раздражал до ужаса), а тем, что оказался достойным противником. Ломавшим ему мозг и до этого, и в дальнейшем, странным поведением, не соотносящимся с ангельской внешностью.
Это будоражило и привлекало. Не давало покоя.
Но пока не понимающий, как со всем этим бороться, Зверь действовал согласно задумкам: переспал и с одноклассником, и одноклассницей. И не сомневался - то же самое сделает с намеченным «девственником», но этот план ему Дин перечеркнул, опередив на один шаг.
Если по поводу первых двух сексуальных побед Свят произнёс всего несколько предложений, лениво, без эмоций и практически мимоходом, то из-за облома с третьим был такой ураган эмоций, что Дин, улыбаясь и невольно жмурясь от льющегося мата, покачивал головой, вспоминая всё, что тогда произошло в туалете между ним и Святом.
Жёсткий физический контакт. Тогда они впервые коснулись друг друга. И не для того, чтобы обнять. Им друг друга хотелось убить. Совсем не романтично, хотя они уже тогда высказали «обоюдное желание секса», правда, в более грубой форме.
Желание было, и такое, что Дина трясло. Ничего подобного в своей жизни он не чувствовал.
«А эта сука борзая не из пугливых оказалась… Чёрт! Если честно, я, когда узнал обо всём, не поверил сразу. А потом озверел, блядь! Спецом же всё! Опередить решил. Сверху быть любишь, да? Крутой такой? Ладно, оно даже к лучшему. Поиграем, значит! Но… Мразина, такого мальчика перехватил и испортил, а? Р-р-р… Всё равно в колено-локтевую поставлю. Бля буду!»
«Мечтатель, млин! Поставил он, как же!»
Именно в то время, после прямой стычки, у Дина родилась уверенность, что просто так весь сыр-бор с их противостоянием не закончится. Или действительно поубивают друг друга, или…
На самом деле оказалось - второго хотелось больше. Им обоим. Но пока дело доходило только до драк.
«А он-то Ангелом оказался! Имя такое! Мама, роди меня обратно! Ангелочек! Ха!»
«О, да… Это знание ты не мог мне тогда не продемонстрировать, гад! Но мстя была неотвратима и ужасна!»
«Откуда в нём силы столько?! Я немного охуел, если честно. Силы и злости! Не ожидал, что он так отреагирует! «Ангел», мать его… Ну не пиздец ли? Я же пошутил просто, а он… Сука… губа болит! Но зубы целы… С мелким тут ещё не хило так посрался из-за этого. Наорал на меня, как потерпевший. Просто испугался за меня, я знаю. Эта хренотень белобрысая конкретно так взбеленилась и… В общем, мне реально повезло, что спиной меня не припечатал. Промазал… А ведь было же во что. Завалил, глаза бешеные… По фейсу врезал, сволочь, от души. Видимо, давно мечтал… На говно исходил, чуть ли не рычал! Довёл я блонда… Гы! Ох, чёрт! Больно улыбаться даже. Ничего, заживёт. И пусть не мечтает, что я его после такого в покое оставлю! Нихера! Как я могу не задевать его? Вот как? Тем более теперь? Чтобы он подумал, что я его боюсь, что ли? Его? Ангелочка бояться? Вот ещё… Бесит же! И вообще… Эта зараза мне ещё и сниться вздумала! Ненавижу!»
«Даже вот так? И как именно я ему тогда снился, интересно?»
«Херня происходит… Я немного в обалдении, если честно. Полчаса назад прихожу – мелкий с перебинтованным плечом, растерянный весь. Ладно, эти его травмы не впервой, да? Болит, конечно, я понимаю… Но… Его состояние мне не понравилось что-то. И вообще… Говорит: «Прикинь, меня Дин в больницу возил!» Дин. ДИН! Блядь! Он снова был там. Зачем ему это? Что-то задумал? Ничего не понимаю… Мне не по себе почему-то от всего этого. Терпеть не могу такое…»
«Млин… Не, ну надо же, а? А ведь тебя задело, Зверь. И задело-то прилично! А ты, дрянь, на следующий день даже бровью не повёл! Чокнуться можно. И я, наивный, не сомневался, что Ян промолчал… Ага. Щаз. Братики, блядь!»
«Нет, я понимаю, что эта тварь белобрысая пусть и редкостный урод, но не настолько, чтобы мелкому как-то навредить, лишь бы напакостить мне. Не-а…»
«Да? А кто был уверен потом, что я Яна трахнул назло?! А? Или пока у нас с ним до койки не дошло, ты даже и представить себе не мог, что Ангелочек может иметь какие-то серьёзные виды на братика? Скорее всего…»
«В больницу на тачке отвёз. Потом домой оттуда. Заплатил. Кино и немцы! Ладно… Посмотрим, что дальше будет. А оно будет, это «дальше». Жопой чувствую».
Напряжение нарастало. Тогда оно чувствовалось всеми.
Только во что оно выльется, никто не знал.
Дин помнил, насколько его тогда сводило с ума понимание, что он, вопреки здравому смыслу и логике, влюбляется во фрика. Странного мальчика-эмо с разноцветными глазами. И при этом бесило то, что его настолько возбуждает старший близнец.
Вот только даже и в мыслях не проскальзывало попытаться всё остановить или изменить. Наоборот, он ощущал всё большую тягу к хрупкому брату того, с кем постоянно «мерялись ширинками». Не сомневался, что у Свята имелось точно такое же желание трахнуть и успокоиться. И он оказался прав. Истомин старший хотел того же, но… Как же они оба тогда ошибались в том, что действительно стоит за бешеным желанием.
Третий их «близкий контакт» принёс смачный фингал одному и боль на несколько дней в руке другому. А ещё всё усиливающее ощущение надвигающегося «нечто» им обоим.
