Раз меня вырастили змеи и я грызла гнилую траву, чтобы выжить, во мне течет грязь. Я принесла тебе подарок на день рождения, а ты его выбросил.
Некоторое время молодой жрец молчал.
– Я помню тебя, Сянли Аланьжэ.
Девушка изогнула уголок рта и внезапно приблизилась к его уху.
– Дай угадаю: ты еще не нашел способ вновь запечатать белолобого тигра?
Тигр, кажется, наконец-то приспособился к слепоте и боли от нее и понял, как определять местоположение противника по звукам. Он дико взревел и взмахнул острыми когтями. Мужчина притянул девушку к себе и отступил на несколько шагов назад. Когда они приняли более или менее устойчивое положение, между пальцев Аланьжэ вдруг появилось сломанное лезвие. Взметнулись длинные рукава. Воспользовавшись тем, что он крепко держит ее левой рукой, переплетя их пальцы, она разом пробила лезвием обе ладони. Хлынула кровь.
В лице мужчине что-то дрогнуло. Они почти по наитию уклонились от атаки тигра, все так же не расплетая пальцев. Между маневрами девушка посмотрела жрецу прямо в глаза, и на ее невозмутимом лице появилась улыбка.
– Говорят, кровь Верховного жреца обладает способностью очищать от скверны. Интересно, станет ли чище моя кровь милостью досточтимого господина?
Их кровь соединилась в одном месте и потекла по сжатым ладоням. В воздухе запахло кровью. Мужчина непонимающе смотрел на нее, однако даже не попытался отдернуть руку.
– Зачем хочешь меня разозлить? Ты не из тех, кто выясняет отношения в такие моменты.
Девушка оглянулась и безразлично заметила:
– Сколько же лет потрачено зря. Оказывается, и не знала, что я не из «тех».
Заметив, что, уклоняясь, они приблизились к огромному клинку, она посерьезнела и, встраиваясь в поток ветра, ладонью оттолкнула мужчину. Затем с усилием повернулась и, взмахнув крыльями, метнулась к клинку. Мужчина тоже взмахнул крыльями и бросился за ней, однако внезапно клинок вспыхнул красным светом, преградив ему путь.
Внутри красного свечения девушка крепко сжала священный меч своей недавно пронзенной правой ладонью. К старой ране добавилась новая. По лезвию непрерывно текла свежая кровь. Белолобый тигр внезапно прекратил наступление и издал низкий удовлетворенный рык. Хотя девушка мертвенно побледнела, в глазах ее мелькнула смешинка, когда она посмотрела на внезапно ставшего послушным свирепого тигра и сказала:
– Умница, думаю, этой крови тебе пока хватит. И веселью должны быть пределы, скорей возвращайся.
Тигр мотнул головой, вильнул хвостом и действительно втянулся в клинок. Поскольку выпитая им кровь также содержала очищающую от скверны кровь жреца, когда тигр вошел в лезвие, клинок мгновенно запечатался.
Красное свечение погасло. Темная ци, кружившая вокруг клинка во время резких атак тигра, тоже исчезла. Священный клинок, казалось, потерял опору и упал.
В смятении Цзюйно укрылась за Шэнь Е. Шэнь Е посмотрел на длинный клинок, лежащий на земле, и увидел Аланьжэ, вышагнувшую из-за лезвия. Слегка пошатнувшись, она пошла вперед, держась так, как будто ничего не случилось. Мимоходом она оторвала край рукава и, кое-как обернув порезанную до кости правую руку, завязала узел.
Следящие за казнью зрители подобрали попадавшие нижние челюсти. Похоже, они жаждали много чего сказать по поводу такого замечательного поворота событий, но как придворным им приходилось проявлять почтительность и учитывать гнев повелителя, так что они подавили горячее желание немедленно излить друг другу душу.
Повелитель сидел с совершенно непроницаемым лицом, но мысленно, предполагали придворные, он уже потерял сознание от гнева. Желание убить Цзюйно возникло у него не день и не два назад. И вот, когда он наконец мог осуществить свою мечту, нежданно-негаданно заявился Шэнь Е и вырвал приговоренного к казни из рук палача. Повелитель, видимо, возлагал большие надежды на белолобого тигра, полагая, что тот убьет и Шэнь Е. В конце концов, Верховный жрец надзирал за повелителем неразлучников от имени Девяти небесных сфер. Надменный и прямолинейный по своей природе, Шэнь Е давно превратился в занозу. Кто бы мог подумать, что на полпути к смерти его вытащит Аланьжэ. Как ему только так повезло?
Теперь все, естественно, ждали дальнейших указаний повелителя.
Тот с ледяным выражением лица величественно обвел взглядом террасу. Затем разомкнул уста и выдал глубокомысленное умозаключение.
Хотя принцесса Цзюйно избежала смертной казни, простить ее преступление нельзя. Она будет изгнана из клана и низложена до простолюдинки, ей навсегда запрещено входить в главный город. Хотя, спасая преступницу, Верховный жрец Шэнь Е не нарушил законов предков, он вмешался, преследуя свои цели. Его обязанностью было надзирать за правлением, однако он пошел на злоупотребление в погоне за личной выгодой, тем самым презрев священный долг. Этим же днем должно доложить о его проступке Небесам и изгнать бывшего жреца из дворца Разветвления дорог. Он будет низложен до простолюдина и больше никогда не войдет в главный город. Что касается Аланьжэ, то она, будучи принцессой, подняла шум на месте казни средь бела дня, что само по себе верх неприличия. Ее содержание будет урезано, а самой ей надлежит поразмыслить над собственными ошибками.
Повелитель неразлучников все тщательно обдумал. Если бы однажды в его дворце умерла принцесса или в храме-дворце Разветвления дорог умер Верховный жрец, их смерть рассматривалась бы как значительное событие. Однако смерть парочки простолюдинов не будет стоить и упоминания.
Избежать смерти уже было великой удачей. Цзюйно в последний раз сложила руки в жесте почтения, как это, согласно церемониалу, полагалось делать принцессе, и глубоко поклонилась. Шэнь Е устремил взгляд в пол, на его лице ничего не отразилось. Однако Аланьжэ повернулась к повелителю неразлучников и с беспечной улыбкой сказала:
– Сегодня я проявила такой героизм во имя сестринской любви, что, по правде сказать, надеялась на похвалу от государя-отца. Мне кажется, удерживать мое содержание несправедливо. – Прежде чем повелитель неразлучников успел бы воскликнуть «Как смеешь!» – она продолжила: – Более того, вынуждена замолвить слово и за досточтимого Верховного жреца. Несколько дней назад Си Цзэ прислал мне письмо. В письме он просил Верховного жреца изготовить стеклянное зеркало, которое можно было бы передать посланнику Девяти небесных сфер, когда он в следующий раз прибудет в нашу долину. Тот бы вручил его наследному принцу Небес в качестве подарка на день рождения. Кстати говоря, Си Цзэ и сам сетует на излишнюю вежливость. Когда он в последний раз посещал Небеса, где предстал пред светлыми очами Небесного владыки, он хвастался наследному принцу умением господина Шэнь Е изготовлять зеркала. Кто бы мог подумать, что его высочество запомнит.
Она беспомощно вздохнула и продолжила:
– Си Цзэ поручил мне пригласить господина Шэнь Е в наше имение, чтобы там он мог сосредоточиться на изготовлении зеркала, но теперь государь-отец
