Наверное.
И всё же радует, что произошедшее осталось секретом. Не думала, честно говоря, что некромант промолчит.
- Отчего же?
На этот раз ответа не последовало вообще.
На первый взгляд некромант выглядел как прежде, но если присмотреться, оказывается, одежда на нём другая, кто-то крайне старательный постирал её, залатал и даже погладил. Если бы не общий потрёпанный вид ткани, эта своеобразная форма выглядела бы даже красиво – строгие, простые линии - идеальная находка для хорошей фигуры.
Так, хватит пялиться!
- Конечно, если это большая тайна, я не настаиваю, - добродушно заявил Рондо. – Милая, ты тоже ничего не знаешь?
За это время окончательно удалось прийти в себя, даже апатия слегка побледнела на фоне возможного разоблачения. Выходит, переход на ˮтыˮ состоялся, чтобы продемонстрировать брату наши чудесные отношения. Как будто его обманешь. Как будто таким жалким способом вообще можно кого-нибудь обмануть.
- Что ты, Рондо, какие у меня могут быть секреты, - уверенно ответила я. – Объясни, о чём речь? Речь о девочке, которую нашли в замке? Что-то слышала такое, но без подробностей. Так выходит, я должна знать нечто тайное, чего больше никто другой не знает?
Принц сел напротив, возле Яниса.
- Ну что ты, дорогая, зачем портить интригу. Нет – так нет.
- Как скажешь, дорогой.
Надеюсь, обращение прозвучало соответствующе моменту - как грязное ругательство. Появление в речи принца слов «дорогая» и «милая» ничем не объяснялось, кроме как желанием поддеть, а скорее, обидеть.
Некромант молчал. Чай стыл в чашках, к которым никто не желал прикасаться, пирожки и канапе сиротливо лежали на блюдах и самым громким звуком в комнате был глухой стук неизвестного происхождения, доносящийся из-за стены.
- Ты так смотришь на мою невесту, - вдруг многозначительно сказал Рондо и хмыкнул. – Даже неудобно… Может, прислать тебе женщину? Вижу, ты нуждаешься в немедленном утешении.
Я сглотнула, невольно поражаясь услышанному. Даже если правда, хотя сложно сказать… я старалась не пялиться на Яниса слишком откровенно, впрочем, как и на Рондо (на второго совсем по иной причине), но разве можно вот так унижать... прилюдно унижать своего собственного брата? Уму непостижимо! И таким скучным голосом…
- Нет, не нужно, - коротко ответил Янис.
- Могу пригласить тебе профессионалку, как обычно. Не переживай, никто не посмеет отказаться.
Отказаться? Я искоса еще разок взглянула на Поднимающего. Фигура у него получше, чем у Рондо, и вообще, не принимая во внимание профессию, невольно откладывающую отпечатки на поведение и выражение лица, он довольно красив. Ну, еще бы волосы отрастил да взгляд помягче сделал.
Хотя, что это я? И потом снова поднимал мёртвых. Б-р-р…
- Не надо, - ответил Янис. Голос был по-прежнему ровный, но подозреваю, сарказм Рондо всё-таки его задел. Не мог не задеть.
Я вдруг рассердилась. Надо же, когда принц выпытывал подробности про наше знакомство и про девочку – нет, злости не было, одна усталость, а стоило только ему попытаться оскорбить некроманта – этого предателя, ну и пусть! – как нате вам, пышет жаром, подобно вулкану. Конечно, нельзя лезть на рожон, к примеру, взять да ляпнуть то, что хотелось, вроде: «Да я бы на их месте сама бы его ещё упрашивала… милый». Это, конечно, неправда, но поставить Рондо на место хотелось.
Поэтому воспользуемся проверенным способом – сумочкой, которая имеет хорошее свойство оказываться под рукой. Тогда ничего не стоит сделать вид, будто совершенно случайно сунула туда руку – и надо же! Теперь эту штуковину, о назначении которой всё равно никто не догадается, потому что, честно говоря, я и сама не в курсе, что это такое, подозреваю, кусок какого-то старого механизма, однако её можно вытащить, вернее, выхватить из сумочки с криком: «Вот это да! Эту штуку я уже неделю искала! А она тут лежит! Ха-ха!».
Итак, вот она, спасительница положения.
- Надо же! Я думала, что она потерялась, - голос прозвучал с таким фальшивым, неуёмным энтузиазмом, что будь ситуация немного другой, стало бы неудобно. Но не стало отчего-то.
Рондо поморщился, впервые за вечер выражая недовольство поведением своей невесты. И плевать!
- Это очень… очень важная вещь!
Я крутила в руках пружинку, прикрепленную к переплетению каких-то проволочек синего цвета, пытаясь придумать, откуда она взялась и куда её можно приспособить, но тщетно.
- Она нужна для… Э-э… В общем, нужна просто позарез!
И тогда, впервые за время нашего своеобразного знакомства на лице некроманта появилось подобие улыбки. Далёкое… очень далёкое, практически неуловимое, как тень от пролетевшей по солнечному небу птицы… но настолько неожиданное, что я замолчала, потеряв нить разговора, а пружинка замерла в руках.
Самое чудесное мгновение вечера, помнится, подумалось в тот миг. Знала бы я, насколько права!
Буквально через минуту произошло событие, от которого отвлечь участников не получилось.
Без предупреждения в чайную комнату вошёл король, в сопровождении двух охранников и нескольких жриц, среди которых бледнела моя наставница, смотря фирменным некрогерским взглядом – прямо на меня, но при этом мимо.
Не зря во весь этот вечер закрался подвох.
Его Величество посмотрел на некроманта и заговорил так, будто с принцем они одни.
- Рондо, что сказал твой брат?
- Что не в курсе, - принц по-прежнему сидел на диванчике, вертел в пальцах подобранную на столе ягодную косточку, одновременно разглядывая её так внимательно, будто она алмазная.
Король сказал старшему сыну:
- Янис, думаю, теперь тебе нужно уйти. Мы с Рондо и его невестой должны обсудить несколько важных вопросов. Но мне жаль сознавать, что ты до сих пор отдаляешься… от своей семьи. Копишь обиды. Поэтому – уходи.
Некромант замялся, взглянул на меня.
- Вопрос касается их помолвки, ты понимаешь, что лишний?
Как только прозвучало слово «помолвка», присутствие Яниса стало самой меньшей из моих проблем. Видимо, он ушёл, пока я пялилась на короля и на жриц – подозрительно и, боюсь, со страхом. Стыдно, да, но от некрогеров можно ожидать чего угодно. Так я повторяла, желая ошибиться и чтобы пронесло. Ведь кто угодно может ошибиться, да? Кто угодно…
Когда Янис ушел, король даже не присел, а остался стоять позади принца.
- Скажи ей.
Это к Рондо. Я сжала пружинку и уставилась на жениха, надеясь, что не дрожу, как мои пальцы.
- Завтра день нашей свадьбы.
- Что?
Я вскочила, роняя пружинку. Роняя сумку, из которой совсем по-настоящему высыпались мелки и зеркальце. Чайная комната вдруг такая тесная, тёмная, с такими крепкими стенами и без выхода.
