которая так и норовит сдохнуть в угоду общему делу.
— Никогда бы не подумала, что это станет роковой ошибкой – попытка вернуть тебя на родину и использовать как пешку, — раздраженный голос раздался совсем рядом со мной.
— Можешь не прятаться, твой муж обо всем рассказал, — я попыталась взять нервы под контроль. — Тебе светит одноместная тюрьма в застенках серого мира. Не пытайся казаться крутой. Твое время на сцене истекло.
— Не думала, что ты будешь настолько проблемной, — сощурила глаза бывшая однокурсница. — В моих расчетах ты послушно выполняла все, что от тебя требуется, ненавидя Ланвельда до белых кругов перед глазами. Уж точно не трахалась с ним!
— А откуда ты могла знать, нравится он мне или нет, — рассмеялась я ей в лицо. — Может, я, как и Канвижер, ловлю кайф от того, что меня душат и к кровати привязывают. А у двойника Ланвельда это прекрасно получалось. Кстати, телефончиком не поделишься. Я прям заинтригована, кто же был под его личиной. Не представляешь, как мокнут трусики, стоит подумать о его сильных руках на моей шее.
— Ты не должна быть такой. Это не та роль, которую я тебе отвела в моем спектакле, — прикрыв глаза, она попыталась успокоиться.
— Отнюдь, — оскалилась я. — Это то, что я умею делать лучше всего. Бесить людей и выводить их из себя. Только никогда бы не подумала, что идиотка вроде тебя сможет спланировать грандиозный план и обстряпать подобным образом убийство высокопоставленного ректора. Все знают, что это ты, но никто не может доказать!
— Можешь не пытаться играть со мной в игры, — тряхнула головой она. — Я лучше тебя знаю, что ты пытаешься сделать. Добиться моего признания в том, что я стою за преступлением. Но, увы, у тебя ничего не выйдет. Ты слишком глупа и невежественна для той, от кого требуется победить в заведомо проигранной партии. Только будучи настоящим гением, можно обернуть свое поражение во благо.
— Сравниваешь себя с Анелийсом Стиверсом? — мои губы начали шевелиться против моей воли. — Не слишком ли высокомерно для той, кто просто ширма в игре великих умов? Бедная и наивная, ты и представить себе не можешь, как с тобой поступят хозяева, как только ты попытаешься сорваться с поводка. Ведь во все времена бешеных псин пристреливали на месте, не жалея патронов.
— Жалкий ублюдок не заслуживает упоминания! — взвизгнула госпожа Министр. — Как ты посмела сравнить меня и этого недомерка?!
— Вполне логичное сравнение, — тело опять поддалось чужой воле и пожало плечами. — Или ты на самом деле считаешь себя кем-то уникальным? О, нет… Вынуждена тебя огорчить, таких однодневок можно найти в любом переулке. Тех, на кого потратив определенную сумму, можно потом легко выкинуть, затерев ими проблемы и неурядицы. Если партия не срослась, то ничего страшного, можно будет попробовать со следующей. А выбракованный материал идет в утиль, как ему и положено.
— Жалкая идиотка, ты не понимаешь всей моей гениальности, — зашипела разъяренной кошкой блондинка.
— Почему же, прекрасно понимаю, — ехидная улыбка расползлась по моим устам. — Чего можно ждать от фальшивки, руками которой пытаются воскресить монархию. Так, дурочка с переулочка.
— Закрой свой поганый рот! — заверещала Депесар. — Я все это сделала самостоятельно! Только я могу считаться следующей королевой. Этот мир будет принадлежать мне.
— Ой, не неси чуши, — махнула на нее рукой. — У тебя еще в школе не хватало мозгов, чтобы дать отпор тем, кто тебя задирал. И хочешь меня заверить, что гениальный план составила и реализовала ты? В жизни не поверю, что у тебя в черепной коробке столько серого вещества нашлось.
— Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! — взвизгнула она.
— А что не так? — моя голова потяжелела и потянулась к плечу. — Ты всего лишь жалкая ширма, которой к концу дня уже не будет. Теперь ты бесполезна для своих мужиков. Прости уж, но сострадания по этому поводу испытать не могу. Надеюсь, тебя убьют быстро. А еще мозги у нее есть… Даже исполнителей толковых найти не смогла. Столько следов оставить на месте преступления. Черт! Надо же быть такой тупой, честное слово.
— Я тебя убью, — взвизгнула она. — Сдохнешь мучительно медленно. Ты не заслуживаешь права жить в моем новом мире. Я долго его строила по кирпичику, создавая с нуля. И жалкая девица из захолустья не сможет мне помешать. Ты даже не представляешь, сколько всего мне пришлось просчитать, чтобы получить свое право на корону. Устранять всех, кто мог наложить вето, и при этом играть роль доброй и недалекой министра магии? Черт возьми, я шесть гребаных лет пахала. А теперь, когда на моем пути остались лишь Стиверс и Ланвельд, появилась ты и решила, что сможешь разрушить идеально подготовленную сцену. Надо было разрешить Инистре отравить тебя еще в первый день, когда она под личиной Ланвельда наблюдала за вами.
— Вот только ваши планы пошли коту под хвост, — усмехнулась я. — Ты понятия не имела о том, что Стиверс может наложить вето даже на тебя. А устранив Канвижера, ты фактически собственными руками сняла все ограничения с главы специального корпуса? Правда, иронично? Камелд, когда услышала, небось едва от страха не сдохла?
— Признаться честно, это для меня и вправду стало неожиданностью, — вздохнула та. — Я попыталась вмешаться в его дела, но словно на глухую стену наткнулась. Чертов белобрысый гад такой же мерзкий, как и его сдохший папаша. Ни один отдел не дал мне ответа, мне – министру! Только присылали жалкие отписки и ненужные бумажки. А когда я захотела его убить, выяснилось еще более тупое объяснение всему происходящему! Вы, черт бы вас побрал, спите друг с другом!
— И что же тебя удивило в этом факте? — вопросительно вскинула я бровь.
— Хочешь сказать, все нормально? — на лице блондинки читалась растерянность. — Твои враги не могут стать тебе любовниками! Ты должна была их ненавидеть до печенок, а не тащиться в койку. Кто мог предположить, что два ненавидящих друг друга на публике барана дружат еще со школы. Да я бы сроду не поверила, если бы Инистра не подслушала их разговор. И как они делили вариант того, кто сегодня трахает тебя! Это просто уму непостижимо! Знала бы
